Комментарий | 0

Русский Станислав Лем. К cтолетию

 

 

 

 

Фантастика, как жанр, сильно перекликается с метафизикой, работающей традиционно с пластами запредельности, пусть и используя материалы человеческого бытия.

…отсюда – мыслящая планета, знаменитый Солярис, в недрах которого мышление происходит усложнённо: уж человеческий мозг с бессчётными его тайнами не уступает в сложности вселенной, а как представить мозг, увеличенный тысячекратно?

 Причудливые кладовые памяти раскрывают былое по-новому, и планета, являющаяся сгустком мысли, работает с человеческими ассоциациями, не говоря – памятью, как считает нужным.

 Каждая жизнь поэтична: Лем поэт фантастики, но и – её алхимик, смешивающих в литературных сосудах самое разное: иронию, сострадание, сожаления об ушедшем…

Тихо струится подводная трава воспоминаний; вдруг она вспенивается невозможным, и исследователь, оказавшийся в бездне космоса, обнаруживает собственную жизнь изменившейся…

 Есть в этом нечто от возможности проснуться с изменённым лицом, от Кафки, сильно менявшим представления человека о нём самом, от…

…пусть даже экранизации: некогда столь знакомой советскому зрителю: экранизации, представивший и город будущего, и возможные открытия, и блестящую игру любимых актёров; но – никакое киноповествование невозможно без качественной основы…

 Таков «Солярис» – во многом ассоциирующийся с эталоном фантастики.

 Лем – писатель мысли: неустанной, неуспокоенной, но – совершенно не раздражённой; мысли, стремящейся объять необъятное, расшифровать космос, предложить новые варианты развития и движения.

С. Лем анализирует возможное, выстраивая не бывалое.

Он анализирует это сложно, опровергая расхожий, пустой псевдо-афоризм: Всё гениальное просто…

Сложно!

Очень сложно!

А Данте, и квантовая теория, и Бах…

…Солярис работает: неукоснимо, красиво, медленно, быстро, собирая тысячи процессов в одно, увеличивая скорость читательского сознания, раскрывая бездны, ещё неизвестные человеку.

Известны ли они теперь?

Лем разнообразен: его юмор высокого качества, его шутки врезаются в память.

Попробуйте разобраться с сепульками!

Они – есть процесс сепуления.

…каковое представляет собой занятие ардритов: и оный круговорот прочно вошёл в фольклор советской интеллигенции.

  …это – «Звездные дневники Ийона Тихого»: наполненные    чудесным юмором, играющие фактурой фантазии и мечты, разнообразно варьирующие человеческое многообразие.

Путешествие манит: всегда, почти всех: звёздное путешествие заманчиво вдвойне.

Русский провидец, поэт космоса К. Циолковский утверждал: Земля – колыбель человечества. Но нельзя же всю жизнь прожить в колыбели!

Лем снаряжает великолепные космические экскурсии, демонстрируя роскошную оснастку языка и чудо, которое может взрастить фантазия.

У Лема – сад фантазии. И сад фантастики, разбитый им, сияет ярко.

Философско-футурологический трактат «Сумма технологий», – очевидно адресующийся к Аквинату, суммировавшему теологические своды, и, исполнив труд, выходящему из библиотеки с толстым томом подмышкой: а мимо, по изменившемуся городу проносится ярый мотоциклист.

…интеллектроника – религиозно-метафизическая информация, значение значения, суть сути…

 Забраться в самые корневые лабиринты, чтобы поймать её – бесконечно ускользающую, такую манящую суть: бытия и фантасмагории, мысли, помноженной на чувства, и чувств, исследованных мыслью.

 Восемь глав книги, как восемь ступеней в зазеркалье: или запредельность анализа несуществующей данности: Лем головоломен и очень непрост.

 Пролегомены к всемогуществу есть конструирование всего: именно с той интенсивностью, которая это всё отрицает.

 Появится фантомология, опережая намного виртуальность: она появится, объясняя грядущее, ибо фантаст выступает порою, как провидец.

Но здесь вовсе не интеллектуальная игра в бисер: здесь – начертание возможных путей…

 Жаль, не предлагаются выходы из ситуаций, куда приводят многие из них.

  …как-то понятно становится, что морально-этические аспекты сложно соотносятся с нагромождением технологий, так меняющих души, что они уже не могут глядеться в зеркало небес.

 А вот «Мнимая величина» – книга, состоящая из предисловий к выдуманным книгам, и из рекламного проспекта к измышленной «Экстелопедии Вестранда»: в определённом смысле – это книга пустот: бесконечное напластование вымыслов, которые, если последовательно разворачивать, ничего не найдёшь.

 Лем предсказал нынешнюю действительность: виртуальная реальность убеждает в этом.

Или она – нынешняя – подражает Лему?

…он описывал и Эдем, и путешествие в него, только Эдем получался слишком далёкий от рая…

Двутела, существующие там, нагромоздили власть, отрицающую своё собственное существование, и – таким образом – в концепции романа – неуязвимую…

 Прокрустика – наука по управлению обществом – очевидно и недвусмысленно отсылает к Прокрусту: известно каким образом расправлявшемуся со своими жертвами.

 Так, что бросьте мечтать об Эдеме – вечно будут получаться двутела.

 И «Глас Господа» не будет раскодирован, увы.

Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы

X
Загрузка
DNS