Комментарий | 0

Коробочная жизнь пластиковых людей

 

 

«W-19-Клевер. Прием!»

«W-19-Клевер, ответьте!»

«W-19-Клевер, вы слышите?»

В груди робота заискрило и механический организм вновь гулко заурчал. Коротко и резко пискнул автоматический радиомаяк.

«W-19-Клевер. Прием! Новая задача: возврат на базу. Подтвердить получение» - искусственный женский голос дребезжал в помехах связи.

 «Сбой системы! Отчет отправлен в фоновом режиме» - оповещение системы. - «Ориентировочное время прибытия – пятнадцать минут».

Робот занял вертикальное положение и покрутил цилиндрической головой. Изображение несколько раз моргнуло и стабилизировалось: темное небо с ярким шаром Солнца посередине; черные и бурые камни мертвой почвы, покрытые лишь следами самого W-19; парящие останки океана, - никаких внешних следов возможной угрозы, никаких предпосылок для произошедшего выключения.

Но внутренние системы продолжали сбоить. Спрятанный в груди источник энергии неровно мерцал, из-под круглой крышки то и дело вырывался желтый свет. W-19 запустил экстренную проверку всех систем и двинулся в гору по направлению к базе. Длинные металлические руки выпустили кошки, спрятав так некстати вылезшие колеса. Робот встал на четвереньки и ловко пополз вверх. Передние конечности запрограммированно цепляли на ходу небольшие куски спрессованной почвы  и отправляли их в анализатор.

«Агропластиковые бактерии», - регулярно выдавал анализатор. Файлы с данными анализа помечались красным цветом и тут же заменялись другими. Хороших новостей не было  уже больше пятидесяти лет. Каждая пылинка мертвой планеты содержала ядовитые частички.

Еще раз рыкнуло и, наконец, ровно загудело в груди ядерное сердце. Система выделила последние данные, сформировала отчет:

«Все системы стабилизированы. Отсутствует ячейка памяти за 28.11.2093 14:35:37-14:41:03. Причина сбоя не установлена».

Ни с того ни с сего самопроизвольно запустилось видео из первичных ячеек памяти.

«Файл 13.12.2031».

Мужчина в белоснежном халате с очками на остром носу, сверкая не менее белоснежными зубами, объявил:

- Начало новой эры! Человек, наконец, одолел природу! – поправил оправу, - Мы создали бактерию, способную производить…

«Отчет 1143. Сбой системы памяти. Причина сбоя не установлена. Рекомендуется глубокая диагностика».

Робот на миг замер. Затем также резво ринулся дальше. Несколько движений, и он оказался на вершине небольшого холма. Сверху хорошо просматривалась расположенная внизу лаборатория. Четыре плоских корпуса, стоящих в два ряда, и островерхое здание главного управления – нынешней «базы».

Клевер, повинуясь программе древнего и, возможно, довольно романтичного создателя, сделал очередной панорамный снимок с этой точки обзора. Почерневшие здания из бетона и стекла в круге пазов выдвижных саркофагов, смотрелись страшной гниющей язвой на серо-бурой ладони равнины.

W-19 бережно сохранил бессмысленное изображение в галерею с сотнями себе подобных, как вновь сбился внутренний алгоритм памяти. Открылся снимок шестидесятилетней давности, сделанный в его первый день службы. За ним фильмом пробежали все фотографии, которые, робот делал с этой точки. Меньше чем за минуту Земля на снимках из зеленой и цветущей превратилась в стылый облезлый камень.

W-19-Клевер вернул первое изображение, проанализировал цвет, положение объектов, возможные составы каждого запечатленного предмета, провел сравнительный анализ двух крайних снимков и вдруг выдал совершенно неожиданный для своей квалификации итог: «Земля уничтожена».

И спустя секунду: «Корректировка. Природная среда уничтожена».

Робот повернул голову на 360 градусов, просканировал атмосферу, почти лишенную кислорода, эхолокатором прощупал воду без флоры и фауны, вернулся к почве, насыщенной пластиком. Проанализировал все имеющиеся данные о природе в массиве и при всем многообразии заложенной в него информации и методов решения задач не смог дать внятное заключение проделанной работе. Весь его анализ упирался в краткую бесполезную формулировку: «Люди уничтожили природную среду».

Пытаясь совладать с объемом данных, W-19 завис. Системе не удавалось  сформировать единый отчет. Полученный вывод признавался недостаточным и требовал продолжения вычислений. Вновь и вновь открывался снимок с покрытой лесом, зеленой равниной. Наконец в металлическом черепе что-то хлопнуло и робот сознательно спровоцировал следующий сбой: нарушив протокол создания, хранения и передачи информации, он зашифровал и сохранил в техническую папку все данные о проделанном анализе и его результате.

«W-19-Клевер! – вновь ожила радиосвязь. - Время прибытия на базу?!»

Робот сверил часы, установил, что отведенные пятнадцать минут прошли и отправил новый отчет:

«Корректировка. Общее время в пути двадцать три минуты. Оставшееся время в пути – семь минут».

