Рейтинг публикаций

...Тургенев и его художественный мир постоянно занимали писатель­ское сознание Лескова, были у него и на слуху, и на устах. Неудиви­тельно, что эту «привязанность» он перенёс на страницы своих книг. Одно из наиболее весомых тому подтверждений – роман «На ножах»...

Примечательно, что в «золотом веке» преобладает проза, в том числе и у Пушкина – монументальная; «век серебряный» – подавляюще поэтический. Но революция, как не имеющая любви, но «говорящая языками», требует звона меди и звучания кимвалов. И является «век медный» – Маяковский, Пастернак…

Между прочим, биография писателя – мастер-класс для начинающих и уже куда-то там продвинутых. Нет биографии – нет литературы. Есть одно сотрясение воздуха...

Лесков горячо выступил в защиту «генерала от литературы» Тургенева – «слишком крупного среди всех наших величин» – от всякого рода «литературных <и не только литературных. – А.Н.-С.> хамов» (2). Травлю великого русского писателя устраивала не одна литературная критика. Подключились дворянство и бюрократия – в гнуснейших проявлениях чиновничьего чванства. Лесков изложил подлинные факты неуважительного отношения к Тургеневу даже со стороны его земляков – орловского дворянства и чиновной братии: «Какие хамы у нас в двор<янских> собраниях и в думах...

Один рано погиб, утонув в реке, как будто был позван и взят духами Природы, с которыми он говорил как равный в своих стихах. Другой рано оставил поэзию, тоже словно призванный на подвиг самоотречения – отречься от своего творческого дара, чтобы совершить духовный подвиг в самой жизни. Такие же жертвы – Веневитинов, Лермонтов, Грибоедов, Кольцов, Есенин, Клюев, Гумилев, Хлебников, Маяковский. И Пушкин, конечно. И Блок. И Цветаева. Этот ряд можно далеко расширить. Их судьбы жертвенны. Священные жертвы Аполлона.

Виктор Борисович Кривулин (1944 - 2001), известный поэт, эссеист, критик, журналист. Автор около полутора десятков сборников стихов и эссе. С начала 70-х годов участник правозащитного демократического движения. Издатель и редактор журнала "37" - одного из первых самиздатских журналов в г. Ленинграде. Стихи и статьи Виктора Кривулина переводились на основные европейские языки, а также на арабский, японский и китайский.
Статья "Вавилонская башня Аркадия Бартова" написана в качестве послесловия к книге Аркадия Бартова "Недолгое знакомство" (1994 г.)
Статья публикуется с разрешения вдовы писателя Ольги Кушлиной.

Это игра такая? И да, и нет. У Бычкова план и смысл появляется из контрапункта: автор играет словами и смыслами, папа играет с сыном, сын играет жизнью: «Жизнь, сама жизнь – это и есть идеальная игра. Жизнь как странная беспечность. Как неизвестность без усилий. Все равно рано или поздно все соскальзывает по лузам. И игра заканчивается».

«Ей девяносто семь – сухая ветка \ в сравненье с ней пышней и полновесней. \ Но годовые кольца человека \ хранят обстрел Донецка и Освенцим. \ И входят намертво в скелет цивилизаций".( Светлана Максимова)
Книга-возглас и книга-делание «Сердце Феникса» – один из самых глубоких откликов на происходящее...

Отсюда до угров и поляков, чехов и ятвягов, литовцев и немцев, от корелы до Белого моря и великого Устюга, где в лесах обитают тоймичи, от волжских булгар до буртасов, черемисов и мордвы – все эти племена, названные посолонь, покорил Бог христианскому народу и его владыкам: великому князю владимирскому Всеволоду Юрьевичу, отцу его, великому князю киевскому Юрию Владимировичу Долгорукому, и деду его, великому князю киевскому Владимиру Всеволодовичу Мономаху, которым половцы когда-то пугали своих детей в колыбели.

Только до крайности истончившийся за последнюю четверть века слой ученых знатоков, а также преданных избранной стезе учителей русской словесности и настоящих ценителей поэзии ощущает его поэтическую высоту, подчас легко поднимавшуюся до вершин истинной гениальности.

На вопрос, что дала ему философия, он ответил: <По крайней мере готовность ко всякому повороту судьбы>.

...Никогда не переставал он быть верным взрастившей его родной земле, наделившей дарованием любить и понимать простого человека, служить ему своим самобытным талантом, честным словом большого русского писателя, неразделимого с судьбой своей отчизны.