Рейтинг публикаций

Вот, дети! Все посмотрите на Аню – несмотря на тяжелые жизненные обстоятельства она не балду, как вы, пинала, она книжки читала, великих русских поэтов! Она знает кто такой Державин и Сумароков, она знает стихи Пушкина!

...многомерность взаимосвязи читателя и текста.

Как загадочна природа людей! Думаю я об этом много лет спустя после распада СССР. Думаю – о лишении дара речи. По памяти мы знали, что произошло событие невиданное и неслыханное не только для нас, но и для отцов и матерей наших, а главное – для детей. Но я, например, никому – ни взрослым, ни ученикам – не мог сказать, хорошее или дурное это событие. Просто память моя, как радиоэфир помехами, была забита бранью всех обо всем в этом СССР. (...) Но в памяти не было ни одного не то что плана, намерения, но и высказывания людей о том, что страну надо разваливать. Событие произошло не по желанию людей, не вопреки ему, а словно вне людей. И язык не поворачивался назвать его хорошим.

...оседлать саму смерть, осознать её смыслообразующую функцию и превратить её из неизбежной окончательной катастрофы в основное средство своей сущностной самореализации.

Объект пародии здесь – всё на свете.

Какой-то старый герой Маркеса из «Ста лет одиночества», когда ему показали кусок льда, сказал, что не видел на свете ничего удивительнее. Когда я смотрю и вдыхаю первый снег, я его понимаю.

Набоков использует в своём романе русский алфавит (...) как материал для создания замечательного логогрифа и вдохновенного каламбура.

...случайность – это не синоним бытового представления о беспорядке, хаосе, неразберихе, неинформированности (...), а синоним абсолютной уникальности, неповторимости несводимости к более короткой информационной программе.

Человека можно лишить почти всего, и он будет жить. Но если его полностью лишить притока внешней информации, то он очень быстро перестанет быть человеком (потеряет рассудок). Потребность человека в переработке информации выше, чем любая другая потребность, включая потребность в пище.

Ребята, познакомьтесь, это Рустам Хамидов. Будет учиться в вашем классе. Он приехал к нам с Кавказа. Они с семьей беженцы. Садись, Рустам, рядом этой девочкой. Шишкова, подвинься… Вы не смотрите, что он немного черен. Непохожий на тебя, непохожий на меня, просто так прохожий, парень темнокожий

...И возраст мой, и мой Рахманинов не могут рассмеяться \ Так. Вечерняя душа их – отражение надежды, \ В наклоне головы, во вздохе, в вариациях, \ В посыльном, растерявшемся в дверях, \ В его промокших письмах, в сентябрях… \ Каденции души неуловимы и стекают \ Не повестью, но памятью в пространство, тая \\ Как аромат. Как дождь. \ Как летних отголосков ложь… \\ Да. Осень. Ранняя. Витает \ Божественного рукоделья дрожь… \ С девятой цифры. С сентября. Я начинаю. \\ Дождь.

Никогда я, Немиров М.М., с Варкиным не дружил и даже не знаю, каково его имя: был я снобом суперинтеллектуализма, и личностей, не стремящихся изо всех сил врубаться в самые наи- наи- наиновейшие течения в искусствах, искренне презирал, трактуя их не иначе, как унылых недоумков, позорящих своим вялым прозябанием гордое имя Человека Разумного.