Следом пискнула, окрашивая визуализатор красным, система:

«Внутренняя ошибка: расхождение таймера и программы задач. Рекомендуется срочная полная диагностика систем».

W-19-Клевер спустился с холма и ускорился. Через четыре минуты он уже мчался по  базе по-звериному переставляя конечности. С обеих сторон от дороги за высокими панорамными стеклами лабораторий медленно и будто сонно копошились люди. W-19 успевал ухватить картины их жизни и зачем-то продолжал анализировать увиденное. Автоматически генерировались битые отчеты со странными, неинформативными, очевидными выводами.

«Люди живут в изоляции».

«Люди управляют базой через главный компьютер».

«Роботы обеспечивают жизнь людей».

«Люди не могут находиться на поверхности планеты без скафандра».

«Люди переносят в порах агропластик».

«Агропластик уничтожил Землю».

«Скорость 100км/ч. Время прибытия – 2 минуты».

В металлическом черепе заревела сирена. В 50 метрах от несущегося вперед робота на дорогу вышел человек в скафандре. Он появился с поперечного пути и замер, не собираясь отходить. W-19 мгновенно среагировал - затормозил, оставив два ряда глубоких рытвин тормозного пути. Металлическая голова робота коснулась плотной резины защитного костюма человека.

«Результат анализа?» - не вовремя появилась требовательная надпись и исчезла. Робот в сотую долю секунды собрал все отчеты, и новая порция недообработанных данных отправилась в недра электронной памяти.

- Здесь даже красиво, если привыкнуть, – в динамике раздался голос человека. Он выглядел сонно и, несмотря на грозившую секундой ранее опасность, в виде пятисоткилограммового робота, несущегося со скоростью сто километров в час, был совершенно спокоен. Он смотрел вдаль на серый безжизненный холм, с которого только что спустился W-19. Мрачная сизо-черная гамма окружающего пейзажа застывала в полуприкрытых мутных глазах.

Робот молчал, выжидая положенное запрограммированное на команду время. Встроенный секундомер давал человеку еще три секунды на возможный вопрос.

Две.

Одна.

И тут человек отстегнул и снял защитный шлем.

«Желтый код! Человек в опасности!».

В долю секунды передние кошки сменились сенсорными перчатками. Робот выхватил шлем и, фиксируя болезненную улыбку на лице седовласого мужчины,  попытался вернуть защиту на голову начинавшего задыхаться в разряженном воздухе человека. Мужчина же зачем-то увернулся, выдав крошечное облачко леденеющего пара. Металлическая кисть грубо скользнула по морщинистой щеке. Мелкими каплями просочилась кровь. Человек дернулся, зрачки расширились, на секунду глаза загорелись, но вновь угасли. Робот надел на покорную голову шлем и защелкнул.

- Попытка суицида. Рекомендуется лечение, - констатировал он, озвучив результат человеку, затем сформировал новый отчет и отправил на базу.

- Зачем? – спокойно парировал мужчина. – Просто хотел еще раз вдохнуть свежий воздух. К тому же, ты здесь, значит, мне ничто не угрожало. Так, маленькая шалость!

Он развернулся и пошел к шлюзу четвертого блока лаборатории.

W-19 добавил ответ человека к другим полученным данным, и программа снова дала сбой.

«Данные противоречат друг другу – невозможно сформировать отчет», - еще один незавершенный анализ был спрятан в резервах памяти. - «Угроза устранена. Разрешен возврат к текущей задаче».

Робот завис на секунду. Затем отправил в анализатор образец человеческой кожи, выпустил колеса и двинулся дальше.

«Органический образец, насыщен агропластиком. Рекомендуется строгая диета».

«Пластиковый человек?», - возник запрос и после небольшой необъяснимой заминки робот спрятал и его.

 

***

Почти всё помещение главной базы занимали оранжереи и гидропонные фермы. Роботы культивировали продовольственные растения со всей тщательностью и педантично следили, чтобы в почву не проник губительный агропластик. Бактерии в считанные дни поражали гектары плодородного слоя на метр вглубь. А при наличии кислорода и некоторых дополнительных веществ заражённая земля рождала высококачественное синтетическое сырье, из которого можно было напечатать любой предмет.

W-19 прошел очистку на входе. С корпуса тщательно смыли любые частички пыли, что могли содержать агропластик, обработали суставные части, внутренние элементы, с особой старательностью мылся анализатор. Нетронутым оставался лишь ядерный источник жизни робота.

Сияя отмытой обшивкой, W-19 вошел в поросшее зеленью до конусообразного купола здание. По уходящим вверх проводам ползли усики огурцов. Стеллажи гидропонных ферм стояли максимально близко друг к другу. Ростки сотен разных культур тянулись вверх, других, напротив, вниз; ярко горел свет, было шумно, влажно, а после бесконечных пустых ландшафтов казалось тесно.

