Комментарий | 0

Эстетика и чувственное познание (12)

Предыдущие выпуски 

4.7. Мировосприятиеэто восприятие реальности, соответствующее определенному миропониманию (п. 4.2) или опосредованное миропониманием. Особенности индивидуального мировосприятия определяются характером осмысления реальности или характером того нового смысла, который создается в интеллекте при переработке восприятий.

     Развитие человека идет по пути усвоения общественно-исторического опыта, зафиксированного в предметах материальной и духовной культуры. Этот опыт передается с помощью обучения и воспитания, характер и методы которого также определяются культурой общества. В каком-то смысле, индивидуальное миропонимание представляет собой отображение данного общественно-исторического опыта. Мировосприятие – это восприятие, преломленное через миропонимание. Человек может воспринимать только так, как входная информация преобразовалась в его интеллекте, а она преобразуется вполне определенным образом, в соответствии с его миропониманием.

     Сплошь магическое и антропоморфное миропонимание древности постепенно рационализировалось и сменилось современным – полурациональным полумистическим. Эта раздвоенность, присущая даже миропониманию религиозных фундаменталистов, связана с все возрастающим влиянием научной составляющей миропонимания и общим прогрессом. Вместе с тем, научные представления среднего человека крайне путаны, случайны и неорганизованны. Секуляризация и все большая интеллектуальная свобода проявились в отсутствии единого направляющего стержня, эклектичности в миропонимании, представляющем собой симбиоз научных знаний с религией, оккультизмом, элементами древнего мифологического сознания, морали, эстетики, политологии, дополненный личным опытом. Тем не менее, миропонимание взрослого человека весьма стабильно, а после 50 – 60 лет – почти непоколебимо. (Говорят: «Человек, твердый в своих убеждениях»).

     Эклектизм, связанный, видимо, с определенной инерцией общественного сознания и особенностями системы образования и воспитания, соответствует стремлению интеллекта к «заполнению белых пятен» в познании (п. 4.6). В этом можно усмотреть определенные достоинства, связанные с «расширением сознания», «свободными ассоциациями» и т. п. Проблема лишь в том, что идеи, рожденные в «свободных ассоциациях», могут приниматься за истину и иметь миллионы восторженных последователей. Это свидетельствует о низком общем уровне миропонимания в сообществе. С другой стороны, человек «твердый в своих убеждениях» покрыт скорлупой из твердого как железо миропонимания, которое защищает его от любых новых веяний.

     Любопытно, что различные виды миропонимания могут вполне бесконфликтно уживаться в рамках одного интеллекта. Человек может днем разрабатывать электронные схемы или программы, используя строгие законы логики, а вечером ходить на заседание эзотерической секты, практикующей магию. Происходит как бы переключение сознания в другой режим и переход в параллельную реальность. Человек сознательно разделяет две сферы миропонимания, не давая им смешиваться и вступать в противоречие. Более того, он ищет способы примирения этих двух сфер.

     Приведу характерный пример попытки примирить научное и религиозное миропонимание. Утверждается, что чудеса не противоречат науке, поскольку наука имеет дело с повторяющимися и воспроизводящимися  явлениями, а чудеса – единичны. Ученый, зарегистрировав чудо, сочтет его ошибкой эксперимента: наука не занимается чудесами. Казалось бы, все логично. Но, с другой стороны, если единичное является проявлением общего, то явление чуда означает, что это общее может не проявиться в единичном или проявиться как-то не так. Другими словами, законы природы не незыблемы, а в определенных случаях ими можно манипулировать. И, запуская космический корабль (единичное событие), мы не можем быть уверены в расчете, а должны учитывать возможность чуда. Ему же мы можем приписать наши неудачи и катастрофы. То есть, мы должны качественно поменять наше миропонимание, если допустим хотя бы ничтожную возможность для природы действовать вопреки законам. Есть только один вариант примирения научного и религиозного миропонимания: признать, что законы природы незыблемы, а вопрос о происхождении этих законов оставить на рассмотрение философии. Но религиозное миропонимание не может с этим смириться, так как это означало бы потерю возможности всякого божественного вмешательства.

