Еще раз о черте. На троих

Ну, как обычно все.

– Старичок, – Сережа звонит, – есть идея.

– Подкупающая своей новизной?

– Она самая.

– Да мне ж в лом до Дмитровки твоей ехать.

– А я тебя на остановочке встречу.

Ну, как обычно все.

Доезжаю на электричке до Дмитровской. За водкой иду. Водку надо
брать специальную. Самую дешевую. Лишний рубль Сережа сразу чувствует
и блюет.

А то был уже случай. С одним казаком-олигархом купили водки по
тридцать три рубля (а возле дома сережиного торговали по тридцать
один пятьдесят). Ох, что было. Посинел мальчик, хрипел, умирал.
И сразу вычислил: небось, говорит, гадость какую дорогущую брали,
сволочи…

Теперь уж не рискую. Взял возле дома его две бутылки, иду к остановке
трамвайной. Он там уже. Газетой накрылся, мечтает.

Увидел меня, радуется, как девушке. Закуски, говорит, море. Достает
полпачки холодца. В таблеточках такой холодец – восемь или девять
рублей. Как раз таблеточка на двести граммов примерно. Сидим во
дворике, выпиваем культурно, тихо закусываем. Вокруг снег, натурально,
природа, романтика. Допили первую, вторую откупориваем, С. говорит:

– Старичок, нас-то ведь все за оперов принимают. В смысле – преступника
пасем.

– А водка… прикрытие? А как уснем?

– Сгорели на работе…

Допили нежную, уговорили беленькую. С. к себе зовет. Мамы, говорит,
все равно дома нет, можно и забухать. Я пьяный уже, поверил, повлекся
внутрь. По дороге еще прихватили – попить.

Сидим у Сережи.

Он еще и стакан принес. И половину яблока. Мама, конечно, его
пришла, кричала на нас. Но я уже спал под табуреткой, С. возле
пианино (водку он спрятал на балконе, свесил на веревочке вниз
– гений).

Проснулись, продолжили. Еще кто-то пришел. Одетый почему-то. В
куртке, ботинках, с шарфиком.

– Раздевайся, – радушничает С.

– Холодно тут у вас, – отвечает. И разговаривает, соловьем льется.

Славный парень. Сережа курить – он ему зажигалку. Я иду в туалет,
он подняться помогает, смеется по-доброму. Прихожу – разливает
уже. Один. А где, спрашиваю, С.? За мамой своей пошел, познакомить
хочет. И идет – знакомиться.

Мама-то у Сережи с алкашами знакомиться не любит, но – следующее
мое включение – тут вроде наоборот вышло. Сидят – С. такой восторженный,
гость улыбается нежно.

Проснулся где-то под Волоколамском.

Через пару дней С. звонит. Снова про идею свою говорит. Подкупающую
новизной. А потом, после паузы:

– Ты третьего помнишь?

– Черта что ли?

Помолчали.

Поняли, что не пошутил я.

Сейчас Сережа умер уже. В 39 лет. Лучше c… чем с самим собой.

Последние публикации: 

X
Загрузка