Типы новых слов: Опыт классификации

Неология – наука о новых словах – нуждается в развитой типологии.
Выделяются такие типы новых слов: футурологизмы, актуализмы,
экспрессизмы, однословия, протологизмы.

1. Футурологизмы

Одна из важнейших задач неологии – выделение типов новых слов,
разработка методов их классификации.

В настоящее время принято выделять три разряда слов по лексическому
признаку «старое – новое»:

Архаизмы – устаревшие по стилю слова, вытесненные из употребления
другими, синонимичными словами, например, «вотще»
(«напрасно»), «очи» («глаза»), «сей» («этот»), «позор» (в значении
«зрелище»).

Историзмы – устаревшие по значению слова, вышедшие из употребления в
связи с исчезновением тех явлений, которые они обозначали,
например, «боярин», «опричник», «ямщик», «урядник»,
«нэпман».

Этим двум разрядам устаревших слов в языке соответствует только один
общепринятый разряд новых слов – неологизмы. К неологизмам,
как правило, относят слова, отсутствующие в словарях и
воспринимаемые обществом как новые. Например, в советское время
были неологизмами такие слова, как «колхоз», «луноход»,
«космонавт»; в постсоветское время – «челночить», «ваучер»,
«совок», «нашизм», «путана». К неологизмам относят также и
стилистически новые слова, созданные с целью художественной
выразительности, такие, как «смехач» (В. Хлебников),
«молоткастый» (В. Маяковский), «матьма» (А. Вознесенский), «махроть» (Д.
Пригов).

В этой системе категорий, охватывающей слова по признаку
устарелости-новизны, недостает нескольких категорий. В первую очередь,
это слова, которые обозначают еще не существующие явления,
относятся к будущему или к возможному. Я предлагаю называть
их футурологизмами.

Футурологизм (futurologism, буквально – «будесловие») –
разновидность неологизмов, новые слова, которая обозначает еще не
существующие, но возможные явления.

Футурологизмы существуют давно – некоторые из них впоследствии
обрели свои реалии и вошли в широкое употребление. Таково,
например, слово «робот», изобретенное братьями Чапеками (писателем
и художником) в 1920 г.; или слова «киберспейс» и
«киберпанк» (cyberspace, cyberpunk), введенные американским фантастом
Уильямом Гибсоном в 1984 г. Будущее последовало за этими
«будесловиями» – появились роботы, киберпанки и то самое
киберпространство, через которое мы сейчас повседневно общаемся.
Такой посыл значений в будущее, которое может их воплотить,
становится все более характерным для словотворчества начала
21-го века, когда история и техника вступают в «сговор» с
самыми дерзкими лингвофантазиями, неологиями и начинают их
воплощать.

Отношение слова и явления (означающего и означаемого) у
футурологизмов принципиально иное, чем у других неологизмов, которые
относятся к настоящему, обозначают недавно возникшие явления
или по-новому обозначают известные явления. Футурологизмы
это слова, которые предшествуют самим явлениям, как бы
опережают их, а возможно и предвещают их, формируют те понятия, из
которых в свою очередь могут формироваться сами явления.
Среди лексических категорий футурологизмы симметричны
историзмам, указывая, соответственно, на реалии, которых еще нет
(футурологизмы) или уже нет (историзмы). Соотношение между
словом и реалией у них противоположно: историзмы – это слова,
которые уходят из языка вслед за реалиями, а футурологизмы –
это слова, которые предшествуют возможным реалиям.

Футурологизмы особенно насущны сейчас, когда не только искусство, но
и наука и техника оперируют множеством понятий,
проектирующих мир будущего. Например, совсем недавно появились в печати
такие футурологизмы:

виртонАвтика (virtonautics, лат. virtualis, действенный, и nautica,
плавательный; ср. космонавтика) – странствие, навигация,
«плавание» по трехмерным виртуальным мирам.

соразум, синтеллЕкт (syntellect; приставка «син-» , греч. syn, со-,
и корень «интеллект») – соборный разум, который образуется
интеграцией индивидуальных сознаний через сеть электронных
коммуникаций; высшая ступень в создании всечеловеческого
нейро-квантового мозга.

ноокрАтия (греч. noos разум, и kratos власть) – форма правления, при
которой верховная власть принадлежит совокупному интеллекту
общества; власть коллективного мозга, соразума, который
сосредоточит в себе интеллектуальную потенцию всех мыслящих
существ и будет действовать как на биологической, так и на
квантовой основе. [3:122, 147]

2. Актуализмы и экспрессизмы

Футурологизмы составляют один из разрядов неологизмов, т.е. новых
слов в широком смысле, куда должны войти по крайней мере еще
два разряда: актуализмы, означающие новые, ранее неизвестные
явления (типа «компьютер» или «нейлон»); и экспрессизмы,
обозначающие новые слова, созданные с целью художественной
выразительности (типа «смехачи» и «времыши» у Хлебникова).

Актуализм – неологизм, который входит в жизнь одновременно с
обозначаемым явлением или вскоре после него. Появляется новый
прибор, программа, товар, предмет быта, техническая или
медицинская новинка, научная идея, политическое движение – и
появляются слова «интернет, браузер, поисковик, пиар, йогурт,
промоушн, мортгидж, маркетинг, ваучер, нацболы, нашисты,
единороссы» и т.д. Актуализм отвечает на запрос нового жизненного
явления. Названия новых товаров и фирм требуют чеканной
лингвистической проработки, чем и занимаются специалисты по
брэндингу и маркетингу. Например, название средства против
импотенции «вайагра» («Viagra») удачно сплетает латинскую основу
«жизнь» (vita) с именем водопада «Ниагара» (Niagara), создавая
образ мощно извергаемого «семяпада» жизни.

Термин «актуализм» передает не только отнесенность этого типа
неологизмов к новому в настоящем, но и относительность их новизны,
которая исчезает со временем. Актуализмы по мере их
обживания в языке переходят в разряд обычных, общеупотребительных,
стилистически не отмеченных слов («кибернетика»,
«компьютер», «электрон») – либо даже в разряд историзмов. Такова,
например, судьба многих «советизмов» (типа «чрезвычайка»,
«комбед», «нэпман»), которые за несколько лет проделывали путь из
актуализмов в историзмы.

Что касается третьей разновидности новых слов, экспрессизмов, то
здесь нужно сослаться на известного исследователя поэтического
языка и стиля В. П. Григорьева. Он использовал термин
«экспрессема», чтобы обозначить слова в их особой
поэтически-выразительной функции (например, «ветер» у Блока и Пастернака). Я
предлагаю термин «экспрессизм», чтобы обозначить именно и
только новые слова, создаваемые с этой целью. В современной
лексикологии этот разряд авторских неологизмов часто называют
неудачно «окказионализмами», как будто они образуются «к
случаю», «по оказии», тогда как словотворчество и составляет
основную цель и причину появления «самоценных» слов – таких,
как «творяне» или «будетляне» у Хлебникова. Заметим, что, в
отличие от актуализмов, лексическая новизна которых
исчезает, экспрессизмы, как правило, надолго, если не навсегда,
остаются в разряде неологизмов и продолжают нас удивлять и
казаться новыми.

Среди типов слов по признаку «новизны – устарелости» экспрессизмы
соотносятся с архаизмами, поскольку указывают на стилевую
новизну или, напротив, устарелость лишь данного способа
обозначения, тогда как актуализмы и историзмы указывают также на
новизну или устарелость самого обозначаемого явления.

3. Однословия

Во многих случаях экспрессизмы возникают в составе художественного
произведения и неотделимы от его контекста, как, например,
большинство неологизмов В. Маяковского. Но порой новые слова
возникают самоцельно и самоценно, как своеобразные
произведения словесного искусства – однословия. Так я предложил
называть этот жанр в 1999 г. [4:254-320; 5:204-215].

