Комментарий | 0

Коды в романе М. А. Булгакова «Мастер и Маргарита»

 
 
(В качестве дополнения к статье "Откровение Михаила Булгакова")

 

Михаил Афанасьеви Булгаков (1891-1940)

 

 
 

1

 

Даже простодушный читатель, впервые раскрывший роман и воспринимающий его просто как увлекательное чтение, не может не заметить некоторые его странности и недосказанности. Например, так и остается неясным, зачем Воланд посещал Москву. Ведь если не считать мнимое приглашение для разбора рукописей чернокнижника Герберта Аврилакского, в романе об этом не сказано ровным счетом ничего. А ведь это важнейший вопрос! Воланд – Князь Тьмы, то есть вселенская сила, которая управляет половиной мироздания и сопоставима с такими природными явлениями, как, например, явление всемирного тяготения. Поэтому в действиях Воланда не может быть случайности. И, значит, причина, которая привела его в Москву, не сводится к каким-то мелким прихотям, а касается самых основ мироздания.

 

Но что это может быть за причина? Ведь не для того же покинул он свою резиденцию в преисподней, чтобы выяснить, насколько москвичи изменились внутренне. Можно было бы подумать, что он прибыл в Москву специально, чтобы принять участие в судьбе мастера, но ведь мы знаем, что Воланд впервые узнал о существовании мастера уже после бала, от Маргариты. Но даже если допустить, что Воланд действительно прибыл в Москву, чтобы спасти мастера и его роман и по какой-то причине просто скрывал этот факт (то обстоятельство, что Воланду открыто не только прошлое, но и будущее, говорит в пользу этого предположения), то почему для мироздания спасение мастера и его романа так важно? Это не вписывается в наше представление о мире, в котором романы и их авторы существуют сами по себе, а законы мироздания – сами по себе. Не значит ли это, что наши представления о вселенной ошибочны, и в ней действуют другие законы?

 

Тем более что у этой версии есть подтверждение. Дело в том, что ключевое значение в романе имеет то обстоятельство, что Иисус Христос – это на самом деле Иешуа Га-Ноцри. И хотя он действительно является историческим Иисусом, что подтверждено Воландом в разговоре с Берлиозом, но он Иисус не евангельский. То обстоятельство, что все персонажи в библейских главах названы своими именами (Пилат, Левий Матвей, Иуда и т.д.), и только один Иисус назван арамейским именем, говорит о том, что Иисус другой. А это значит, что и картина мира, которая сформировалась в нашем сознании под влиянием христианства за последние две тысячи лет, является ложной.

 

По-видимому, чтобы подтвердить этот вывод, Булгаков и создает своим романом альтернативную картину мира. Причем сам он ничего не объясняет, предоставляя читателю возможность самому судить, насколько она убедительна. В результате роман превращается в некую загадку, ребус, который надо еще разгадать.

 

2

 

Чтобы читатель мог во всем разобраться, Булгаков применяет всякого рода подсказки. И первое, что бросается в глаза, это огромное множество всевозможных намеков, отсылок, подмигиваний, которыми буквально пронизан текст романа. Перечислим наиболее очевидные из них, воспользовавшись для этого наблюдениями Б.М. Гаспарова, изложенными им в статье «Из наблюдений над мотивной структурой романа М.А. Булгакова «Мастер и Маргарита».

 

Итак, треугольник Воланд, мастер и Маргарита вызывает ассоциации с Мефистофелем, Фаустом и Маргаритой из трагедии И.В. Гете «Фауст». Причем, ассоциации эти подкрепляются рядом деталей. Из «Фауста» взята строка, составившая эпиграф к роману («…так кто ж ты, наконец? – Я – часть той силы, что вечно хо­чет зла и вечно совершает благо»). Рукоятка трости Воланда выполнена в виде головы черного пуделя, в которого превращался Мефистофель. Мастер, объясняя Бездомному, с кем он столкнулся на Патриарших, ссылается на оперу Ш.Ф. Гуно «Фауст». Да и само имя «Воланд» тоже взято из «Фауста». Им называет себя Мефистофель, когда требует от нечистой силы уступить ему дорогу. «Дворянин Воланд идет», – говорит он.

 

К «Фаусту» И.В.Гете восходит, видимо, и символика числа «пять», широко распространенная в романе. В «Фаусте» неправильно начертанная пентаграмма позволила Мефистофелю проникнуть в жилище Фауста. В романе же пятерка также является магическим числом. Дом, в котором находится «нехорошая квартира», имеет номер 302, что в сумме дает число пять. То же касается квартиры номер 50, где проживает нечистая сила. В первой сцене речь идет о пяти доказательствах бытия Бога. Действие романа происходит в мае, то есть в пятом месяце, а Понтий Пилат является пятым прокуратором Иудеи.

 

Отрезанная голова Берлиоза вызывает ассоциации с Головой из пушкинской поэмы «Руслан и Людмила», а также с судьбой князя Святослава, из черепа которого печенежский князь Куря велел изготовить кубок. Сама же фамилия «Берлиоз» как бы предопределяет судьбу персонажа: так же, как в двух последних частях «Фантастической симфонии» Г. Берлиоза изображается шествие на казнь и следующий за ней адский шабаш, в романе за отсечением головы следует попадание на бал сатаны, где Воланд воздает ему по его вере.   

 

Явление поэта Бездомного, после его неудачной погони за Воландом, в ресторан МАССОЛИТа, носящий название «Грибоедов», не может не вызвать в памяти финальную сцену из комедии А.С. Грибоедова «Горе от ума». Как и Чацкий, Бездомный произносит обличительные речи, как Чацкому, ему не верят и объявляют сумасшедшим и так же, как Чацкого, его увозит карета. Разница лишь в том, что это карета скорой помощи, которая увозит его в дом для душевнобольных, который, по-видимому, и есть в современной Булгакову Москве единственным местом, «где оскорбленному есть чувству уголок».

 

Фамилия главврача дома для душевнобольных Стравинского отсылает к такому произведению композитора И.Ф. Стравинского, как «Весна священная», носящего подзаголовок «Картины языческой Руси». В результате дом для душевнобольных начинает восприниматься читателем, как некий сказочный теремок, то есть место, куда постепенно собираются пострадавшие от нечистой силы граждане.

 

А в образах Коровьева и кота вполне прозрачно просматриваются персонажи романа Э.Т.А. Гофмана «Житейские воззрения кота Мурра». Коровьев, имеющий музыкальную кличку Фагот и являющийся отставным регентом, – это намек на капельмейстера Крейслера, а кот Бегемот соответствует образу ученого кота Мурра.

 

Сцена беснования в квартире номер 50, с последующим пожаром и обнаружением на его месте тела барона Майгеля, соответствует финалу романа Ф.М.Достоевского «Бесы», где после беснования толпы и пожара находят тела брата и сестры Лебядкиных.

 

И, наконец, Н.В. Гоголь вспоминается не только в связи с сожжением мастером своей рукописи, но и с хороводом русалок («Майская ночь»), полетом на метле («Ночь перед Рождеством»), криком петуха, спасающим от нечистой силы («Вий»), а также встречей Ивана Николаевича с Николаем Ивановичем (притча о Кифе Мокиевиче и Мокие Кифовиче в финале первой части «Мертвых душ»).

 

3

 

Принято считать, что главное содержание романа и разгадка всех его тайн содержится именно в этих отсылках. Проблема, однако, в том, что между ними нет никакой связи, а значит, нет и связующей их мысли. Отсюда множество надуманных теорий, не имеющих к тексту романа никакого отношения. Одни, фактически отказывая Булгакову в способности мыслить самостоятельно, считают, что роман «Мастер и Маргарита» едва ли не скопирован с «Фауста» Гете. Другие усматривают в нем диверсию под христианское вероучение и называют евангелием от сатаны. Третьи находят в персонажах романа сходство со сталинским политбюро. А есть и такие, которые доказывает, что роман является зашифрованным манифестом масонов.

 

На самом же деле, отсутствие между этими отсылками связи говорит лишь о том, что их задача отвлечь читателя от реального содержания романа и направить на ложный путь. Это своеобразный код, который, как блуждающий огонек, как раз и заводит исследователя в трясину конспирологических теорий. Однако, с другой стороны, любой писатель заинтересован в том, чтобы его творение было понято правильно. Значит, должен существовать еще один код, который, напротив, поможет распутать хитрый клубок противоречий.  

 

И такой код есть. Его основные вехи – это замечание Иешуа Га-Ноцри о путанице в записках Левия Матвея; фраза «добрый человек», с которой Иешуа обращается к людям; его же утверждение, согласно которому «Бог един, в него я верю»; рассказ Воланда о неудачной шутке темно-фиолетового рыцаря; спор Воланда с Левием Матвеем на крыше высотки; а также сама композиция романа, когда один и тот же текст передается тремя разными способами: через рассказ Воланда, сон Бездомного и через чтение Маргаритой самого текста.