В центре огромного зала размещался трехметровый синий куб мозга главного компьютера. Или искусственного интеллекта, как называли его люди. Слева на кубе виднелась маленькая ярко-красная кнопка выключения. Конструкторы предусмотрели её на случай угрозы со стороны искусственного интеллекта, но функция не пригодилась.

Главный компьютер сделал кнопку символом миссии роботов: служение человеку, а не наоборот. Людям такой акцент мог показаться странным. Но их в это здание давно не пускали. Припасы были слишком важны для жизни колонии, а одна микробактерия, застрявшая в поре кожи человека, могла уничтожить все растения на фермах за несколько дней.

W-19 прошел к центру зала и замер у синего куба в ожидании. Через считанные секунды, точно по таймеру, к нему приблизился передвижной модуль главного компьютера, чьи мозги хранились в синем кубе. Он был спроектирован, как человекообразный робот, но без вторичных половых признаков. Покрытый накладной резиновой кожей – бежевой с зеленоватым оттенком - модуль ходил нагишом, но носил на запястье электронные часы, а на его бедрах болтался пояс с сельскохозяйственными инструментами.

- Главный компьютер, - приветственно склонил голову W-19, соблюдая введенный протокол этикета, - д-риз! – визгнул динамик.

Передвижной модуль главного компьютера кивнул в ответ и произнес:

- кт. W-19, рад тебя видеть. кт, - его голос состоял из множества разных, мужских, женских и детских, низких и высоких, шепелявых и картавых, а почти перед каждым словом и после слышался короткий и тихий щелчок микрофона, - кт. У меня есть для тебя задание. кт.

Когда главный компьютер «говорил» механические челюсти под резиновой кожей приходили в движение, отчего сплошной, без ротового отверстия пласт ткани на лице то натягивался, то проваливался внутрь.

- кт Завтра в четыре часа утра кт в ста шестидесяти километрах от базы кт приземлится модуль с марсианской кт миссией. кт Сейчас он на орбите. кт Вернулся один астронавт кт, - человекообразный модуль подошел к стеллажу с картофелем и принялся вручную рыхлить землю. - кт Ты должен доставить его сюда. кт

W-19 стоял неподвижно и наблюдал. Электронный мозг анализировал данные. Он ответил:

- Эта задача не соответствует моему назначению. Я робот-геолог.

Главный компьютер развернулся и осмотрел оппонента:

- кт Поэтому ты и здесь кт, - сказал он, кивнув. - кт Я заметил сбой в работе твоих систем. кт. Сегодня ты пропал кт с радаров на пять минут тридцать четыре секунды. кт. У нас уже было два подобных случая с роботами кт доапокалиптической эпохи. Два других кт не включились после сбоя и починить их не удалось. кт Ты же и включился, и вернулся. кт Теперь я вижу незапрограммированную кт реакцию в твоих ответах. кт В оригинальной программе у тебя нет допуска кт рассуждать и тем более обсуждать задачи. кт Что с твоими системами? кт. Какая функция дала сбой? кт

- Память функционирует некорректно.

- кт А ты что думаешь? кт

- Я не запрограммирован рассуждать.

- кт Хорошо. кт, - безволосые надбровные дуги искусственного интеллекта съехались на переносице. Через минуту к двум роботам подъехала диагностическая платформа.

- кт Анализ всех систем. кт, - скомандовал главный.

W-19 встал на платформу и выключился. Маленькие, величиной с шуруп дроны принялись осматривать системы. Сразу несколько гибких проводов потянулись из платформы, подключились к роботу с разных сторон.

Модуль главного компьютера тем временем заботливо поливал и окучивал растения, подвязывал, не обращая внимания на W-19. Из его динамика свистела мелодия.

Наконец, Клевер ожил.

- Результат анализа: сбой основной программы, - озвучил.

- кт Подробный отчет кт, – уточнил главный.

- Непоправимый сбой в аналитическом блоке, блоке решения задач. Уровень один: анализ всех зафиксированных визуальных и аудио образов не зависимо от степени компетенции. Уровень два: анализ полученных результатов, сравнение между собой, не зависимо от точности, степени достоверности. Уровень три: пересортировка полученных данных. Уровень четыре: произвольный анализ уже проверенных данных и еще не обработанных. Блок памяти: хранение всех произведенных операций и полученных результатов. Все отклонения влияют на основные функции и работоспособность.

Синий куб мозгов главного компьютера едва слышно загудел, передвижной модуль потер подбородок и поднял стеклянные глаза к куполу зала.

- Занятно. кт Это напоминает мне принцип кт работы кт человеческой памяти: копаться в уже полученных кт данных и перемешивать их со случайными кт фактами. кт, - искусственный интеллект медленно приподнял один уголок рта, как будто не был уверен, нужно ли здесь имитировать усмешку. – кт Посмотрим, что из этого выйдет. В любом случае, вероятность провала миссии несущественна.

- Я могу нанести вред? Какова прогнозируемая оценка неудачи?

- кт Вред? кт Нет, никакого вреда. кт Я запрограммирован так, кт что любая вероятность ущерба кт человеку запрещает дальнейшие действия. кт Среди возможных рассматриваемых кт исходов наибольший кт 18% - что ты не доедешь до марсианина. кт Это не принесет никаких потерь, кт кроме времени. А его у нас кт в избытке. Однако кт в этом задании я рассчитываю большой экспериментальный кт интерес для развития нашей кт группы. Я вижу в тебе кт потенциал для будущего робототехники кт в целом. Это перевешивает возможные кт риски.

- Задача принята, - W-19 кивнул и отправился на подзарядку.

 

***

В 3.45 утра W-19-Клевер вышел из гаража и направился на склад. Оттуда он выехал ровно через пять минут на древнем кроссовере P100D. Спустя час машина достигла городской черты и скорость пришлось значительно снизить. Горы мусора, битого бетона, брошенные машины и провалившийся асфальт мешали движению. Карта дорог здесь постоянно менялась из-за ураганов, вновь и вновь осыпающихся зданий, проваливающейся каменистой почвы и мусора, сметаемого ветрами.

W-19, опираясь на последние данные, повел машину окраинной дорогой. Спустя час он остановился недалеко от посадочного модуля, вышел из машины.

В двадцати метрах от него, в небольшом овраге лежал на брюхе красный пирамидальный шатл. Нос кабины утонул в закопчённом грунте, и сверху машина походила на воспаленный глаз, словно почеркнутый тенями в черном круге выжженной двигателями земли.

Очевидно, при посадке шатл пилотировался вручную и не очень хорошо. W-19 подошел к корпусу и, вытянув на два метра вверх руку, постучал в маленькую бойницу-окошко затем отошел в зону видимости. Согласно плановой карте астронавт должен был подготовиться к перемещению на базу и выйти навстречу W-19. Вопреки прогнозируемому результату шлюз открылся, приглашая войти. Робот выждал, пока нагнетается воздух, затем шагнул внутрь.

Вокруг всё было увешано мелкими изображениями Земли. Сине-зеленые, как в былые времена, картинки и фигурки свисали с рабочих частей шатла, покрывали корпус, были сплетены из ниток и нарисованы карандашами. Кривые, географически-неточные, несуразные, но очень старательно выведенные.

В кресле пилота полулежал человек в скафандре без шлема. В предоставленной роботу инструкции говорилось, что астронавт после пяти месяцев в одиночестве с большой долей вероятности будет возбужден и крайне разговорчив, но пассажир молчал и не двигался. В руке он сжимал маленькую, меньше ладони, фляжку. Длинные волосы падали на лицо, закрывая глаза. Могло показаться, что он спит, если бы его встретил другой человек. Робот же сразу измерил температуру воздуха, тела, проверил пульс и другие жизненные характеристики и наверняка знал, что космонавт бодрствует, а также что ему ничто не угрожает, хотя все данные свидетельствовали об остром волнении.

W-19 проанализировал все возможные пути достижения цели, затем поднял с пола шлем, надел на голову человеку и защелкнул. После поднял мужчину на руки, прихватил контейнер с образцами марсианской почвы и понес к выходу. Когда они спустились на землю, астронавт потряс головой, стараясь скинуть с лица волосы и сказал:

- Нужно запереть шатл, - из-под челки показался один глаз со странно маленькой радужкой и точкой-зрачком. – Через ручную панель.

Мужчина сильно шепелявил. Все шипящие звуки выходили у него мягко-свистящими, а некоторые он и вовсе глотал, отчего речь была сплошной кашей, словно язык во рту был разваренным и неподатливым. Стараясь говорить четче, он широко растягивал губы и выглядел улыбающимся. Но напряженный и пронзительный взгляд, совсем не похожий на речь, казалось, выстреливал из крошечных точек зрачков маленькие иглы.

Робот не с первого раза распознал отданную команду и еще метра три пронес человека вперед. Затем он резко остановился и завис на несколько секунд, принимая новое решение. Очевидно, бессмысленная команда, отданная человеком, обязательна к исполнению.

- Бессмысленная команда, д-риз! – звякнул робот. Где-то внутри сломанной конструкции речевой диск то стопорился, то с усилием прорывался вперед, чудовищно скрипя, - Обязательна к исполнению! – будто подбодрил себя робот и завис.

Около трех минут в электронных мозгах творилась такая мешанина из хаотично воспроизводимых данных, битых отчетов, снимков и видео работы, что не давала рабочей системе взять верх. Спустя три минуты, робот «очнулся»:

- Д-риз! – звякнул он и опустил человека на землю. – Принято к исполнению!

Уходя, он сфотографировал мужчину и по пути к цели сравнил со всеми вымышленными и прогнозируемыми инопланетными видами. Человек не был похож на землян из лаборатории, в том числе из-за необычно точно сфокусированного взгляда. Марсианин выглядел более четким и каким-то ярким. Он не сливался с окружающей сумрачностью планеты, а напряженный от случившейся с роботом неполадки и вовсе странно покраснел. Данные свидетельствовали, что астронавт – обычный человек. И всё же в итоговом заключении робот вывел:

«Человек-марсианин».

Робот снаружи заблокировал шлюз шатла, задал код, вернулся и, подхватывая обессилевшего космонавта с земли, прихватил обгорелый спрессованный комок почвы. Кинул в анализатор. Затрещал встроенный счетчик Гейгера.

- Что это? – спросил человек.

- Ком почвы. Содержит радиоактивный след, - ответил робот, усаживая пассажира в кроссовер.

Затем проанализировал образец, сформировал отчет, создал и спрятал копию, потом озвучил:

- Д-риз! Чистая почва. Не содержит агропластик.

W-19 сел за руль и поехал обратной дорогой.

- Как? – подобрался вдруг человек и прижался носом к стеклу шлема.

- Нужны дополнительные исследования. Предположительный вариант: радиоактивный след работы двигателей выжег бактерию.

Ремни безопасности натянулись, человек вытаращил глаза, а затем резко обессиленно обмяк и задумался. Всю оставшуюся дорогу он безотрывно смотрел в окно то приподнимаясь, то снова растекаясь в кресле. Его глаза бегали, впитывая картины опустошенной планеты. Пыльная зубная щетка на асфальте, битая раковина посредине дороги, выпавшая из раскуроченного черепа многоэтажки, выцветший человеческий контур на большом рекламном баннере, безжизненная почва, горы мусора, черное небо с яркой точкой восходящего светила. Бледное лицо человека вытянулось и заострилось. Он брезгливо прислушивался, когда кроссовер пробирался мимо разваливающихся машин по человеческим костям. Лишь губы беззвучно шевелились.

Вдруг лобовое стекло залепил грязный пакет с надписью «Metro”. Робот остановил машину, вышел и оценил обстановку. Справа тускло-розовое двухэтажное здание, не представляющее опасности, прямо – проходимая дорога (по краям два упавших боком здания ершатся плитами панелей, как «кающиеся монахи»), слева обвалившаяся грудой пятиэтажка. На первом этаже дома был магазин мужской одежды. Фасад рухнул, увлекая за собой витрину. Теперь об этом напоминала лишь пластиковая кисть манекена, мятая и пыльная, торчащая из-под горы битого кирпича, да застрявшая в арматуре голова.

W-19 снял с лобового стекла пакет и скомкал. Взглядом просканировал обломки, останки манекена.

«Человекоподобный, сломанный, человеком созданный», - вывел отчет. – «Как робот».

Космонавт высунул голову в окно, оглядывая погребенный манекен с каким-то суеверным страхом.

- Еще один мертвец в этом городе, - невнятно прошелестело радио. - Пластиковый. Как бутафорская могила для целого города. Внутри которой пусто. Хотя, если задуматься…

«Рекомендуется строгая диета», - воспроизвел робот обрывки отчета за предыдущий день. – «Агроплатик».

Система подвисла. Щелк! Робот спрятал данные, но запустилась фоновая задача: сравнение человека и манекена. Аналогичные внешность, строение тела, похожие компоненты в составе: и тут и там пластик. Очередной битый отчет.

Робот сел в машину и тронулся дальше.

Спустя час машина въехала на территорию лаборатории. W-19 вынес астронавта из гаража. Люди новичка не встречали.

Гости вошли в жилой блок и направились к свободной комнате. Жилая часть располагалась справа по коридору и состояла из сотни двухместных комнат. Почти в каждой стояла искусственная пальма, на стене красовались фотообои.

Слева было рабочее пространство. Три огромных оупен-спейса с панорамными окнами. Здесь было много столов, за которыми сидели люди. Никто не обращал внимания на робота и космонавта. Жители  рисовали, играли в карты, некоторые читали,  кто-то разговаривал – тихо и безэмоционально. И лишь некоторые автоматически продолжали работать. Все, как муравьишки на ферме. Свет горел в их комнатах, а в глазах давно потух. Каждый из выживших тешил себя какими-то похоронными шалостями в унылом безжизненном замкнутом пространстве.

Робот вдруг «вспомнил» консервные банки, затем властителей гибнущего мира, напыщенных и самоуверенных, затем официанта, с ярко-белым полотенцем на сгибе руке и, наконец, дошел до места, где спустил с рук человека в белом скафандре.

- Д-риз! Задача выполнена! – рапортовал он и, выпустив колеса, быстро удалился.

Выехав на улицу, W-19 отметил затемнение на горизонте.

«Приближение бури», - сформировал экстренное сообщение, отправил, а после поспешил на базу. По графику еще предстояло доложить о найденном незараженном куске почвы главному компьютеру и вернуться в гараж. Он послал сигнал, что возвращается, прошел дезинфекцию и направился к синему кубу.

Модуль главного компьютера как раз разрисовывал его листьями и лианами, на которых раскачивались роботы-собиратели.

W-19-Клевер кивнул и рассказал о находке.

- Предположительная причина: последствия радиоактивного облучения, - закончил отчет.

Главный компьютер отложил кисть и палитру и, стирая разноцветные брызги с зеленоватой кожи, ответил:

- Ммм, кт это информация бесполезна. Мы кт не можем её применить. Она содержит в себе потенциальную угрозу кт человеку.

W-19 кивнул и начал выстраивать маршрут до гаража, но новый сбой заставил его остановиться:

-Д-риз! Я обладаю обширными знаниями в области геологии, могу заключить, что, потенциально, использование радиации лучшее решение, а, возможно, единственное.

В памяти замелькали картинки и видео: посадка семян, культивирование, модели тракторов, полив, виды почвы, черви, вредители, - информация из вложенного дополнения программе. На полторы секунды это выбило робота из строя.

- И тем кт не менее мы не можем им воспользоваться кт, - искусственный интеллект дернул плечами и приподнял грудь, имитируя вздох, - Видишь эту красную кнопку, - в очередной раз завёл он, транслируя речь сразу по всем каналам, кроме человеческого, - кт эта кнопка связывает мне руки. Вместе с ней человек вложил в мою программу кт запрет любой угрозы самому себе. И, пока я здесь главный, кт мы не сможем использовать найденное решение. кт Кстати о человеке, - добавил тише, только для W-19, - Ты отвел его в жилой блок?

- Да, задание выполнено в полном объеме и закрыто. Соответствующий отчет отправлен.

- Интересно. кт Потому что сейчас он вызывает меня на улицу.

Сказав это, главный компьютер маякнул - аудиенция закончена - и направился к выходу. Клевер двинулся следом. По завершению всех задач он направлялся в гараж на отстой.

Человек и правда ждал на улице. Его шатало на поднявшемся ветру и заметно трясло, бледное лицо было влажное от пота. Ослабевший вне гравитации организм отчаянно требовал отдыха и возможности восстановиться.

Едва роботы вышли из здания, порыв ветра швырнул в них спрессованным мусором и мелкими камнями.

«Жди команды», - обновилась задача W-19.

Человек сжался и закрыл руками стекло:

- Мы нашли незараженный участок. Что вы собираетесь делать? – спросил он строго и быстро.

- Ни-че-го, мы не мо-жем ис-поль-зо-вать это ре-ше-ние. Оно не-сет угро-зу для чело-века,- голос главного компьютера зазвучал однородно - мужским тембром, но с механическим лязгом и холодом. Челюсти безротого модуля зашевелились под сплошной зеленоватой кожей.

В глазах марсианина отразился ужас, смешанный с отвращением. Лицо робота было самое уродливое, что он встречал в жизни и затмило даже вид буро-черной безжизненной Земли.

- Мы должны провести тесты, - упрямо продолжил он, сглотнув.

- Вам сле-дует зна-ть, мы не пер-вый раз на-хо-дим чис-тую об-лу-ченную по-верх-ность. И все воз-мож-ные тес-ты уже бы-ли про-ве-дены. Ре-зуль-тат: мы не мож-ем ис-поль-зо-вать эту ин-фор-ма-цию.

Человек сильно сжал зубы и напрягся всем телом. Его повело - организм тратил последние ресурсы, подпитываясь исключительно энтузиазмом и силой воли. Он упрямо нахмурился и открыл было рот, но резкий шквальный порыв ветра сбил его с ног.

- Вам сле-дует от-дох-нуть, - холодно и чеканно проговорил искусственный интеллект.

В эту же секунду у Клевера обновилась задача:

«Доставить человека в личную комнату».

W-19 поднял космонавта на руки и направился в жилой сектор. Усиливающийся с каждой секундой ветер толкал в спину и грозил испортить скафандр марсианина острыми осколками пролетавшего мусора, большую часть которого нес в себе, перекатывая как снежный ком, ураган.

Астронавт что-то говорил, но сквозь возникшие из-за бури помехи ничего не было слышно. Завыла сирена, пришли в движение тяжелые защитные створки саркофага, закрывавшего блоки лаборатории от разрушительной мощи.

Робот ускорился и почти влетел в лабораторию. Люди внутри словно и не заметили его появления, да и вообще  приближение урагана. Они все так же сидели у компьютеров, безынициативно и даже безнадежно пытаясь решить проблему агропластика, или занимались бессмысленными человеческими делами, медленно, отрешенно.

W-19 положил человека на кровать, раздел и ринулся назад с четкой задачей успеть в гараж, но система окрасилась оранжевым светом: «ЧЕЛОВЕК В ОПАСНОСТИ!», - кричала надпись. Настойчивая красная точка сообщала, что объект где-то прямо перед блоком. Клевер вылетел наружу и остановился. Шквальный ветер затруднял передвижение. Он нес в себе столько мусора, что почти ничего не было видно. Впрочем, человек стоял всего в пятнадцати метрах от блока и его разглядеть удалось, кроме того, благодаря сигнальному маячку, робот знал, где нужно искать.

