Рейтинг публикаций

Девочка дрожала от холода каждой частицей своего тела, и я почувствовал, как же она устала, возясь весь вечер с этой дурацкой малышней.

И иногда в одном куске содержится больше, чем в чём-то большом или большем

Пол Остер:"Первой (...) книгой, разбудившей в нем писателя, был роман "Преступление и наказание" - "Бог мой, подумал я, вот, оказывается, как можно писать!" ...

Жан задирает шарообразную голову. Жан пытается рассмотреть солнце. Это трудно. Режет глаза, они неумолимо смыкаются, оставляя взгляду лишь смутный образ, написанный собственной кровью.

Отгремевший поезд вызвал своим уходом почти такой же шумный и кратковременный ливень: дождь будто бы был прицеплен к последнему вагону и встал перед нами вроде задернутой кулисы. Он закончился, пока мы переваливали через железнодорожное полотно. Я был рад, что дождь отмыл машину от вчерашнего песка и грязи.

В первых семи главах первой части (всего в романе их три) мы знакомимся с поэтом, от лица которого ведётся неторопливое повествование. Поэт собирается в Грецию. Интерес к его поездке проявляет Кора - взбалмошная девушка, с которой поэт уже ездил в Грецию. Первые главы романа полны воспоминаний о годах учёбы и о университетских друзьях поэта - Гансе и Стефане, в разговорах с которыми проходили лучшие дни юности поэта. Странные, едва намеченные отношения внутри этого многоугольника и составляют главную интригу уже опубликованных (в журнальном варианте) глав.

Мы продолжаем публикацию романа о путешествии поэта и его возлюбленной на греческие острова. Поездка эта, послужившая началу голвоокружительного романа, и сейчас, много времени спустя, занимает важное место в памяти рассказчика. Путешествие в Грецию оказывается попыткой понять себя и своё собственное место в этом мире. Теперь, когда с той, первой поездки в Грецию, минуло много лет, многое кажется странным, неопределённым. Именно поэтому, в канун новой своей поездки, поэт вспоминает о том, как же всё было на самом деле.

Протестантский Новый Свет не отличался гостеприимством по отношению к тифозным католикам. Тысячи ирландцев неделями простаивали в очередях, ожидая медицинской инспекции. Скученность приводила к скорейшему распространению заболеваний.

Круг готов замкнуться. Или это только иллюзия? Последняя глава первой части. Малозначительным подозрениям суждено подтвердиться или опровегнуться. Но куда идти дальше?

Мы остановились возле великолепного трехэтажного особняка. Окна не горели – и неудивительно: шел второй час ночи. Артель наша принялась готовиться к штурму – некоторые постарались прикрыть лица шарфами, иные уж осматривали окна.

В аквариуме Монèк моментально забыла обиды, я тоже воодушевился: такого размаха от спонсоров аквариума я не ожидал. Гигантское куполообразное помещение было плотно заполнено инсталляциями, бассейнами, аквариумами, лабиринты которых вели на второй ярус, выходили на открытое пространство, где должны были идти представления с морскими котиками, выставлялись кости динозавра и кита.

И тут я стал свидетелем следующего: на площадке перед домом стояли 5 (именно: пять) мужчин в белых плащах или накидках с капюшонами. Лиц их я рассмотреть не смог. Я хотел их окликнуть, но не стал этого делать, потому что побоялся.