     Миропонимание определяется структурой совокупного познания, в частности, характером связей между различнымимоделями в интеллекте. Хорошо структурированное познание проявляет себя в методологии мышления, способности «все раскладывать по полочкам», умении анализировать и синтезировать, а главное – управлять «свободным потоком смыслов», стремящимся все  объяснить и осмыслить.

     Могучий аппарат ньютоновской механики, его универсальность и способность объяснить широчайший круг явлений природы, оказал огромное влияние не только на содержание научной деятельности, но также на миропонимание (мировосприятие) сообщества в посленьютоновский период вплоть до нашего времени. Примерно через сто лет после выхода в 1687 г. «Начал» Ньютона это миропонимание наиболее концентрировано выразилось в идее механического детерминизма П. С. Лапласа, согласно которой все явления природы (включая биологические и психические) можно выразить (объяснить, вычислить), используя ньютоновскую механику.

     Любопытно проследить, как трансформируется миропонимание под влиянием новых научных достижений. Например, вот как объясняется лечебное воздействие водных процедур на организм человека в одной из книг конца 19 в.: «Вследствие падения воды на одно и то же место реактивная сила соответствующих нервов истощается, и молекулы нервного вещества делаются неподвижными...» – чисто механистический подход. В начале 20 в. господствовали представления о материальных началах болезней, что не замедлило сказаться на характере объяснения: «Благодаря действию воды приходят в движение скрытые, отложившиеся болезнетворные вещества, и таким образом они получают возможность покинуть организм и выделиться наружу». Вот на горизонте показалась эра электричества: «Чем оживленней будет движение нервных молекул в нервах кожи, тем скорее передается электрический ток по всем нервным путям, тем сильнее будет его благотворное влияние на кровеносную систему и ее отправления». В наше время мы могли бы услышать что-нибудь о генерации белков определенными генами, о возрастании капиллярного кровотока вследствие стимуляции активных зон кожи или о влиянии общего адаптационного процесса, связанного с нарушением гомеостаза. А вот пример всеохватывающего религиозного мировосприятия: «небо – вера; ею мы усматриваем духовное небо: учение Христово. На этом небе сияет Евангелие, как солнце, Ветхий Завет, как луна, –  писания святых Отцов, как звезды» – восприятие неба свт. Игнатием Брянчаниновым. Мировосприятие само «прорывается» в сознание, будучи не в состоянии ограничиться простой констатацией факта или описанием явления. В отличие от научного мышления (знаменитое изречение Ньютона: «Гипотез не измышляю»), мировосприятие всегда расширяет круг явлений, объясняемых той или иной научной моделью, а если не хватает науки – подключает сверхъестественное. Задача сознания – не поддаться «соблазну» и остаться в рамках понятий.

     Научное понятие, попадая на хорошо «унавоженное» поле обыденного сознания, прорастает диковинными плодами. Например, физическое понятие энергия означает определенное состояние или свойство, присущее материальным образованиям и характеризующее их способность производить работу. То есть энергия не может существовать вне материального носителя. По мере внедрения в народное миропонимание, энергия стала превращаться в самостоятельную субстанцию. Говорят «энергетическое поле», «поток энергии», «картина обладает большой энергией», «прислониться спиной к дереву и взять его энергию», «впитать в себя космическую энергию», «ментальная энергия»... Не меньшим метаморфозам подверглось понятие информация. Звезды уже не светят, а передают информацию. Космос наполнен информационным полем. Дверь не скрипит, а сообщает информацию, что ее пора смазать... Дальше – больше: «Вселенная – гигантская голограмма» – оперативный отклик на изобретение голографии, «когерентное мышление» – по аналогии с лазерным излучением или, чтобы мало не показалось, «вселенная – образец интерференции энергии с характеристиками голограммы». Прямо ощущаешь, как у человека дух захватывало от масштаба мысли.

