– Меня полдороги несло ветром! Я как упала возле обсерватории, так меня и понесло. Мимо какого-то мужика несло, хотел он мне помочь, ветер поддал – только я его и видела. Она начала стягивать с себя через голову любимый зеленый свитер, и когда ее зеленые наполненные слезами глаза показались из-под него – она уже смеялась.
– Он ко мне руку тянет, а я к нему – а судьба нас раз-лу-чиила!
После пяти суток пурги остров потерял четверых...

На автостанции Димон объяснил друзьями, что местность называется Герца, эта часть Украины, и русских здесь не любят. Раньше здесь жило много евреев и румын. Теперь остались почти лишь одни молдаване. Но «западненцы» их тоже считают чужими.
На том интерес гостей к истории иссяк.
Из чащи, ломая валежник, выскочил растрёпанный парень в спортивном костюме.
– Корешки! Мулы наших бьют! – осипшим голосом пьяно крикнул он, повернулся к лесу и ошалело уставился в темноту. Затем, спотыкаясь, побежал вдоль берега.

Время пустое, и пусто пространство, \ Поло отверсты для окаянства, \ Голо открыты для злыдней лихих, \ Стыло кочующих в смыслах чужих.

И тем же днем Энчо узнал, что «желанцы» — это зимовщики с мыса Желания на Новой Земле, а еще есть «правдинцы», «уединенцы», «соп-каргинцы». И кого еще только ни встретишь на Диксоне — перевалочном пункте полярников с острова на остров, с островов на материк и обратно, в этой северной арктической столице на берегу Карского моря.