Рейтинг публикаций
Улица Урицкого
— Дмитрий Бирюков
(15/07/2009)
Каждый вечер, тщательно пересчитывая приходы и расходы, перекладывая и переставляя коробочки, баночки и колбочки с таблетками и микстурами, Пётр Андреевич думал о прекрасном, в его воображении, то и дело, возникали картины выспренних миров, где начисто отсутствует так опостылевшая ему повседневность.
Хорошее настроение. Книга мертвых
— А. М. Грабарь
(11/02/2005)
Умелыми руками он скроил из кровавых ошметков, которые в пору было пустить на колбасу, симпатичного монстра с неумолимой волей к жизни
Калейдоскоп
— Нина Ворошнина
(29/03/2009)
Париж. Весна. Латинский квартал. Люксембургский сад. В удобном кресле сидит женщина, ей хорошо за 40 или даже за 50. Она никуда не спешит, её никто не ждет, у неё нет врагов и долгов, и она никак не может поверить, что действительно находится в столице мира.
Погост
— Ольга Маркова
(08/09/2004)
Не стройте крематории, и наш мир превратится в великое кладбище...
Цикл «новый большой русский стиль» (2002–2004)
— Дмитрий Воденников
(03/08/2004)
Нет, в том шиповнике, что цвёл до издыханья, // до черноты, до угля — у забора // я до сих пор стою как тот невзрачный мальчик // за пять минут — до счастья и позора.
Пыль
— Евгений Коган
(24/12/2007)
...если задумывался о чем-то, он тогда вырисовывал на пыльной поверхности узор или просто волнистую линию, которая, по большому счету, никаким узором не была, а была просто продолжением мысли, неожиданно пришедшей в голову
Запас табака. Продолжение
— Дмитрий Дергачев
(25/12/2003)
Время двигалось. Счетчик электричества жужжал в коридоре. Сосед появлялся и исчезал. Стрелки часов в его комнате вращались.
Неоконченный рассказ
— Александр Бухман
(22/12/2006)
Никосия – шумный, большой и бесформенный город. Он оставил впечатление лета, раздетых женщин, магазинов, банков, плохо организованных улиц и бездельников в офисе, с которыми мы встречались.
Радимир
— Сергей Л. Коркин
(22/03/2006)
Устал я от всего этого. Такое впечатление, что в мире не осталось нормальных художников. Потихоньку даже начинаю тосковать по слащавым пейзажам советской эпохи. Конечно, там другая крайность – унылая расслабляющая скука, но, вряд ли она может противостоять кровавой мясорубке современного искусства.
Экскрементальный фестиваль
— Сергей Солоух
(09/09/2003)
Проза Солоуха - чёткая, <взрослая>, необыкновенно глубокая - как те самые угольные шахты, что окружают Кемерово со всех сторон.
Златоликие или Колумб открывает Европу. Перевод романа Герберта Розендорфера
— Игорь Петров
(28/05/2006)
Ей нравились те врачи, которые классифицировали ее болезнь, как совершенно загадочную. Врачей, которые говорили ей в лицо, что она здорова, Джессика обзывала шарлатанами.
Хорошее настроение. Книга мертвых
— А. М. Грабарь
(16/02/2005)
по периметру Садового кольца стала вырастать крепостная стена
Пробник. Окончание
— Дмитрий Голынко
(02/08/2004)
что его слишком плавный, гладкий овал // обрамлен казался лукавым свеченьем
Это - не секс! Продолжение
— Василий Шевцов
(05/10/2003)
Раннее начало половой жизни ведет к неизлечимым болезням. И разжижение мозга - далеко не самая страшная из них!
Спящая Красавица. Главы из романа
— Дмитрий Бортников
(24/10/2004)
Здесь вороны летали на спине, чтоб не подцепить эту тоску
Белый кофе
— Илья Алексеев
(04/10/2004)
А ведь во всем том, в чем у страны по большому счету что-то получалось и получается, - там есть эта пронзительность
Есть, господин Президент!
— Лев Гурский
(03/08/2006)
Про кремлевскую диету слышал? Считай, ты уже на ней сидишь.
Мы этого не едим
— Игорь Клех
(14/10/2004)
. Однако кухня связана не только с образом жизни, но, хоть и не напрямую, с языком
Семь снов и соколиный полёт
— Виктор Ямполь
(12/01/2011)
И вот, в мятом фраке и ослепительной крахмальной манишке появляется дирижёр, сбирающийся исполнить собственное сочинение – он сед, нестар, надменен – и нетвёрдым шагом идёт к дирижёрскому пульту. Пальцами правой руки он крепко сжимает остро отточенный карандаш третьей степени твёрдости – «3 Т».
Пепельница
— Андрей Ильенков
(04/04/2005)
О совсем молоденькой, но уже легкомысленной женщине, и о том, как легкомыслие нередко оборачивается распущенностью, а последняя порой ведет к преступлению
Смерть я знаю
— Феликс Максимов
(10/02/2006)
Тайная Пресня скрыта под новейшей застройкой, плотно держит фундаменты довоенных пятиэтажек, говорит из-под бутовой подушки асфальтовых покрытий.
Вино
— Дмитрий Дергачев
(29/03/2005)
Снится снег, такой же,/ как тот, что падает сейчас снаружи/ на магазин БЕЛГРАД и окрестные улицы,/ пустые как сердце
Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы
