Комментарий |

Бумеранг не вернется: Пейтон Эмберг Тамы Яновиц

Евгений Иz

/Тама Яновиц «Пейтон Эмберг», М.:АСТ, ЛЮКС, 2005/

Роман американки Тамы Яновиц «На побережье Гитчи-Гюми» (издан в 1996
там, в 2001 здесь) был самым веселым, смешным и
эмоционально правильным чтением для всех, кто молод возрастом, духом,
сердцем или умом. Сборник ее же рассказов «Рабы Нью-Йорка», в
1986 году открывший Америке, а затем миру эту писательницу,
был только сборником рассказов – забавным, разнокалиберным,
но не настолько цельно-убойным, как вышеупомянутый роман
(сборник публиковался в журнале «Иностранная литература»,
кажется, году в 2002-м). Сила романа «На побережье…» безусловно
– в молодости его героев и молодости взгляда автора на мир и
на людей. Названия проиzведений Яновиц: «Американский
папочка» (1981) и «Критический возраст» (1999); тема возраста,
кажется, обозначена достаточно четко. Антропологическая
граница проведена. Что же дальше?

Дальше – свежепереведенный (2003 – там, 2005 – здесь) роман Яновиц
«Пейтон Эмберг». Чтение масштабное (380 страниц) и,
относительно вышеупомянутого «На побережье…», даже удручающее.
Оглушающее своей скукой. Относительно же, допустим, подавляющего
большинства отечественных дамских романов – вещь
выразительная, ненадуманная и попросту блестящая.

Пейтон Эмберг – так зовут женщину, с которой по настоянию Тамы
Яновиц читатель должен прожить почти четыре сотни страниц и без
малого большую часть жизни героини. Пейтон – ребенок из
многодетной семьи, бедной, классом гораздо ниже среднего, где
безотцовщина, фастфуд и бумажные тарелки, тронутая мама,
отсидевший оболдуй-брат, далекие друг от дружки сестры и полное
отсутствие социальных перспектив – особенно удачного
замужества. Это последнее обстоятельство играет в романе главную
роль. Пейтон ничего не светит (малооплачиваемая тупая работа за
монитором в мелкой турфирме и спорадические трахо-хахали на
неделю – кажется, это весь рацион и кругозор ее жалкой
жизни). Сама Пейтон тоже не блещет ни особенным умом, ни
оригинальностью, ни выдающестью. Все, что у нее есть, – как
утверждает Яновиц, это касается большинства женщин, – это красота.
Однако, красота, – как напоминает Яновиц, – у женщин на
время. В общем, ситуация грустная и скучная. После и вдруг –
замужество за евреем-дантистом Барри из Нью-Йорка, переезд к
нему из своего бостонского зацементированного между эстакадами
и трассами пригорода, прорыв в средний слой среднего класса
(все равно долги за кредиты и нехватка денег). Любви вообще
не было. Ребенок родился по недоразумению. Читатель будет
двадцать лет кантоваться в этой средней, – как утверждает
Яновиц, – американской семье. Затем, уже сорокалетней, Пейтон,
все еще сохраняющей элементы своей изящной былой красоты,
что-то ударяет в голову. В переносном смысле. И она, пользуясь
постоянными командировками на своей службе, погрязает в
супружеских изменах и эротической невоздержанности. Впрочем,
такова она была всегда – теперь же эти приключения подкрашены
новым чувством героини, а именно – смутной потребностью в так
называемой «любви», что бы этим словом не называли в
обществе. «Любовью» оказывается набор ощущений, находящийся между
поверхностной привязанностью и яркими оргазмами. Обо всем
этом написано без затей, просто, с удручающей смещенностью в
плебейское сознание героини. Единственные положительные черты
в абсолютно серой психической вселенной Пейтон –
непосредственность, естественность и органичность.

Роман затрагивает следующие идеи:

– Старение. Психологическая и физиологическая энтропия.

– Конец истории – в частном порядке и социальном срезе. Круг
интересов среднего класса вполне понятно сосредоточен на продлении
спокойствия и вольготности для дальнейшего проявления этих
же интересов этого же класса. Леди Эмберг стареет, меняется,
но не настолько, чтобы изменять жизнь вокруг себя или менять
собственные жизненные принципы и установки. Ничего нового,
полная скука и старость со смертью в перспективе.

– Сомнение в стабильности социальных норм. При этом их массивность.
При этом их беспомощность относительно уходящего времени и
подрастающих поколений. Разрыв внутренних связей между
поколениями, но не между группами внутри одних и тех же классов
общества. Социальная стабильность, добытая ценой того или
иного душевного торга, ведет – и это закономерно, и это
двигатель цивилизации – к перманентной личностной
неудовлетворенности (что бы там ни выдумывали дейлкарнеги всех времен и
народов). Но эта неудовлетворенность каждого ведет не столько к
его цели, сколько в свою индивидуальную (но в общем типичную в
социальном смысле) сторону.

О тексте/письме романа:

а) Ощущение общей скуки. Допустим, если не совсем корректно (хотя
правомерно) сравнить фильм «Фрида» и книгу «Пейтон Эмберг», то
биографии двух женщин абсолютно не равны по силе авторской
выразительности и заинтересованности. Хотя и там, и там
перед глазами проходит вся жизнь героинь, со всеми перипетиями
брака, с признаками эпохи. Совершенно разный подход к
монтажу-динамике-нарративу.

б) Ощущение дезориентации. На протяжении канала «Автор-Читатель»
идут импульсивные скачки ретроспекции (по воле автора,
разумеется), усиливается повтор кусков текста, которые сначала
смутно припоминаются-узнаются, а после выглядят, как лёгкая
кататония повествования. Сей постмодернистский прием и ход у
Яновиц, тем не менее, смотрится и выглядит прилично, приличнее,
чем у многих.

в) Пессимизм. Юмор автора уменьшается (количественно и качественно),
а растерянность героини возрастает.

Что можно сказать о константах в творчестве Тамы Яновиц,
проявившихся и в романе «П.Эмберг»:

1. Роман украшен эпиграфом знакомой по предыдущим творениям Филлис
Яновиц – это вновь стихотворение, теперь под ярким названием
«У души нет морали».

2. В романе много влечения мужчин к героине. Комизма в ситуациях
меньше, но гендерная «сатира» все еще имеет место.

3. У молодой героини опять большая семья, нет отца, мама после
очередного исцеления электрошоком.

4. В романе много животных, и это снова собаки, которых, похоже,
очень любит Тама Яновиц.

Подбивая итог всему вышесказанному, с некоторым прискорбием, но все
же с верой в будущее литературы, следует сказать, что
«Пейтон Эмберг» у Тамы Яновиц – роман проходной, написанный, может
быть, по необходимости или по условиям контракта. Хотя
почти 400 страниц текста… Нет, ну разве так можно… Ну, кто так
делает?...

«Это был мужчина за шестьдесят с высоким лысеющим лбом и розоватым
лицом, выдававшим пристрастие к красным винам. Внешностью и
манерой держаться он походил на властного человека… Пейтон не
сводила глаз с незнакомца. Ему ничего не стоит, размышляла
она, приняв ее за свою безропотную служанку, овладеть ею
прямо здесь, уложив под ближайшим буком. Что ж, она не станет
сопротивляться.»

Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы

X
Загрузка
DNS