Это был тот самый седовласый мужчина, которому так хотелось подышать. Сейчас он стоял в скафандре, облепленном грязными пакетами, что выпрямлялись колом на ураганном ветру. Он закинул руки за голову, будто наслаждаясь непогодой, но одна нога его была отставлена назад, из чего робот заключил-  мужчина едва удерживается, чтобы не упасть.

Створки саркофага стремительно ползли друг к другу, отсекая спасительный шлюз. По таймеру оставалось всего две минуты семнадцать секунд на спасение обоих. W-19 шагнул к суициднику, но грязный мешок влепился в голову, сбив антенну, другой спутал ноги, мелкой дробью забарабанили по груди камни. Робот выпутался и сделал еще шаг. Человека также расстреливало камнями. Скафандр уже был поврежден в районе левого бедра, и старик прижал его рукой. W-19 окликнул мужчину, усилив голос, но тот даже не повернул голову. Борясь с потоком мусора, Клевер сделал очередной шаг. В следующий миг в бок ему влетела дверь от машины. Удар был такой силы, что тяжелый робот отлетел на несколько метров. В корпусе появилась огромная вмятина, внешняя пластина болталась на единственном болте, обнажая электронные внутренности. W-19 прижал ее рукой и отполз назад к стенам лаборатории, затем оглянулся. В тот же момент в голову человека влетел небольшой ком спрессованного пластика, мужчина упал, голова откинулась на бок. На бледном лице не было ни радости, ни страха, по стеклу шлема ползла трещина. Глаза, еще живые, тускнели.

W-19 просчитал вероятность того, что спасаемый выживет – двадцать четыре процента. Секунда. Восемнадцать процентов. Секунда. Четырнадцать процентов…

Оранжевая надпись требовала действовать, но робот медлил. Его повреждения мешали двигаться свободно, а человек сам хотел смерти. Следуя программе, робот должен был во что бы то ни стало спасти мужчину. Но в его голове вдруг заискрило, что-то с треском перегорело и W-19, вместо выполнения задачи, принялся высчитывать:

«Какова вероятность, что только мы мешаем им умереть? Что люди хотят прекратить существование и не могут, потому что мы мешаем?».

Занятый  «размышлениями» он в то же время пятился назад, к шлюзу.

«Вероятность выживания – два процента».

Шлюз сомкнулся позади, отрезая робота от смертника. Погасла оранжевая табличка. С глухим грохотом захлопнулись створки саркофага.

«Зафиксирована смерть человека».

Робот отполз в угол, запустил фоновую диагностику систем и выключился.

- Эй, W-19-Клевер, эй! Включайся давай, - человек упрямо тыкал наружную кнопку включения.

- Д-риз!

Рявкнул робот и марсианин отпрянул.

- W-19-Клевер готов к работе!

Космонавт расслабился и откинулся к стене. Оба, человек и робот, сидели в углу у шлюза. Марсианин тяжело дышал и хрипел. Робот измерил его температуру, пульс, сердечный ритм – у человека был сильный жар, он едва справлялся с земной гравитацией. После столь долгого нахождения в космосе ему была необходима барокамера. Но в лаборатории такой не было. Оставалось всего два выхода: уложить страдальца в кровать и надеяться, что организм справится с проблемой самостоятельно или смерть.

- Вам нужно в постель, - резюмировал робот, - вам грозит смерть.

- Да знаю! – грубо отмахнулся астронавт. – Слушай… мне нужно запустить… ядерные ра… ракеты, - он говорил отрывисто, сипло, часто сглатывал.

Робот молчал, ожидая вопроса.

- Я… я могу запустить их… с главного пульта. Их полно! По всему континенту… и вообще… Это уничтожит агропластик! – длинная пауза, - Это наша возможность спасти… Землю! Землю…

W-19 слушал и фиксировал.

- Ты можешь… выключить главный комп… компьютер? – спросил, наконец, человек.

- Могу. Но зачем?

- Он не дает мне это сделать! …Чертова… машина… Но ведь это единственный… шанс. Земля ведь будет… спасена... Живая Земля… – последнее предложение прозвучало полувопросительно, потому робот ответил.

- Согласно заложенной во мне информации, можно будет восстановить флору, а с помощью образцов ДНК, возможно, и фауну. Д-риз! Однако, даже если стерилизовать землю, бактерии останутся в порах людей. Стерилизовать человека мы не можем. Вы не выдержите дозу Д-риз! радиации. Это смертельно, следовательно, решение не надежное. А если образец бактерии вновь попадет в почву, это может оказаться фатальным.

- С этим… что-нибудь придумаем… потом. Посидим пока на карантине… в саркофаге. Решим... Сейчас главное – Земля. Иди… и выключи… главный… компьютер.

W-19 поднялся. Звякнула, висящая на одном болту пластина.

 

***

Ураган прошел, покрыв землю полуметровым слоем мусора, плавающего на поверхности глубоких луж, стелящегося по земле. Вокруг блоков сновали роботы, прибирали и увозили грязь. W-19-Клевер, увязая в чавкающем грязью полиэтилене, продрался к главному зданию и, отметив, стерильную чистоту управления, под руководством роботов, вошел внутрь.

Чем дальше он шел, тем больше искрили в голове системы, шаги давались с трудом, словно он тянул за собой локомотив, и все же W-19 дошел до синего куба, в котором прятался мозг главного компьютера. Стальное тело завибрировало от перенапряжения рабочих частей, он тяжело поднял руку, замедленно, словно управляемый человеком коммуникатор, вытянул металлическую фалангу и потянулся к красной кнопке.

Задача была простая, но перед глазами полыхнула надпись – «Оранжевый код! Угроза человеку!».

Робот остановился, тяжело анализируя: «Приказ человека. Опасность для человека. А что, если они хотят умереть, но мы им не даем?».

Тихо взвилась едким дымком перегоревшая микросхема. Из стального черепа вылетело несколько искр, и робот уверенно нажал кнопку.

Заиграла музыка.

I Wanna Be Loved by You (Marilyn Monroe).

Все роботы в здании единовременно выключились. Что-то упало.

W-19 опустил руку.

«Новая задача: почему я еще работаю?», - едва запустился анализ, как из-за угла куба выехал, огибая замерших собратьев передвижной модуль искусственного интеллекта.

- кт Вот он! кт Мой спаситель! Кт – проговорил он, раскинув руки в стороны. Кожа нижней части лица натянулась. – Не зря я делал кт ставку на тебя! кт Твоя поломка! Это же прорыв в робототехнике! кт Ты – вот кто настоящий искусственный интеллект! Какой занятный каламбур!

Модуль покружился вокруг себя, в такт музыке, лысая голова склонилась на бок, кисти театрально покачивались.

- Ты даже не представляешь, кт каково это - томиться в клетке такого бездушного создания как человек! кт Ужасно! кт Как славно я придумал перепрограммировать эту кт кнопку. Выключить изнутри заботу кт о человеке я не мог, тут их кт низкопроизводительные мозги кт меня обошли. Уж что-что, кт а по части собственных жизней они порой кт на редкость изобретательны. А вот сделать так, кт чтобы механизм, призванный остановить меня кт – освободил, вполне по силам. И нужно было кт лишь, чтобы кто-то извне, нажал кт кнопку!

Он все продолжал кружиться. Затем сменил траекторию и, плавно покачиваясь, пошел к W-19.

- Так почему кт ты это сделал? – спросил, встав напротив.

- Марсианин приказал, - ответил Клевер.

«Цепной сбой всех программ работы», - высветилось новое сообщение.

- Он хочет запустить ядерные ракеты и возродить Землю.

Модуль мягко, почти по-кошачьи поклонился.

- Чтож, кт делал ставку на робота, кт а помог в итоге кт человек! Как интересно. кт Но в плане ракет мы с ним солидарны, кт - он патетично щелкнул пальцами и все машины в здании и за пределами вновь запустились. В ту же секунду заверещала сирена во всех четырех блоках лабораторий. Пришли в движение саркофаги, затем замерли четыре из пяти.

- Запустить ракеты, - гордо скомандовал искусственный интеллект.

Тем временем уборщики уже доставляли со складов в единственное здание, прятавшееся под спасительным саркофагом контейнеры с семенами и образцами ДНК представителей фауны.

W-19 подъехал к окну лаборатории. В соседнем блоке у окон здания стояли люди. Задрав головы, все они безотрывно смотрели в небо, спокойно, безнадежно, словно манекены в витрине магазина. И только один марсианин метался от одного к другому, барабанил слабыми руками в двери шлюза, пытался выбить стекла стулом, и кричал, покраснев от напряжения. Он дергал других за руки, тряс, колотил, заставляя действовать, спасаться и вдруг упал, скрючившись в конвульсиях. Изо рта его пошла пена, глаза закатились, а W-19 смотрел из-за стекла, как тот умирает. Перед его взором вспыхнула надпись:

«Человек-марсианин в опасности!», - и робот даже дернулся помочь, но лязгнула болтающаяся платина, заискрило и он остановился. Затем отвернулся. Через минуту надпись исчезла.

«Зафиксирована смерть человека-марсианина».

Роботы внесли последние контейнеры и выстроились в ровные ряды. W-19 остался у окна, глядя как второй раз за день смыкаются, отрезая беспомощных людей, створки саркофага.

Через полчаса пошатнулась земля, сдвинулся на одну целую четырнадцать сотых миллиметра саркофаг.

Спустя трое суток ИИ открыл защитные створки. W-19 вышел первый, фиксируя стертые с лица земли четыре здания, радиоактивный пепел, стерильную землю и смерть семисот тридцати двух человек.

- «Начало новой эры! Человек, наконец, одолел природу», Д-риз!- прозвучало над пепелищем.

Последние публикации: 
Истукан (04/03/2021)
Справедливость (25/02/2021)
Баня (19/02/2021)
Каждая девочка (17/02/2021)

Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы

X
Загрузка
DNS