     Дело здесь не в неграмотности  или в нежелании  усвоить научные понятия. Дело в невозможности удержать мысль в узде понятийного мышления и усмирить воображение, в страстном желании почувствовать вдохновение творца, первооткрывателя: «А что если самая маленькая голограмма – это ДНК, а самая большая, о, Боже – Вселенная! Не случайно и ДНК, и галактика закручены по спирали». И уже вместо Сварога, Перуна и Ярилы мы получаем энергию, информацию, ауру, чакры, либидо и тонкое поле. И, подобно доисторическому дикарю, человек способен объяснять и толковать любые явления жизни в рамках своей мифологии. Мировосприятие, преломляясь через миропонимание, генерирует образы, представления и модели, то есть создает новое знание. (Речь не идет о качестве этих знаний: «Сон разума рождает чудовищ»). Здесь проявляется свойство нашего мышления все сводить к образам (формам) и чувствам.

     Слова Ньютона «гипотез не измышляю», скорее всего, стремление выдать желаемое за действительное. Наверняка мозг Ньютона, мыслившего вселенскими масштабами, постоянно генерировал идеи, мысли, те же гипотезы и, безусловно – образы. Однако, все, что не «влезало» в рамки научной модели было безжалостно истреблено и предано забвению. Он мог позволить себе «порассуждать» в толковании Апокалипсиса, но не в «Началах». Результат работы ученого – логичный, стройный и четкий. Не таков процесс – скрытый от посторонних. Он-то как раз состоит из «измышления гипотез», поскольку протекает в условиях дефицита информации, восполнить который может только воображение. Гипотеза не может быть рождена из чистой логики, она продукт мировосприятия, чувства и образного или интуитивного мышления, но именно гипотеза является потенциальным новым знанием. И хотя содержание гипотезы может иметь рациональный характер, сама гипотеза является результатом скорее чувственного, чем рационального познания.

     Почему же чувственное и образное нам ближе, чем рациональное и научное?

     Процесс рационального познания связан с категориями правильность (логичность, непротиворечивость, соответствие выбранным правилам) и истинность (соответствие объективной действительности). Процесс чувственного познания можно охарактеризовать понятием-образом – правда. Это – великое слово. Существует правда-истина, правда-справедливость, правда-красота, правда-право, правда-приговор и даже «правда-матка». Правду жизни ищут писатели и художники, правдоискательству посвящают свою жизнь герои, за поисками правды шли к царю и в неведомые страны, за правду поднимались восстания, за правду люди отправлялись в тюрьму, на каторгу, на плаху. Истина – суха и неинтересна. Правда – возвышенна, трепетна и неуловима. Истину вдалбливают в головы учеников. Правда впитывается «всеми фибрами души» как глоток воды из святого источника, как струя свежего воздуха в затхлой атмосфере, как «луч света в темном царстве». В чем различие между правдой и истиной?

     Правда есть результат мировосприятия, истина – результат рационального познания. Правда осознается через чувства, истина познается разумом. Познание истины изменяет миропонимание и мировосприятие. Познание правды придает направленность и смысл поискам истины. Правда и истина оказываются связанными неразрывной связью.

     Так, например, истина в общественных отношениях есть право, но формирование правовой системы невозможно без учета требования правды-справедливости. В чем проявляется правда-справедливость? В форме общественных отношений. В чем проявляет себя система права? В модели общественных отношений. Правда стремится к идеальной форме, истина предлагает реальную модель.

     Но коль скоро общество использует систему права, а не правды, то не значит ли это, что правда это «неполноценное» право, а право – «совершенная» правда? По большому счету, последнее слово остается все же за правдой. Правда – это глас народа. Неправый суд и презумпция невиновности не спасут сановного подлеца, взяточника и тирана от презрения общества. Окончательный суд – суд истории базируется на правде, а не на праве.

     Правда содержит в себе нечто большее, чем право. Вопрос в том, что собой представляет это нечто? То ли это отражение некой объективной реальности, то ли это сон разума, рождающий чудовищ?

