Рейтинг публикаций

«Метода» математики, разумеется, не требует себе оправданий: она апробирована в веках и на практике и было бы просто глупо отрицать ее исключительное значение в утилитарных целях человечества. Но и то, что ей должна быть «положена мера», также давно стучится в двери менталитета...

Люди вообще редко осознают свое мировоззрение. В жизни можно встретить идеалиста, называющего себя материалистом и защищающего материализм (например: ученый-физик, революционер). А многие из тех, кто посещает храм и говорит, что верит в Бога, на деле, – обычные материалисты в своих жизненных принципах.

Метафизика Саратова – это метафизика волшебного Города, висящего над бездной

Остранение в любви и в искусстве. Бедная и богатая эротика. Эротема — сюжетная единица эротических отношений. Ритуал овладения. Касание и созерцание. Поэтика соития.

– лай и глубь мысли несовместимы, лишь мяукая собаки способны сказать что-то содержательное – говорила мудрая кошка

Главное в мифе – утверждение тщетности неизбывной мечты человечества соединить воедино вечный рай и преходящую жизнь человека.

...в нижней точке падения между «было» и «будет» ляжет смертная тень настоящего. Настоящее Ирмеяѓу не выбирал. Оно избрало его.

Агамбен начинает свою книгу фразой, что «грядущее бытие – бытие любое». Любое является для Агамбена ключевым словом, расположенным между единичным и общим.

Государственные средства, т.е. то, что принадлежит всему обществу, не единственный, но наиболее ёмкий источник, на базе которого создаются богатства крупными корпорациями и организациями. Так было во времена Моргана, также это происходит и сегодня. Правда, барон-грабитель Морган был осужден общественным мнением, сегодня же в этой сфере произошел значительный прогресс, передача общественных средств корпорациям узаконена

Исторические книги ТАНАХа, конечно же, написаны победителями. Но при этом победителями такими, для кого земные цари не были высшими судиями, а потому по отношению к земным властителям написаны эти книги нередко безжалостно.

...революция в физике ХХ века связана с изменением статуса наблюдателя – переустройством физической сцены. Однако по части осмысления этих перемен революция еще далеко не завершилась.
Этим мы и займемся.