Однословие (univerbalism, лат. uni, unus, один + verbum, глагол,
слово) – наикратчайший жанр словесности, искусство одного
слова, заключающего в себе новую идею или картину. При этом слово
выступает как целое произведение, в котором есть своя тема,
идея, образ автора и перекличка с другими словами/текстами.

Самым кратким литературным жанром считается афоризм – обобщающая
мысль, сжатая в одном предложении. Но однословие – жанр еще
более краткий. В свое время В. Хлебников вместе с А. Крученых
подписались под тезисом, согласно которому «отныне
произведение могло состоять из одного слова <...>« [1:171] Тем самым
достигается наибольшая, даже по сравнению с афоризмом,
конденсация образности: максимум смысла в минимуме языкового
материала. Например, «благоглупость» и «злопыхатель» М.
Салтыкова-Щедрина, «ладомир, «творянин», «вещьбище» В. Хлебникова,
«прозаседавшиеся» В. Маяковского, «матьма» и «питертерпи»
(«Питер, терпи») А. Вознесенского можно считать однословиями.
Слово здесь выступает не только как единица языка и предмет
языкознания, но и как литературный жанр, в котором есть своя
художественная пластика, идея, образ, игра, а подчас и
коллизия, и сюжет. Если материалом для других литературных жанров,
как правило, являются слова, то материалом однословий
являются морфемы, которые вводятся в новые, неожиданные, образные
сочетания. Однословие – это еще одна разновидность
неологизма, которая подлежит самостоятельному исследованию как со
стороны лингвистики и стилистики, так и со стороны поэтики и
эстетики, поскольку это явление принадлежит как языку, так и
литературе
.

Однословие может отражать определенные жизненные явления, выступая
при этом как актуально-публицистическое или даже сатирическое
произведение, например, «вольшевик» Хлебникова или
«бюрократиада» Маяковского. Но однословие может быть и сочинением
утопического, мистико-эзотерического или космософского
характера, как «солнцелов» и «ладомир» Хлебникова или «матьма»
(мать+тьма) Андрея Вознесенского. Иногда в однословии
соединяются не два, а несколько сходно звучащих корней (можно назвать
это «множественным скорнением»). Например, в поэме Д. А.
Пригова «Махроть всея Руси» заглавное слово «махроть» вводит в
круг ассоциаций и «махорку», и «махровый», и «харкать», и
«рвоту», и «роту» («рать»). К числу однословий относятся и
специально создаваемые слова-каламбуры, играющие на сходстве
звучаний и разнице значений двух слов, например, известные в
свое время в диссидентской среде словечки Владимира Гершуни:
«диссидетство», «арестократ», «тюремок», «портвейнгеноссе».
Вообще в жанре однословия, как и в более объемных жанрах,
могут присутствовать самые разные литературные направления: от
романтизма до футуризма, от сюрреализма до абсурдизма и
концептуализма.

Еще раз подчеркну, что нельзя отождествлять однословия,
экспрессизмы, вообще авторские неологизмы с окказионализмами. Термин
«окказионализм» предполагает очень узкую сферу применения: это
случайные слова, возникшие ненамеренно, например, детское
«огонята» («дети огня») или сказовое «мелкосоп» (вместо
«микроскоп», у Н. Лескова). Окказионализм – это проговорка,
неправильно употребленное, но по-своему колоритное словечко. Но
разве можно считать окказионализмами те слова, над которыми
поэты, мастера слова особенно тщательно работают, чеканят,
шлифуют? Однословия предстают далеко не случайным, а напротив,
самым необходимым элементом языкотворчества. Цель создания
этих слов, представляющих произведения словесного искусства,
– сами эти слова, насколько они могут расширять и обогащать
язык.

4. Протологизмы

Наконец, следует обозначить еще одну разновидность нового слова –
протологизм. Сам этот термин – новое слово, которое еще не
успело стать неологизмом. Предложенный мною в 2003 г., термин
protologism получил распространение в английском языке, в
частности, широко употребляется в самой большой в мире сетевой
энциклопедии Википедия (Wikipedia).

