И Аз воздам. «Неодолимая тишина света» Алексея Небыкова
/«Неодолимая тишина света. Русский хтонический рассказ». — М.: «РИПОЛ классик», импринт «Молодость», 2026/

Новую книгу Алексея Небыкова «Неодолимая тишина света» я привезла с собой в отпуск в Крым. Радует хорошее полиграфическое качество издания. Приятно взять в руки. Но и содержание не разочарует поклонников «страшной» литературы. Название интригует — «Неодолимая тишина света». Выходит, что тьма как раз и наполнена звуками, а тишину ещё поискать надо.
Главной считаю повесть «Обещание Карафуто». Это японское название острова Сахалин. В южной части острова жили японцы. И когда-то это были их территории. Сцена забивания морских котиков японскими охотниками обращает на себя внимание не только жестокостью, но и является попыткой показать жизнь как есть.
Герои рассказа — прибывшие на практику из Токийского университета студенты Акэти, Окано, Кидо и Иори. 1939-й год. Все приспособились к суровым нравам забойщиков котиков, лишь Акэти не выдержал и сбежал. Вопреки всему он считал, что «нет ничего важнее борьбы против зла в человеке и не должны друзья жалеть расточать и себя, если станет нужным, лишь бы победил свет».
Они неплохие люди, но для одного из них «невозможность терпеть неприкрытое зло стала невыносимее смерти». Задумались и остальные. Например, Иори решил немедленно уйти на лодке в море. Но началась война и многое переписала. С окончанием Второй мировой на остров пришли русские. Что же это за свет, на который намекает автор? Вероятно, неодолимость русского света — русского мира, пришедшего на смену духу императорской Японии. Жизнь на острове изменилась. Или всё-таки «свет» — это солнце, которое светит всем одинаково? Предлагаю поразмышлять над этим.
«Обещание Карафуто» — словно сборник в сборнике, стоящий особняком. Это подборка изящных и одновременно жутких рассказов, которая будет интересна как поклонникам японской культуры, так и любителям страшных историй.
Автор далёк от проповеди добра со ссылкой на веру в наказывающего Бога. Я не почувствовала религиозности в текстах сборника. Он не об этом, хотя там много, конечно, от воздаяния. Мы, люди, можем написать множество прекрасных законов, но как известно, суровость их смягчается необязательностью выполнения. Что же до Мироздания, то договориться с ним не получится. У него свой счёт к тем, кто не хочет жить по-человечески. Поэтому так безрадостен финал жизни героев из «Обещания Карафуто» и других рассказов тоже.
Повесть «Ворары» завораживает африканской экзотикой. Это история про русского охотника на львов, который сам становится львом после смерти, — своеобразная трактовка закона кармы: станешь после смерти тем, кого убил, и не жди пощады от любимой когда-то женщины.
А вот рассказ «Тиромалка»: при чтении сочувствуешь девочке, единственной компаньонкой которой оказывается крыса Боянка — зверюга непростая, жутковатая. Однако она и защитит, и выслушает. Идеальная подружка? Ей можно доверить тайну. Хотите узнать, какую? Прочитайте этот рассказ.
Одна из центральных тем сборника: мир наполнен разным, но в чём причина? Не злые люди нам портят жизнь. Зла, конечно, немало, но причина иногда в другом. Добрые довольно часто не могут договориться друг с другом. Поэтому обижают девочку вроде бы незлые ребята в рассказе «Тиромалка», а японские студенты не могут действовать сообща в рассказе «Обещание Карафуто». В «Улыбке льда» герой спасается, потому что «шёл не с гордым сердцем, а за-ради памяти, духа людей».
В то же время героев историй вроде и жалеть не за что, потому что большинство из них — разумные, взрослые, зрелые. Тогда почему творят дичь и через это получают воздаяние от Мироздания? Причины попробуйте отыскать сами. Я назову лишь одну. Разобщение помогает злу, вернее, разобщённые люди чаще становятся жертвами зла. Хорошо было бы, если б каждому из нас терпеть неприкрытое зло стало бы невыносимее смерти. Как идеалисту Акэти из «Обещания Карафуто». Хочется верить, что это возможно, ибо «всяких полно, живых мало».
Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы
