Поэзия

 

 

 

 

 

***

Какой густой туман.

И человек в тумане…

Из этого белка

Сбивается признанье.

 

Там эха нет,

Там «Ох!»

Необозримый, вечный.

Конечно, там есть Бог.

И есть младенец млечный.

 

 

 

 

У мальчика огнеупорного,
Не шумного, а лишь упрямого,
На голове картузик форменный,
Да дермантин портфеля пряного.
 

До мелколесья поднебесного
Карабкался по полю чистому,
Где чибисы, как чайки пресные,
Да травы сдержанно речистые.
 

Там речки в берегах обрывистых
Ныряют в водопады взбалмошно.
И разговор собак отрывистый
Вдали, вблизи же очень яростный.
 

И лыжники на горки – лесенкой,
А с горок – с песнями воздушными.
Велосипедов околесица,
Клубы черёмухи удушливой,
 

И соловьи вокруг разбросаны,
Как пирамиды древних надолбов.
Но память днями запорошена,
И расчищать всё надо заново.
 

И одноклассники стараются,
Они, как дворники работают.
А ветры листьями швыряются,
И мы проходим огородами,
 

Парадами и перестройками,
Под новогодних ёлок ветками,
А поколенья огнестойкие
Уже питаются таблетками.
 

Они торжественно и яростно
Проносят беды наши блёклые,
И пятилеток давних парусность
Спасает, как парник под стёклами
 

Спасает бледные растения.
Всё кажется, что вместе с пальмами
Нам выдаются во владение
Все земли, вместе с завиральными
 

Надеждами на вырождение,
А мы разводим удобрения,
Выхаживаем, закаляем.
Потом, когда пройдут учения
И форточки не закрываем.
 

Оттуда тянет мглой сырою
И неподдельной тянет страстью.
И неуютно здесь герою.
Он хочет с той сразиться властью,
 

Которая срывает шапки,
Ломает старые деревья
И сапогом ломает лапки,
И гонит облаков кочевья.
 

И всаживает в атмосферу
Обломки прошлого величья,
В герое пробуждает веру,
А в трусе пробуждает птичье –
 

Не песенное, а больное
Стремленье взмыть и усмехнуться.
И забывается родное
И днём не хочется проснуться.
 

Но вылезают шила острые —
Ростки отменно-щепетильные,
И семена взмывают пёстрые,
Чтоб наземь плюхнулись рептилии.
 

Которым ползать здесь удобно,
Шипеть, под песни маскируясь,
Ведь получается утробное,
Оно отменно нас врачует.
 

Черта подведена. Герою
Отмерено поднять с коленей
Себя равняющих порою
Со слабенькими растеньями.
 

Ведь в диком поле нет теплицы,
Хоть многократно будь ты пленным,
Как во Вселенной нет границы.
Жизнь возникает постепенно.
 

Опять, по месяцам и годам

Ползущие за край всесильны.
Бесстрашные – по тёмным бродам,
За красным глазом – возглас стильный.
 

Так в восхищении невольном,
Когда вдруг светом ударяет,
Вдруг посещает ямб и дольник,
И голос слабенький вещает.

 

 

 

***

Разлиновано море,

Толкает на берег песчаный

Волны строк.

И вершины деревьев вздыхают.

Интонации чаек волнуют.

Волны строк набегают на берег.

 

Пунктуация уток немного смешит,

Но зато

Вдруг мелодия тянет на джаз.

Хорошо ли всё это

Не знаю.

 

А дорога блестит

После первого снега.

Подморозило чуть,

И авто не умеет взобраться

В эту гору блестящую.

 

Путник

Обгоняет его,

И уходит куда-то…

Так в поисках света уходят.

Облака

Словно ангелы сопровождают бродягу.

 

Но теперь этот хор зазвучал.

И слова возникают другие.

И невольно

Возникает симфония

Русской равнины.

 

Никаких инструментов.

Лишь хор молодых голосов.

 

 

 

***

Опять заснула на закате.

И снова не за что ругать…

Умеем мы минуты тратить

И завтра снова начинать

 

Лениться. А потом напрячься

И догонять, и настигать...

Плотней под одеяло спрячься,

Я буду сон оберегать,

 

Свалившийся из лёгкой тучки.

А эта снежная звезда

Легко поможет стать нам лучше,

Ведь так нам хочется всегда.

 

Берёзы свешивают руки

В морозной звёздной тишине.

Привычны песенки разлуки…

Привычки видятся везде,

 

Куда бы небосвод ни вывел

Суровой нитью наших слов.

Мы здравствуем. Досель и ныне.

А стих – ко всякому готов.