Поэзия

 

 

 

 

Петер Баум родился в городе Эльберфельде (Восточный Рейн). Из многих школ, где он учился, самым важным оказался пансионат в Гейдельберге. Именно там будущий поэт стал исповедовать идеал странствующего проповедника. Сохранилось единственное свидетельство того времени – письмо юного Баума к родителям: «У нас с визитом был дипломированный евангелист. Он уверен, что я также стану евангелистом, это было бы моей заветной мечтой. Я убежден, что Бог поможет мне».

 

Однако священником Петер Баум не стал. По требованию отца, предприимчивого промышленника, юноша некоторое время обучался коммерции и трудился в ковровой мастерской в Берлине. Затем отправился в Лейпциг, где попытался открыть небольшой книжный магазин, но был обманут совладельцем, который опустошил казну и скрылся. Разочаровавшись в предпринимательстве, Петер Баум поступил в Берлинский университет, где слушал лекции блестящего литературоведа Эриха Шмидта и  познавал историю германской литературы и философии. Студент-переросток покорял своих товарищей неординарностью мышления. А преподаватели недоумевали: «Как Вы можете одновременно наслаждаться картиной Рафаэля и натюрмортом Гогена?»

 

В мастерской своей старшей сестры, художницы Юлии Баум, молодой человек познакомился с Питером Хилле – писателем натуралистической школы. Это навсегда изменило его судьбу – он окончательно и бесповоротно решил заняться литературным трудом. Ему шел тридцать первый год, а в его творческом багаже находилась одна-единственная рукопись – поэтический сборник «Бог и мечты», который был напечатан лишь спустя три года.

 

Со всей страстью юного неофита Петер Баум окунулся в богемную жизнь Берлина. Ему нравились собрания Ассоциации художников в казино Ноллендорф, где излагал свою гуманистическую антропософию выдающийся мыслитель Рудольф Штайнер. Он частенько бывал в анархо-коммунистическом «Новом сообществе» братьев Харт на Морской улице, где горячо спорили о путях нового искусства свободные художники и политические диссиденты.

 

Но, пожалуй, самой главной стала для начинающего автора встреча с удивительной поэтессой Эльзой Ласкер-Шулер и ее мужем – писателем и издателем Гервартом Вальденом. Они показали ему пример неустанной внутренней работы над собой даже среди расхристанной богемы, и остались его добрыми друзьями до конца. Восхищаясь евангельской чистотой творений поэта, Герварт Вальден называл своего молодого друга «религиозным отроком».

 

Стихи и романы Петера Баума начали публиковаться в самом модном издании начала ХХ столетия – журнале немецкого экспрессионизма «Штурм», который издавал Герварт Вальден. «В этом еженедельнике выражают себя только личности, имеющие схожие взгляды и воззрения – заявлял издатель. – Исключены любая журналистика и фельетоны. Продуктивное искусство появится в виде романов, новелл и стихов значимых современных авторов». Этими авторами стали Кнут Гамсун и Генрих Манн, Сельма Лагерлёф и Эльза Ласкер-Шулер. Достойное место среди них занял и Петер Баум.

 

Творческие планы прервала первая мировая война. Под влиянием патриотического порыва Петер Баум записался в добровольцы, хотя его мечтательность могла поставить под угрозу собственную жизнь, и оказался на Восточном фронте в должности санитара. Он мог бы остаться в тыловом лазарете, но его наивный темперамент подогревала жертвенная страсть. Он был готов только к большой жертве Спасителя. Таковую жертву он и принес, когда вечером 5 июня 1916 года неподалеку от передовой рыл могилы для погибших солдат. Осколки шального снаряда поразили его в голову, и на следующий день Петер Баум скончался. Это случилось в небольшом латвийском городке Кекава на берегу Даугавы.

 

Получив печальную весть, Герварт Вальден собрал фронтовые стихи своего друга, и в том же году выпустил их отдельной книгой под названием «Окопные стихи». Удивительное дело: написанные в окопах, под смертоносным огнем, эти стихи были полны светлой любви и печали.

 

Благодаря самоотверженной деятельности Герварта Вальдена по пропаганде немецкой поэзии, творчество Петера Баума стало широко известно в Германии. Однако в России его произведения до сих пор не публиковались. Стремясь восполнить этот пробел, петербургский поэт и переводчик Евгений Лукин впервые перевел и издал эту мемориальную книгу к 150-летнему юбилею прекрасного поэта.