Рейтинг публикаций

Будет царю известно, что евреи, пришедшие к нам от тебя, прибыли в Иерушалаим, \ город мятежный, преступный, и строят стены, закончив основание, соединяют.

Не будет Америки, и Китая не будет, Европа зарастет лебедой и крапивой, опустеют русские земли, а Тюмень все будет стоять и хорошеть, питая своих сынов энергией безумной жизненности.

Зачем, и исходя из чего, человек стремится стать «звездным»? Прошу не отвечать, употребляя в обосновании вашей точки зрения категории внешнего мира, а указать на внутренние причины, которые им движут; и вы согласитесь со мною, когда увидите, сколько там всего мерзкого и уродливого, или червивого.

Частотный словарь языка как философская картина мира. Английский артикль «the» и русский предлог «в»

Прочтем «Письмо…» еще раз - по возможности, не предопределяя заранее выводов, но доверившись тексту

«Жизнь, – говорит он, – творится в бреду и разрушается в скуке». Как это понимать?

...«лики божественной пропорции» в современной науке... создают общую картину ее движения к "Золотой" Научной Революции, что в совокупности отражает одну из важнейших тенденций в развитии современной науки – возврат к Пифагору, Платону и Евклиду.

Конечно же, проблемы новой антропологии выходят за узкие рамки проблем искусства, покрывая все пространство человеческого бытия и культуры в целом.

Разговор о новой книге Елены Григорьевой вьется где-то во внутриэмблемном пространстве: меж картинкой и ее названием, скользя от державинских од и вплоть до – как же без них? – порнографии и рекламы, лавируя меж общностей, выдающих себя за частности, дряхлостей, выдающих себя за новости, и миллиардов значков с подписями и без, щедро рассыпанных в мировом информационном пространстве.

Малевич сказал, что на Черном Квадрате искусство закончилось, ну а мне-то что теперь делать? Задумаю какую-нибудь картину и опять, и опять прихожу к этому Черному Квадрату. И мне казалось, что что-то с Квадратом нужно сделать...

Мой замысел состоит в том, чтобы показать Е.П. реальным и действительно действующим явлением русской культуры и русской духовной философии. Но даже эта, казалась бы, рутинная биографическая операция, в виду сложности самого субъекта Е.П., обращается, по сути, в особую философему...