Не перебивай мёртвых (Продолжение 3) Салават Илдарович Юзеев (23/05/2010)
...мы, пахнущие молоком, навозом и луговым ветром, деревенские дети, не отдавали себе отчет в том, что нас связывает некая геометрическая фигура.
Не перебивай мёртвых (Продолжение 2) Салават Илдарович Юзеев (18/05/2010)
«Все подлежит обмену. Даже женщина. Но нельзя поменяться сутью, снами и прошлым».
Не перебивай мёртвых (Продолжение 1) Салават Илдарович Юзеев (16/05/2010)
Есть в характере моего народа – одна особенность. Это безысходность. И происходит она от места проживания.
Рассказ о романе Салават Илдарович Юзеев (11/05/2010)
Роман «Не перебивай мёртвых» я писал два с половиной года. И сейчас хочу рассказать о том, как это было.
Не перебивай мёртвых Салават Илдарович Юзеев (11/05/2010)
Каждая человеческая жизнь, хочет она того или нет, несёт в себе эту тягучую вековую боль и передает её следующему поколению. Предки связаны с нами, а мы связаны с потомками через эту боль и через поляну мёртвых.
Стена времени Салават Илдарович Юзеев (19/12/2003)
Стена времени погребет всех, и мы перейдем туда, где все одинаковы.
Сквозняк тишины (окончание) Салават Илдарович Юзеев (19/06/2003)
Он смотрел вслед удаляющемуся автомобилю, пока тот не скрылся из глаз. На душе у старшего лейтенанта Бикмурзина было спокойно как никогда. Он окинул взглядом горизонт и пройденные жизненные пути. Затем спустился к реке и долго смотрел на бегущую воду, доверяясь ей, словно самому дорогому на свете существу.
Сквозняк тишины. Часть вторая Салават Илдарович Юзеев (18/06/2003)
Более всего Вахап Аминов ценил повесть Муртазы Летова о Зия Акмале. В этой повести автором утверждалась мысль о том, что каждый носит в себе свою поэму, надо только ее услышать. Конечно, Вахап Аминов был согласен с предположением автора. Но, считал он, есть нечто большее, чем поэма, носимая человеком с рождения. Есть общее поле, а точнее - сквозняк тишины, откуда приходят слова всем тем, кто способен их расслышать.
Сквозняк тишины Салават Илдарович Юзеев (17/06/2003)
Зия Акмал преодолел множество дорог и не встречал мудрецов, поскольку их на свете не существовало. Но этот старый погонщик верблюдов почему-то тянул его к себе. Они заварили чай, купленный еще в Гульстане, и тихо вели беседу о хадисах Пророка. Вокруг укладывался на ночлег караванный народ, отовсюду слышался тихий говор. Ночь опускалась на караван, словно косматая шапка степняка. Зия Акмал лег на кошму, закинул руки за голову и посмотрел на небо. Затем вдохнул степного воздуха, объял взглядом россыпи звезд, после чего веско произнес: - Вообще Бог - это все сущее, но народу об этом говорить не надо. Так сказал уважаемый Ибн Рушд.
О тех, кого нет Салават Илдарович Юзеев (08/02/2003)
Мне видится Нарыков, бодро шагающий из РКБ, одухотворенный, познавший Истину. Этого я тогда наблюдать не мог, но моя память воссоздает все именно так. Я шагаю с ним рядом, молча, в едином Знании. Сначала мне заметен его профиль, но потом я будто раздваиваюсь и вижу нас обоих, молча шагающих по шоссе. Я словно гляжу в объектив какой-то бестелесной видеокамеры. Затем видеокамера резко взмывает вверх и немного в сторону, видны нескончаемые поля и рощи вдоль шоссе, и мы с Нарыковым кажемся маленькими человечками идущими к городу, который уже рядом, и где еще совсем недавно тишину ночных улиц огласил младенческий крик.
X
Загрузка
DNS