Рейтинг публикаций
Страх и трепет Кинга
— Андрей Кротков
(04/02/2005)
Как сказал тонкий специалист по страху Альфред Хичкок: «Нет ничего страшнее человека».
Страх и трепет Кинга
— Игорь Михайлов
(04/02/2005)
Как сказал тонкий специалист по страху Альфред Хичкок: «Нет ничего страшнее человека».
Между читателем и критиком. Пять маленьких рецензий
— Евгений Майзель
(07/04/2004)
...вот, пожалуй, несколько свойств, общих для всех авторов, угодивших в разношёрстную эту компанию: Вдумчивость. Правильный русский язык. Богатая культурная память.
Памяти Антона Чехова
— Александр Балтин
(24/06/2019)
Кристалл сострадания – драгоценность, присущая русской классике вообще, но у Чехова он играет опять же гранями такой тонкости, что заплакать, дочитав, к примеру, «Дом с мезонином» куда логичнее, чем спокойно отложить книгу в сторону.
По правде реальный роман
— Александр Верников
(01/12/2006)
Я не знаю другого произведения в нашей литературе, где бы смысловым ядром книги было ожидание рождения детей зрелым, социально успешным, а никаким не нью-эйджевско-альтернативным мужчиной от совершенно законной жены.
Миллион книг об Атлантиде. Комментарий на закрытие магазина русской книги под Вашингтоном.
— Дмитрий Мстиславович Крылов
(19/03/2002)
Принято считать, что русская литература, <наше всё>, так сказать, стала статьёй экспорта в силу своего качества и общечеловеческого значения.То есть, что читают её потому что хорошо и умно написано, и потому, что именно через литературу влюбляются в <таинственную русскую душу>.
Влекущий космос
— Елена Коробкина
(11/10/2018)
У поэта в образном ряду: сумерки, старость, смерть дара – сквозным – смерть космоса, как единственной, единой, данной, неразделимой и не отделимой от поэта ценности – ценности его космоса, Я-Космоса.
В постановке Воланда
— Эли Корман
(11/05/2006)
...сформировались ошибочные толкования, из которых главное – взгляд на роман Мастера (а заодно и на весь булгаковский роман) как на апологию христианства.
Напрасные слова
— Григорий Сахаров
(28/04/2011)
...отсутствие внятного читателя, внятного слушателя или собеседника писателя, по моему мнению, и есть главная особенность современной русской литературы.
Поэты пришли сегодня
— Разумов Петр Анатольевич
(27/01/2011)
...это ответ молодёжного мэйнстрима мэйнстриму интеллигентскому...
Поэзия и смерть (3)
— Максим Лаврентьев
(20/01/2012)
...Осип Мандельштам, имея в виду текст вагиновского «Ленинграда», восклицал: «Вот это настоящие предсмертные стихи!»
И радостно мне слушать перекличку…
— Игорь Бондарь-Терещенко
(09/10/2020)
...поддерживают костер дружбы народов и экономят электричество многие авторы, и действительно, отрадно слышать их трассирующую сквозь расстояния перекличку. Точнее, «и радостно мне слушать перекличку / поэтов всех народов, всех времен», - как писал киевский классик.
«Глагол ахматовский – вкусный и матовский»?
— Татьяна Лестева
(11/03/2020)
Ленинградский поэт Алексей Ахматов, благодаря признанию Комитетом по печати и взаимодействию со средствами массовой информации, издал сборник стихов с несколько эпатажным названием «За углом зрения»...
Книжная полка «Топоса» - 4. Искусство для искусства
— Юрий Безбородов
(12/07/2005)
Генрих Вёльфлин «Ренессанс и барокко», Джорджо Де Кирико «Гебдомерс», Дмитрий Бавильский «Скотомизация».
Женщины и русская литература
— Алексей Траньков
(25/02/2005)
единственные, кто никаких иллюзий не строил и так прямо с плеча правду-матку и рубил – это два наших великих литературных гусара, Денис Давыдов и Михаил Лермонтов
Что нашептал «Мультикультурный хор внутренних голосов» Виктору Пелевину?
— Татьяна Лестева
(01/10/2019)
...«жить в обществе и быть свободным от общества нельзя». И Виктор Пелевин, следуя этому правилу, даже, можно сказать, – завету, в этой повести, как обычно связывает историю с современностью, включая в повествование приметы и советского времени, и современной постперестроечной России...
Двойная фантазия
— Михаил Молчанов
(07/12/2004)
Русская страсть, английское достоинство, французское преклонение перед красотой, японский ритуал, американский оптимизм, иудейская расчетливость
ХР УСТ
— Константин Мамаев
(24/06/2019)
...если сущность поэзии понимать как откровение самого языка, а не души поэта, как гул языка по Барту, как бессодержательное откровение его собственной красоты, то дело наше примет иную окраску.
Синий бархат
— Игорь Михайлов
(17/12/2004)
С Гражданского (Средней Мещанской) надо, перейдя Вознесенский мост, пройти чуть вверх по каналу Грибоедова, а потом свернуть налево. Дом № 15 в самом конце Средней Подъяческой.
Дьяволиада и Хоббитания
— Георгий Хазагеров
(04/12/2019)
Это нас интересуют тираны, садисты, насильники, «звезды», миллиардеры и экстрасенсы и неизмеримо меньше – праведники, художники, ученые или же просто дети, старики, семья, дом. Это мы почти привыкли к тому, что масштаб всего происходящего измеряется не культурной глубиной, а завораживающей слабые души силой кулака: много жертв – большой масштаб, мало – маленький. Но Булгаков не писал романа о насилии...
Русский Шиболет
— Дмитрий Мстиславович Крылов
(23/04/2002)
В частном разговоре меня спросили, как я отношусь к Ольшанскому, имея в виду именно последние события, и я ответил, что <никак>. Никак, потому что меня мало заботят его политические пристрастия, а гораздо интереснее мне будет, когда закончатся декларации и начнётся собственно дело, т.е. его работа литературного критика и публициста. Тогда и будет о чём говорить, а сейчас я по этой теме отметился и её закрываю.
Заметки о Достоевском
— Александр Балтин
(23/11/2021)
Цветовая гамма Достоевского – серо-чёрно-белая, но – она раскрывается в небесную золотую бездну тысячей дорог-огней, ибо всё, данное на такой высоте, какую предлагает глобальный русский классик – от света.
Сколько стоит с обезьянкой
— Игорь Бондарь-Терещенко
(19/08/2019)
Ни связи, ни работы, ни перспектив. (…) Зато воскресли былые ремесла, на кухнях затеплилась интеллектуальная жизнь, и снова стал актуален упомянутый советский салат «мимоза». Точнее, домашняя снедь надежно заменила Макдональдс…
Тайная история Тартарии: магическая реальность порубежья
— Нина Ищенко
(31/03/2021)
Этот славянский хаос, растворяющий любой порядок, мгновенно структурируется и обретает непреодолимую твердость, как только заходит речь о роде и земле: «Рассказывают, что русские отступают лишь до могил своих предков, как до последнего предела. Дальше – небытие и то, что в нём». В богатой русской культуре есть разные пределы и константы бытия, но в рамках художественного мира сборника сила и память рода – одна из базовых ценностей, выстраивающих мир.
Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы
