Рейтинг публикаций

В цикле "Совершенное мышление" я исследую природу современного человека как "человека намеревающегося", который становится субъектом, если осваивает и применяет технологию намерения – четырёхступенчатый технос формирования и удержания внимания, результатом которого становится действующая связь со стихией творения. Опять же, скорее всего, без такого понимания человечество будет осваивать не живые, а квази-живые формы, которые можно наблюдать сегодня практически во всех регионах этой планеты и в которых национальность, религиозность, государственность используются прожорливой и агрессивной саранчой как оружие.

Его мысли истинно имперские – имея в виду империю духа...

Всё, что относится к культурной идентичности, должно стать частью постоянной заботы со стороны государства и тех политических сил, которым небезразлична судьба их родины. В первую очередь, это касается языка, исторического опыта, сложившихся традиций и обычаев. Всё это нуждается в защите.

Полное отсутствие героев в сообществе может служить мерилом застоя в его жизни, несмотря на внешнее благополучие, и, следовательно, показателем последующего распада или поглощения этого стагнирующего сообщества более активными сообществами.

Идеология – это мировоззрение и основа объединения людей в социальную группу, общность. А если идеология носит мировоззренческий характер, то при ее конструировании необходимо опираться на архетипы и социальные стереотипы той социальной группы, той общности людей для которой она создается.

Чем глубже мы «втягиваемся» в любовь, в ремесло-искусство или религиозную веру, тем больше они становятся нашим внутренним делом.

Каждая любовь, нами испытываемая, есть настоящая, хотя в том или другом случае налицо риск принять за любовь простое увлечение (этому риску мы более всего подвержены в пору юности), но именно первая любовь есть настоящая в том смысле, что, если в первой любви мы чувствуем себя так, словно нас ласкают нежные лучи утренней зари, то уже вторая любовь несет на себе отпечаток того, что в поле сознания попадает обманчивая природа любви, равно как и ее истинная цель...

Дать имя — это познать, наречь — творение завершить, на что из живых существ способен лишь сотворённый по образу и подобию Бога.

...Бог не является ни бесконечно добрым, ни бесконечно правосудным, хотя богословие и тщится доказать, что Он является и тем, и другим, а Его бесконечная доброта и бесконечное правосудие отнюдь не находятся во взаимном противоречии. Лично мне хотелось бы в это поверить, но, к сожалению, никак не выходит.

Можно бесконечно долго спорить о том, был ли Христос в действительности Богочеловеком, исписывая сотни или апологетических страниц, или страниц в духе Штрауса и Ренана, однако же совершенно ясно следующее, а именно: миф о Богочеловеке не возник бы никогда, если бы не было Человека.

Неолиберализм не понимает русской культуры, боится её и абсолютно искренне её ненавидит, что никак не мешает ему жить за счёт этой культуры. Эта болезненная связь с русской почвой привносит специфический элемент в психологию российского неолиберализма и тем отличает его от неолиберализма западного.