Комментарий | 0

Вневременные наши времена (2)

 
 
                                                                                              Питер Кертис На крыше
 
 
 
 
2
 
 
ОХ, ALTER EGO, ЧУМОВОЙ БЛИЗНЕЦ

 

 
ВСЕ СЧАСТЛИВЫ. ВСЕ В БЕЛОМ. ЧУДЕСА
 
 
Все счастливы. Все в белом. Чудеса.
Звучат фанфары. Соли тоже в меру.
В беловоронью не склоняйте веру
Картавящие гнусно голоса.
 
Не каркать! Всем заткнуться! Замолчать
Бубнящим без зазрения надрывно
Про потепленье, агнца, про печать
Тысячелетие второе непрерывно!
 
Нет, даже третье! Не идёт — летит!
И вам счастливых нас не заарканить!
Глядите! Промелькнул метеорит!
Добавилось? Убавилось в кармане?
 
 
 
 
ТЁПЛЫЙ ДОЖДИК ЧЕРНОБЫЛЬСКИЙ ХЛЕЩЕТ
 
Тёплый дождик чернобыльский хлещет
По траве, по домам, по ногам,
Май с зелёным восторгом трепещет,
А трамвай учинил тарарам.
 
Моет мама на радостях раму,
Папа рому хлебнул натощак,
Даже трупы, не ведая сраму,
Танцевать учинили гопак.
 
Всем зачинщикам страшно и трудно.
Что за пляски? Какого? Чево?
Зачинатели! Мокро. Паскудно.
Телевизор. Весна. Горбачёв.
 
 
 
 
НЕ СТОИТ ВЫДЕЛКА ОВЧИНКИ
 
Не стоит выделка овчинки,
А мир познания — слезинки.
Все водки, виски — капли жжёнки,
Все зоопарки — медвежонка.
 
Все танки — паутинки тонкой,
Все громыханья — тиши звонкой.
Все девы, дивы — Моны Лизы,
А все желания — каприза.
 
Цветка — сады, музей — картины,
Мрамор скульптур — кусочка глины.
Все Илионы — одной Трои,
А все гиганты — крошки тролля.
 
 
 
 
ВСЁ СОПРЯГАЯ, ЗАПРЯГУ
 
Всё сопрягая, запрягу 
Коня и лань в одну телегу,
Из кошки заячье рагу
Сварю, и греку через реку
 
Я переправлю, а затем,
Устав от мудрости заёмной,
Бифштекс окровавленный съем,
Предавшись жадности нескромной.
 
Хоть Петропавловка будить
Меня неосторожно будет.
Пади, пади! Лудить? Блудить?
От чёрта в ступе не убудет!
 
 
 
 
ВОПРОШАЯ, ПОЧЕМУ ОСИРОТЕЛА ДУША
 
В последний раз они были дети,
В последний раз был я большой.
В последний раз раскидывал сети
Рыбарь над почти бездетной душой.
 
Вот так, внезапно в Венеции выросли,
Вот так, внезапно в Венеции постарел.
Море в канал сносило водоросли,
В заливе парус почти не белел.
 
Новыми взглядами, привыкая друг к другу,
Прошивали, прошлое не вороша.
Чайки орали, обшаривая округу,
Вопрошая, почему осиротела душа.
 
 
 
 
ИЗДАЛЕКА ДАЛЁКОГО ГОРОД ВИДИТСЯ ЛУЧШЕ
 
Издалека далёкого город видится лучше,
Ближе давнишней близости, отчетливей и родней,
Переулки карабкаются на такие крутейшие кручи,
На которые улицам не забраться до конца своих дней.
 
Вот оттуда, словно с голубятни или же с колокольни —
Помещается на ладони, когда разжимаешь кулак —
Смотришь, соображая: кто чей ныне невольник,
Заложник, хозяин, а кто батрак.
 
И думаешь: беззастенчиво он растёт и грубеет,
Не рано ли угораздило девственность потерять.
А соседний пригорок с восторгом настойчиво блеет,
Созывает на Лысую гору шабаш справлять.
 
 
 
 
ТО ЛИ ВЕРЁВКА, ТО ЛИ ОБЪЯТЬЕ
 
То ли верёвка, то ли объятье,
Благословение-или-проклятье?
То ли любовно, то ли предательски,
Героически-иль-обывательски?
 
То ли язык мой веку не нужен,
Контужен-натружен-может-простужен?
То ли эпоха мне не понятна,
Или-язык-мой-на-попятный?
 
То ли я следствие, то ли причина,
Маска-лицо-слепок-личина?
То ли вопрос, то ли точку поставить,
Превознести-или-ославить?
 
 
 
 
ВСЕ БЫЛИ ПРАВЫ, ТОЛЬКО Я НЕ ПРАВ
 
Все были правы, только я не прав,
Все плыли, образуя истеченье
Единых тел, я нагло грыз печенье,
Являя эгоизм и скверный нрав.
 
Все плыли, истекая, я не плыл,
Стоял на берегу назло плывущим.
Не повторю, кем в их глазах я слыл,
Одно скажу: я был для них не Пушкин.
 
Поплавав, подустав, под тары-бары
Мне поминали прошлогодний снег.
Уж эти неразумные хазары.
Ух этот вещий мстительный Олег.
 
 
 
 
ОХ, ALTER EGO, ЧУМОВОЙ БЛИЗНЕЦ
 
Ох, alter ego, чумовой близнец,
Опять с утра мрачнее тучи мрачной.
Быть может, объяснимся наконец?
Не вечно нам с тобою, братец, драться.
 
Что нам делить? Поношенную плоть?
Приверженность одной и той же тени?
Давай с тобой условимся мы хоть
Не обсуждать антонимичных мнений.
 
А лучше ничего не обсуждать,
С утра — тем более, а на ночь — безусловно.
Чтобы плоды бесед не пожинать,
Давай дружить, как пёс и кот, бессловно.
 
 
 
 
ВПРОК НАЖИВУСЬ — ДО РВОТЫ, СТОЕРОСО
 
Впрок наживусь — до рвоты, стоеросо,
Напыжусь, накуражусь, нажуюсь
И нагляжусь до желтизны раскосой,
И, смерть примерив, сродным окажусь
 
Кому не западло и интересно
Увидеть результат метаморфоз,
Попробовать воды морской, но пресной,
И с крыльями орлиными стрекоз
 
Приметить в тундре, где под баобабом
Плывут, сгущаясь в тучи, облака,
Поющие блаженно бобэоби
Пустой бутылке из-под молока.
 
(Продолжение следует)

Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы

Поделись
X
Загрузка