 

Таким образом, мы видим в романе две системы кодов. Одна включает в себя подсказки, которые навязчиво бросаются в глаза, встречаются почти на каждой странице и как бы подталкивают читателя к простому, лежащему на поверхности решению. Другая, едва заметна и проявляется, то в мимоходом брошенной фразе, то во вскользь оброненной реплике. Первая предназначена для дезориентации читателя. Вторая содержит в себе смыслы, ориентируясь на которые читатель получает шанс разгадать этот удивительный роман-ребус.

 

Ключевым в этой системе является замечание Иешуа Га-Ноцри о путанице в записях Левия Матвея. Ведь именно в этих записях содержится все, что мы знаем об Иисусе Христе и его вероучении и если они ошибочны, то ошибочно и все христианское вероучение. Поэтому в первую очередь необходимо выяснить, в чем именно ошибся Левий Матвей, записывая за Иешуа Га-Ноцри его слова.

 

Но для этого надо понять суть вероучения самого Иешуа Га-Ноцри. И здесь следует обратить внимание на две фразы, которые и являются ключом к этому пониманию. Первая – «Бог един, в него я верю», вторая – «добрый человек». Первая говорит о том, что Иешуа Га-Ноцри следует доктрине ортодоксального христианства, для которой бог един. Вторая отсылает к альбигойской ереси, поскольку обращение «добрый человек» было характерно именно для альбигойских священников. Известно, что вера альбигойцев, в отличие от традиционной христианской, признавала существование двух равноправных начал – света и тьмы, которые являются, фактически, двумя богами. Поэтому получается, что, с одной стороны, Иешуа Га-Ноцри верит в существование единого бога, а с другой – признает существование двух равноправных начал. А такая конструкция  возможна лишь в том случае, если свет и тьма окажутся не самостоятельными началами, а будут представлять атрибуты единого бога, с помощью которых он управляет миром.

 

Поскольку Левий Матвей является представителем ортодоксального христианства, для которого бог един, ошибка его может заключаться только в неправильной трактовке взаимоотношений света и тьмы. Это подтверждается и сценой как бы случайно вспыхнувшего спора между ним и Воландом на крыше высотки. Для Левия Матвея, свет – это Бог, тьма – это сатана. Свет – абсолютное добро, тьма – абсолютное зло. Однако, согласно Воланду, света без тьмы не бывает, так же, как не бывает тьмы без света. И отдавать предпочтение одному началу, отвергая другое – глупость. Словами «Ты глуп!», он и завершает свой монолог, обращенный к Левию Матвею. Таким образом, тема взаимоотношений света и тьмы и является главным нервом романа. Об этом свидетельствует, также, рассказ Воланда о наказании темно-фиолетового рыцаря, неудачно пошутившего о свете и тьме.

 

Что же касается того композиционного приема, в соответствии с которым один и тот же текст передается тремя разными способами (через рассказ Воланда, сон Бездомного и чтение Маргаритой самого текста), то он говорит о том, что этот текст является предвечным, существует независимо от человека и пребывает у Бога, устанавливая равновесие между силами света и силами тьмы.

 

Все эти смыслы и должны вывести читателя на понимание того факта, что зло во вселенной не есть метафизическая константа, а возникает в результате нарушения равновесия между силами света и силами тьмы. Сами по себе эти силы являются не столько личностями, сколько функциями (почему Воланд и не афиширует свою деятельность), и нейтральны по отношению к добру и злу. В случае нарушения равновесия одна из сил активизируется и начинает действовать в сторону его восстановления. Равновесие между ними может быть нарушено только в результате искажения предвечного текста, а искажение предвечного текста происходит, когда люди начинают лгать. То есть источником зла во вселенной является человек. Восстановить же предвечный текст, а с ним и равновесие между силами света и тьмы, можно сказав правду. Но условия, благодаря которым правда выходит на поверхность, создает Воланд, то есть сила, которая в данный момент преобладает. Именно нарушение равновесия между силами света и тьмы побудило Воланда явиться в Москву, чтобы спасти мастера и его роман. Это и есть действие универсального закона космической справедливости.

Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы

X
Загрузка
DNS