Рейтинг публикаций

Художники знают, как самая простая с виду натура становится непреодолимо богатой и сложной в процессе ее изображения. Открываются все новые и новые детали, буквально бесконечность нюансов форм и цвета. Многократно усиленное внимание по сравнению с обычным рассматриванием, а также достаточно большое время, обеспечивают глубину и полноту восприятия натуры. Неактивный несосредоточенный глаз видит очень мало, только то, что «хочет» видеть.

Развитие представлений о системной неопределенности и особенности физики микромира заставили отказаться от детерминизма как принципа, определяющего характер картины мира. Имея это в виду, можно сказать, что Бергсон предвосхитил основное направление развития науки, и его решительный уход от детерминизма отнюдь не превратил его теорию в экзотическое и бесполезное произведение.

Небытие находится за пределами наших смыслов. Например, ответить на вопрос «зачем есть Бог?» мы вполне можем, а вот «зачем небытие?» – увы.

...во всеобщем хаосе появления новых и исчезновения старых страниц одна величина остается неизменной – общее количество постоянных страниц в Книге Вечности не меняется!

...подобно тому, как каждая из двухсот триллионов клеток нашего организма не исчезает, погибая, бесследно, а в какой-то степени оказывается сопричастной жизни всего организма в целом, точно так же и каждый человек не исчезает, умирая, бесследно, а в какой-то степени оказывается сопричастным жизни всего человечества и всего мира в целом.

Главный социально-политический вопрос того времени — это не вопрос «Быть или не быть революции?», а вопрос о том, когда именно революция начнётся.

Первые казаки ушли в степи из России, чтобы сохранить традиционный древнерусский уклад жизни, основанный на широких личных свободах и общинном самоуправлении. По крайней мере, многие создатели казачьей традиции были самыми последовательными консерваторами в тогдашней России, ревнителями устоев.

...в литературе, к сожалению, происходит забвение традиционных вопросов, связанных с трагичностью человеческого бытия. Однако полного забвения конечно нет, и отдельные авторы (каждый на свой лад разумеется) уделяют смерти значительное внимание (О.Павлов, С.Сибирцев, Ю.Мамлеев, Л.Петрушевская, М.Струкова, С.Есин, А.Грякалов и др.).

Ничто не востребовано на Планете пустого множества так, как апология Пустоты, приводящая к патологии: в изобразительном «искусстве», в «литературе», в современной «музыке», в «философии», в «математике», в «образовании», в «здравоохранении», в международной «политике». Теория пустомножеств везде — чего бы она ни коснулась, с чем бы ни пересеклась — оставляет следы разложения. Штамм Пустоты можно выделить во всех проявлениях «современности», которая не просто переваривает культурное достояние человечества, но именно обнуляет его, лишает внутреннего смысла.

Подорога продолжает рыть начатый старшими товарищами котлован отчуждения. Сегодня российское-советское-и-снова-российское-и-по-прежнему-партийное литературоведение (как его ни назови – «археоавангардизмом» или «аналитической антропологией») действительно воспринимает русских писателей, как и русскую литературу, отчужденно...

Поцелуй для него – уже секс. А поцелуй Иуды?

23 октября 1769 года… В этот день начался процесс радикальной трансформации человеческой телесности, началось рождение нового человеческого тела.