Рейтинг публикаций

...законы, в соответствии с которыми мироздание функционирует, не просто удерживают его от застоя, крушения или разложения, а способствуют его развитию, смысл которого не может быть заложен в мертвой материи, но находится в живом, поскольку только оно способно к развитию, раз только живое может воспринимать, обрабатывать и передавать информацию.

Мир вещей, заполнивших все пространство человеческой жизни, диктует и формы отношений между людьми. Это мир, где непосредственное общение заменяется общением через вещи, посредством вещей, среди которых сам человек не больше, чем вещь среди других вещей.

Синтез всего живого в жизни, искусстве, науке и философии, основание для любого мировоззрения

Вряд ли древнейшие люди, которые впервые уложили бревна либо камни по пути своего продвижения, понимали, что тем самым они начали мостить дорогу к звездам.

...действительно ли я-вчерашний или я-трехлетний ребенок тождественен мне-сегодняшнему?

…здесь мы, как сказал бы Шеллинг, чувствуем, что достигли того, превыше чего нельзя более ничего помыслить.

... «если ты долго смотришь в бездну, то бездна смотрит в тебя» – так Ф. Ницше волей-неволей предрёк ХХ век как полигон мифа и логоса.

«Дао извечно пребывает в недеянии, но нет такого дела, которого бы оно ни делало»

На Шауля любви не хватило. Менее всех он любит себя. Однако до отрешения Шауля от власти тон повествователя, по крайней мере, нейтрален. Может, Шауль просто ничего не успел: слишком коротко было царствование? Или, в отличие от обуянного великим замыслом строительства Храма Давида, Шаулю в эти подслеповатые времена некогда голову поднять от земли, которую бы пахать, но её враги разоряют.
Храм — мечта победителя. Мечта воюющего — победа.

«Я давно уже не стремлюсь к счастью, я стремлюсь к своему делу». Так сказал Заратустра. Правильно сказал.

Трудно представить, чтобы такие произведения, как «Бхагаватгита», упа-нишады, «Дао Дэ цзин» или диалог Платона «Парменид» были созданы людьми, едва оторвавшимися от пуповины родовой жизни. Мы знаем уровень мышления античного человека, эти по-детски наивные попытки найти лежащую в основании мира единую субстанцию: воду, воздух, огонь или атомы. А здесь тайна жизни и смерти, знание о тождестве ин-дивидуальной души с мировой, понятие об Абсолюте, математически выверенная схема порождающей модели. Это знания, от которых веет поистине неземной мудростью. И думается мне, оставлены они не случайно…

Мышь советского человека всегда живет горой абсолютного и всегда готова, по крайней мере, на словах, принести себя ему в жертву, но и этого ей мало – она, как герой «бесов» Достоевского, требует этой жертвы от каждого, связывает всех кровью, убивает ради тотальности.