Рейтинг публикаций

Серафимович спал, остывая контактами, спала его жена Люда с пятном на коре головного мозга, спала старуха Кюхельгартен и её кролики, спал в песчаной ямке алкоголик Кожух, спала вся разумная часть города Харькова, но Радио не спало, всё жило активной жизнью – покинув привязь радиоточки, оно бродило по кухне, пило чай, курило сигареты, сливало из бачка воду, варило сосиски, потом, наплевав на фигуру, их поедало, и всё это время не переставая бормотало, бормотало, бормотало…

...в тарифе, что мы платим по счётчику, сдаётся мне, всё это сполна заложено. И технологические потери, и освещение мест общественного пользования, и бонусы работникам «Энергосбыта», и даже их пикники. Основание мне так считать даёт то, что тем же китайцам мы продаём электроэнергию дешевле, чем своим согражданам. Спасибо всемирной паутине за возможность узнать правду.
- Монополия. Не поспоришь, - очередной раз резюмировал Семёнов.
- Тогда получается отношения с Китаем – рыночные. А тут в своей стране – обдираловка?!

Трапезную в сестричестве украшало множество плакатов и плакатиков с цитатами и изречениями Св. отцов, а так же ныне здравствующих церковных писателей и подвижников. Один плакатик особенно вдохновлял, утешал и радовал. И здравостью мысли, и ясностью ,и красотой и лаконичностью слога:
«ЗАПРЕЩАЕТСЯ ЗАПРЕЩАТЬ»
Подписано было: Игумен Сергий (настоятель храма, духовник сестричества).

Всякое правительство кровно заинтересовано узнать тайны своего народа, и каждый народ готов идти на любой риск - лишь бы раскрыть как можно больше тайн своего правительства. Таково условие взаимного выживания, которое в идеале неизбежно приводит ко взаимному уничтожению.

Сплошной реализм – суровая правда жизни

Она со странным равнодушием относится к его окнам. Вернее, она к ним вообще никак не относится — она их просто не видит.

Удивительно, что девчонка, которую мы отпустили, оказалась на нашей стороне. Нас, честно сказать, уже все похоронили. Но она стояла на своём...

Над правым крылом начертано: «Онкология», там для тех, кто побезнадёжней, дикий взгляд, метастазы, смерть. Над левым крылом начертано: «Онтология», там пока Аронов сидит один. Что за мужик Аронов. Так и летят, качаются на попутном – два крыла, посерёдке корпус, а там главврач.

Я ненавижу этого Мунка. Он тоже из породы юкхык-мыкхыков. Сопливый и хлипкий норвежский юкхык-мыкхык, превративший живопись в грязную, вонючую мазню. Психопат! Махровый истерик, чтоб ему!

Я, конечно, испугался. Осознал, что возврата нет. И тут же обрадовался: то, что испугалось, живёт. Это открытие поразило меня, и после короткого испуга наступило желанное облегчение.

Нет, никуда он не побежал. Просто почувствовал себя ущербно. Ему вдруг показалось, что это его должны были поздравлять, благодарить, что это его место занял какой-то бездарный зануда