     Огромный исторический опыт показывает, что это нечто действительно содержится в реальности и представляет собой ее этическое содержание. Мы можем утверждать, что этическое содержание реальности проявляет себя в форме отношений между людьми и людей с природой, а восприятие этих форм опосредуется миропониманием. Таким образом, воспринимаемое этическое содержание есть продукт структурно наиболее общей системы – системы миропонимания и не сводим к логике, потребностям, значениям, значимости и т. д. Это опосредованное миропониманием восприятие (мировосприятие) этического содержания представляет собой познание определенных аспектов реальности и проявляет себя в соответствующих чувствах, имеющих характер отношений к реальности (п. 4.4). Рационализация и осмысление этих чувств позволяет выделить понятия этики: добра и зла, справедливости, долга, ответственности и т. д.Мы приходим к выводу, что в основе этики лежит чувственное познание.

     Теперь вернемся к человеку, который усмотрел нечто общее между ДНК и галактикой: спиралевидность. Он может продолжить этот ряд и найти в природе множество спиралевидных форм, наконец, вспомнит о спиралевидном характера эволюционного процесса и придет к выводу, что он открыл некий «закон спирали», действующий в природе на самых разных уровнях организации (от раковины улитки и движения воды в воронке до циклона в полконтинента и галактики). Хотя этот закон ничтожен с точки зрения науки, но то, что он отражает нечто, никто не будет оспаривать. А теперь попробуйте сформулировать: что именно он отражает?

     Это нечто проявляет себя в формах и отношениях форм совершенно разнородных и различных по масштабу предметов и явлений. Несмотря на научную ничтожность «закон спирали» красив, по крайней мере, для его первооткрывателя. Он обладает эстетическим содержанием. Он может стать основой для стихотворения или эссе, но в то же время он «явно» связан с некими неизвестными доселе более общими или более глубокими закономерностями, которые скрыты от нас, но проявляют себя через форму. Мы не можем сказать ничего внятного о природе этих закономерностей ни даже наметить подход к их пониманию, ни тем более – указать область знаний, позволяющую их раскрыть, но мы чувствуем, что во всем этом есть какой-то скрытый смысл.

     Это так называемое эстетическое чувство, имеющее характер отношения к реальности (п. 4.4), возникло в результате чувственного познания некоторых аспектов реальности – ее эстетического содержания. Восприятие (познание) эстетического содержания – эстетическое восприятие (познание) – возникло в результате восприятия, опосредованного миропониманием – мировосприятия, то есть преломилось через совокупный итог познавательной деятельности человека. Эстетические чувства принято классифицировать в соответствии с эстетическими категориями (прекрасного, безобразного, возвышенного, низменного и т. д.), но реальное содержание чувств всегда шире и содержательнее категорий, в которых зафиксированы результаты рационализации чувств.

     Характер мировосприятия реальности может быть мистическим, основанным на вере в сверхъестественные силы, и материалистическим, основанным на вере в естественную природу любых явлений реальности. Как показывает опыт, эти два вида мировосприятия могут мирно уживаться в рамках одного интеллекта, занимая различные «ниши»: автомобиль обходится без мистики, но зато душа уж никак не может без нее обойтись.

     Впрочем, если вы обратитесь, например, к индейцу кечуа с просьбой воспользоваться его автомобилем, он «на полном серьезе» вам ответит, что вынужден отказать в просьбе, так как душа автомобиля может обидеться на такое отношение со стороны хозяина и «выкинет» какую-нибудь неприятность. Европеец в аналогичной ситуации может сказать, что автомобиль имеет специфику и без соответствующей привычки за руль садиться не стоит. Идентичный результат – отказ помещен в обертку, отражающую индивидуальное миропонимание.

     Этическая, эстетическая, мистическая, религиозная, рациональная, научная составляющие мировосприятия, вообще говоря, соответствуют различным отношениям к реальности (или различным измерениям реальности) и поэтому – обладают определенной самостоятельностью. Верующий и атеист вполне могут найти общий язык по вопросам науки, нравственности или красоты. Тем не менее, цельное мировосприятие всегда стремится к непротиворечивому синтезу всех перечисленных составляющих, сведению их к единым началам (духовным или материальным).

Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы

X
Загрузка
DNS