Проснулся в 10 ч. Ел блины. Гулял. Катался на буере снег на улице тает. Катался с озера на коньках (на ботинках), но плохо вчера снег растаял образовались лужи, а ночью замерзли коньки врезаются. Гулял. Зашел к Оле. Ленушка дала 4 марки, но они все у меня есть я плохие сменю на хорошие. Сделал для потехи <скрипку> из лучин вместо струн привязал нитку смычек тоже из лучины с ниткой. С такой <скрипкой> я ходил по улице смешил ребят. Поел. Почитал кину. Был у Виктора. Он приклеивал марки потом долго говорили о том о сем. Гулял. Кидался снегом. Воевали снегом я с Виктором против Гульки, Бориса и Сереги Смир. Гулька нечаянно попал мне снегом прямо в глаз.

Я глубоко убежден, что настоящее личное убеждение, если такое действительно есть, полностью и достоверно высказать не удастся. Об этом убеждении можно лишь судить по оставляемым им наружным следам, по мелочам-антуражу-деталям, но его выражение не лежит в области вербального, не поддается никаким речевым актам. Проще говоря, всякое действие менее лживо, чем любое из слов.

Сергей Юрьенен уехал из страны ещё при советской власти. Голос его, звучащий по радио <Свобода> мы знали лучше, чем его ёмкую, полную пауз и бешенно прущей энергии, прозу. Книги Юрьенена возвращались постепенно - в эмигрантских альманах и малотиражных журналах. Местный литературный истеблишмент, отчего-то, не торопился обратить своё просвящённое внимание на этого остроумного и совершенно <не нашего> человека. Может быть, поэтому?

Экфраксис - описания картин и артефактов литературными средствами. В эссе <Школа экфраксиса> предпринимаются попытки описать картины <Композиция> Виллема де Кунинга; <Бульвар Капуцинов> Клода Моне; морской пейзаж Вильяма Тёрнера.