Знаки препинания #14. Полые люди. Дмитрий Бавильский (14/05/2002)
Коннор лепит драму абсурда словно бы из глубины опустошённых, полых каких-то людей. Их слова и жесты, поступки и мотивы оказываются непредсказуемыми, непросчитываемыми. Книга, написанная как хорошо темперированный клавир, прошитая ниточками едва различимых лейтмотивов, делает финал логическим и закономерным.
Знаки препинания #13. Дары моря. Дмитрий Бавильский (05/05/2002)
Эту книгу, написанную о радостях жизни, связанных с едой и кухонным уютом, нужно продавать в паре с <Пиром> В. Сорокина. Интересная получится пара: если для японцев пища -- символ гармонии и красоты, то для нас -- сами знаете что, <гной и сало>. Разница подходов к трапезе и к потреблению продуктов может сказать о близости или разнице наших культур много больше, чем энциклопедические тома.
Знаки препинания #12. Танго и кэш. Дмитрий Бавильский (02/05/2002)
Когда хочется сказать: <нам явлен новый Сорокин>, -- всегда следует объяснять, что же нового явлено и чего мы в Сорокине ещё не знали, не видели. Прежде всего, цельности и точности характеров. В сценариях Сорокина действуют не картонные муляжи, склеенные из слов, но реальные люди из крови и кожи.
Знаки препинания #11. Без минета -- как без лета. Дмитрий Бавильский (29/04/2002)
Некоторое время назад заметил: все более или менее интересные поэтические события последнего времени создают для меня внутренние методологические проблемы, и встаёт вопрос определения, всегда хочется спросить: а это точно поэзия? Точно стихи?
Знаки препинания #10. Средний класс Дмитрий Бавильский (21/04/2002)
Голливуд, конечно, помогает нам в насаждении зон цивилизованного быта, но всю остальную свою жизнь мы должны отстраивать сами - в том числе и с помощью вменяемой литературы, держа в голове лучшие образцы современных западных романов. Как в своё время это делал Пушкин, вышивавший свои сюжеты на полях Вальтера Скотта и Ричардсона.
Знаки препинания #9. Нелюдимая зима Дмитрий Бавильский (14/04/2002)
Берроуз и Дебрянская создают странную, дуальную пару мужественной женщины и несильного мужчины, подавленного-задавленного своими страстями. Отсутствие психологии -- вот, что не даёт Берроузу быть традиционно мужественным. Книга состоит из разнонаправленных отрывков, которые (создаётся ощущение) автор собрал в разных ящиках письменного стола и объединил в книгу. Наличие (хотя и пунктирное) причинно-следственных связей -- вот что делает прозу Дебрянской не окончательно женской. Хотя и не совсем ещё мужской, мужеской: тональность агрессии, вот что выдаёт страдания по поводу <кастрационного комплекса>. Всё остальное, кажется, на месте.
Знаки препинания #8. "Национальный бестселлер": в поисках самого лучшего (3) Дмитрий Бавильский (07/04/2002)
Организаторы премии очень чётко прописали устав и процедуру: всё прозрачно, никаких подтасовок. Но вот в части содержательной -- разброд и шатание. Мы так до сих пор и не знаем, как должен выглядеть русский бестселлер.
Знаки препинания #7. "Национальный бестселлер": в поисках самого лучшего (2). Дмитрий Бавильский (03/04/2002)
Продолжаем читать тексты, номинированные на премию <Национальный бестселлер>. Недоразумения. Помнится, однажды кто-то даже сборник стихов Евгения Рейна на Букера выдвигал. Что уж тут удивляться, если на <Нацбест> выдвигаются пьесы, исторические исследования, сплетни и даже матершинки! Если такой широкий подход оказывается легитимным, то странно, что никто не выдвинул сборника Веры Павловой <Совершеннолетие> (<ОГИ>, 2002) - самой веселой и остроумной книжки наступившего года.
Знаки препинания #6. Пятёрка аутсайдеров или в поисках лучшего Дмитрий Бавильский (31/03/2002)
Через некоторое время объявят шестёрку лучших книг премии <Национальный бестселлер>. Премия эта странная, какая-то невнятная. Потому что никто не знает, каким должен быть отечественный бестселлер. Знатоки составляют прогнозы (которые, как правило, не сбываются). А я решил пойти от обратного -- выискал в длинном списке тексты, которые, как мне кажется, вот уж точно не выйдут в финал.
Знаки препинания #5. В чертогах зла. Дмитрий Бавильский (25/03/2002)
Но... как говорили в одном советском (некультовом) фильме: <а если бы он вёз патроны?> Если бы и вправду литература несла бы ответственность за трудности переходного периода?! В такой ситуации я всегда вспоминаю Лотреамона, прочих проклятых поэтов -- с ними-то как быть?! Неужели все войны и революции ХХ века случились по их вине? Недавно был на могиле Бодлера, и ничего: знаете, спит себе спокойно в семейном склепе и в ус не дует.
X
Загрузка
DNS