Поэзия

 

 

 

 

Надломленная стынью крепостца'
Ажурно-медной скованности веток –
Блаженна жизнь – в полвздохе до конца –
Начала ожидающая света.

Под толковню тризвучную синиц
Рыданья снега – сдержанно-напевны,
Блаженны – припадающие ниц
К изножью неба бледного – блаженны.

Полоской рдяной – тает цвет черты*,
Последний вздох – и в золоте разлитом
Играет камень – солнечной воды,
В глухих разломах полночи добытый...

*цвет черты – след, оставляемый камнем на твёрдой поверхности.

 

 

***

Сегодня небо над землёй
Парит так близко,
С подбитых крыльев на неё
Слетают брызги.

И странный клёкот из груди
Мне слышен рваной,
Бескровных ребер посреди
Дымится рана.

– Или'! Лама' савахфани'?* –
Рывком бессильным
Взмывают руки – заслонить
От боли сына.

Но крепки цепи и сильны
Любви вериги,
И вновь – "Лама савахфани?'" –
В последнем крике...

____________

*Или, Или! лама савахфани? Одно из речений Иисуса на кресте, "Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты оставил Меня?" (Мф 27:46; Мк 15:34)

 

 

На Страстную пятницу.

Полы подобрав виссонные,
Над водой стоит туман,
Дремлют ели тонкосонные,
Облаков курится стан.

Вечер, испустив прерывисто
Дух лучисто-мирный свой,
Сник, и занялся разливистый
Плач над храмовой главой.

Звёзды первые встревоженно
Сыпят звоны в темноту.
Церковь, словно лебедь Божия,
Кло'нит голову к пруду.

Вижу – зыбкий крест багря'нится,
Нежных перьев чистый дым –
Страшный сон – страстная пятница –
По-над берегом земным...

 

 

В Чистый четверг

Ветерком сиреневым надушен
Вечер – накануне дней страстны'х,
Яблонь сброд – калечный и недужный –
Ждёт богатых милостынь весны.

Небо – в розовеющих обмылках –
Киноварью – вновь – подведено,
Солнце гаснет медленно и пылко
В синем мраке перголы* резной.

Прах с души – прикопленный – отряхнут,
Вла'жны – завиточки никнут лоз,
И, едва принявшись, свечи вянут
Там, где завтра взмолится Христос...

__________________

*пергола – садовая арка, навес из вьющихся растений

 

 

В Лазареву субботу

 

 

 

***

Неприодеты – греются поля
Под самым боком городских окраин,
Едва темнит, верхушки наклоня,
Лесок дорогу – холодом изранен.

На влажных склонах травяная плавь
Всё гуще, зеленей и непрозрачней,
В душе поётся – "Смертью смерть поправ..."
И голоски прилётные с утра
Призванивают в темени чердачной.

В неопалимой ризнице берёз
Белы дождями сеченные свитки,
Теплея, горькость дымную донёс
От лопнувших бесшумно почек липких –

Душа враспашку – южный ветерок,
Торопится, от Пасхи – ходко время,
А сколько неба, воли и дорог,
А тучек сколько – полное беремя!

За речкой загулял, на стороне,
Всё нитки ивам спутывает – шалый,
Да с развесёлым присвистом – а мне
Зелёные мерещатся пожары...