Мчаться на велосипедах по улицам «садовых товариществ» \ Где какая дорогая – убитый песок, остатки асфальта или лужа с трубой \ Какие участки – запущенные совсем иногда, шпана и привидения, или, ближе к деревне, в несколько этажей \ Какой угол повтора, гора разгона, след камней в несколько метров, запятая кометы затормозить \ Я умел ездить без рук...

Про адептов авангарда еще сегодня ходят странные и тревожные слухи. Они имели фатальное влияние на события и людей. Тех, кто позволял себе увлечься обаянием их целеустремленности, их красноречием, таинственностью, они убивали – делали неспособными к нормальной жизни, опустошали, оставляли безумными...

Ничто не востребовано на Планете пустого множества так, как апология Пустоты, приводящая к патологии: в изобразительном «искусстве», в «литературе», в современной «музыке», в «философии», в «математике», в «образовании», в «здравоохранении», в международной «политике». Теория пустомножеств везде — чего бы она ни коснулась, с чем бы ни пересеклась — оставляет следы разложения. Штамм Пустоты можно выделить во всех проявлениях «современности», которая не просто переваривает культурное достояние человечества, но именно обнуляет его, лишает внутреннего смысла.

Они лежат втроем на траве под абрикосом. Глядят вверх. По небу плывут легкие облачка.
- Еще самолет, - говорит мальчишка с удочкой.
- Штурмовик, - уточняет его товарищ.
- Высоко.
- На юг. Похоже – на Мариуполь.