...Ведь на дворе вовсе не эпоха Ивана Грозного. Им платят зарплату – чтобы они оказывали помощь! Хороша помощь. Вот перед нами стоит обыкновенная русская женщина, мать-одиночка. Не богатая. Работает, растит детей. Никого не обижает. И вот, пожалуйста – что-то не сошлось в бюджете, и они решили добрать нехватку вот таким вот зверским способом, за счет матерей-одиночек. Им ничто не свято. Их самих всех посадить надо. Или сжечь на площади. Исаакиевской, а лучше на Дворцовой, нагляднее чтобы.

Они все выше взлетают над полуденным бульваром: двое мужчин и женщина, стрелки и их спасительница-медсестра. Они неспешно парят над городом, чтобы запомнить его навсегда весенним и мирным. Как три жука, три ангела-хранителя. А горожане внизу поднимают головы, удивляясь и осуждая непорядок. И кто-то знакомый и ветреный, взмахнув вслед рукой, кричит: - Ну вот, компания «Иллюзион» летит на войну.

Подобно тому, как Достоевский когда-то сделал запрос на русскую философию и, по сути, вызвал русский религиозно-философский Ренессанс, так и теперь фигура Андрея Платонова занимает умы философов и, возможно, даст толчок к новому русскому Ренессансу, на этот раз уже собственно философскому.

- О! Это ново. Уж я думал в химчистках только восточный контингент работает. Приятно знать, что в какой-то химчистке работает русская женщина. Не от хорошей жизни, конечно, а все равно приятно.