Рейтинг публикаций

Нигде не найдёшь живое, если не нашел его в себе.

Будет число сынов Израиля, как песок морской, неизмеримый, неисчислимый...

...Думал я свою паучью думу, перебирал тряпки в чулане. Ведь мир-то я слишком хорошо знаю: сам в центре мира сижу и отлично себе представляю, что он такое; в самой его сути ворочаюсь, как в густом киселе. И что - возможно ли в мире такое, как на краю? Никак невозможно! Мир потому и мир, что не таков совсем. А раз мы в мире, то значит для нас края нет нигде. А слово же "нигде" и значит "везде": и я всегда на краю и не нужно идти никуда, поймешь, что ты на краю, и будешь воистину на краю ...

На маленьком планетоиде, / Угрюмом и пустом, / Сидел Шопенгауэр на венском стулике / И дышал легчайшим эфирным веществом.

...на мой взгляд, литература вообще, и особенно постмодернистская литература и есть вот такое прыгание с мертвой стрекозой по мертвой лужайке...

...всякая <мечта>, о чем бы она ни была, есть признак духовной угнетённости и отчуждения человека от естественного течения жизни.

Чем больше я читал странные эти документы, тем яснее понимал, что абсолютно не готов вывести из них некую мораль, которую молодцы могли бы намотать себе на ус, а красные девицы тоже на что-нибудь могли бы намотать.

Пропал верный с земли, среди людей нет прямого, \ устраивают засады кровавые, брата человек стережет — сетью его уловить.

Чтение Генона наверняка может доставить удовольствие поклонникам ясного и простого изложения. Генон очень убедителен, когда говорит о <неспособности к метафизике людей Запада>, о беспорядке в мышлении современного человека. Это на самом деле так: мы живем в мире, где перепуталось онтологическое и онтическое, где глубочайшие символы воспринимаются в качестве пустых аллегорий, где трансценденталий просто не обнаруживается, а религия зачастую понимается как форма морализаторства.

В Рождество звезды кружатся и колокола гудят. В Рождество вся тварь играет и смеется. Я прихожу к своим клеткам, надломив себя, как дольку апельсина, и вижу блаженство крошечных созданий.

Можно было бы объяснить нашу ненависть многолетней концентрацией в обществе ненависти и насилия, порожденных большевистским <бей, круши!>, что, в свою очередь, является следствием марксистского понимания <единства и борьбы противоположностей> -- именно как борьбы безо всякого там единства. Однако, в мире людей нет никакой <социальной физики>, и одно любящее сердце способно остановить килотонны ярости и злобы. Почему-то не останавливает.