Протологизм (protologism, от греч. protos, первый, начальный +
logos, слово) – новое слово, предложенное его автором для
введения в язык, но еще не нашедшее применения у других авторов, не
закрепившееся в качестве неологизма.

Протологизм и неологизм – это деление устанавливает различие по
степени внедренности слова в язык. Протологизм – это зародыш
слова как лексической единицы языка. Протологизм становится
неологизмом, если употребляется иными авторами, нежели его
сочинитель. Если три-четыре других авторов начинают пользоваться
предложенным протологизмом, он уже может считаться
неологизмом. Причем важно, чтобы этим словом пользовались не в виде
цитаты из сочинений данного автора, а в раскавыченном виде,
по его прямому смыслу и назначению. Когда же словом на
протяжении нескольких лет пользуются сотни людей, оно перестает
быть неологизмом и становится лексической единицей языка, уже
не отмеченной по признаку новизны. Сравним два предложения:

Образованщина, как метко определил Солженицын советскую
интеллигенцию, поначалу не видела для себя угрозы в гласности.

Образованщина поначалу не видела для себя угрозы в гласности.

В втором предложении статус слова «образованщина» в языке более
продвинут по сравнению с первым, где оно еще нуждается в отсылке
к автору и пояснении своего значения, т.е. выступает как
протологизм. Чем более слово входит в употребление, тем меньше
требуется ссылок на его происхождение, первоначальное
значение и т. д.

Многие термины, предложенные в этой статье для классификации новых
слов, сами являются протологизмами. Пожалуй, только термин
«однословие» (около 2 тысяч случаев употребления в рунете)
может уже считаться русским неологизмом, а «protologism» (843 в
англоязычной сети) – английским неологизмом. Будущее
покажет, станут ли термины «футурологизм», «актуализм»,
«экспрессизм», предложенные для классификации неологизмов, сами
неологизмами, будут ли они усвоены научным и читательским
сообществом.

–––––––––––––––––––––––––––-

1. Эта статья была представлена в виде доклада на конференции
«Русская академическая неография (к 40-летию научного
направления)», С.-Петербург, Институт лингвистических исследований,
23-25 октября 2006 г.

Литература:

1. В. П. Григорьев. «Словотворчество и смежные проблемы
языка поэта», М., Наука, 1986.

2. Анализ и синтез в словотворчестве. Опыты логопоэйи, в
кн. Поэтика исканий и искание поэтики. Ред. Ю. С. Степанов,
Н.А. Фатеева, Н.А. Николина. М., Институт русского языка
РАН, 2004.

3. Михаил Эпштейн. Перепечатано в кн. Михаил Эпштейн.
Debut de siecle. Манифест протеизма, в его кн. Знак пробела. О
будущем гуманитарных нбаук. М., НЛО, 2004. (первая
публикация: Debut de siecle, или От Постп к Прото-. Манифест нового
века, «Знамя», 5, 2001, С.180-198).

4. Михаил Эпштейн. Однословие как литературный жанр.
«Континент», 104, 2000, С. 279-313. Перепечатано в кн. М.
Эпштейн. Знак пробела. О будущем гуманитарных наук. М., НЛО, 2004.

5. Михаил Эпштейн. Слово как произведение. О жанре
однословия. «Новый мир», 9, 2000.

6. Михаил Эпштейн. Проективный словарь русского языка.
Неология времени, в кн. Семиотика и авангард. Антология.
Ред.-сост. Ю.С. Степанов, Н.А. Фатеева, В.В. Фещенко, Н.С.
Сироткин. Под общ. ред. Ю.С. Степанова. М.: Академический Проект;
Культура, 2006.

7. Проективный философский словарь: Новые термины и
понятия. Под ред. Г. Л. Тульчинского и М. Н. Эпштейна. СПб.:
Алетейя, 2003.

X
Загрузка