Твоёго сердца я ковбой #5

Твоёго сердца я ковбой #5

***

Любимый пригородный поезд
Опять привез меня в деревню.
Шагаю с Укова домой,
Где ждет меня давно покой.
Белеют крыши родных домов,
Лежит солома на дороге,
Не надо мне других тонов,
Чем любоваться своей деревней
На собственном ее пороге.
Здесь воздух чистый как в раю,
И тишина всех покоряет,
Живу я, правда, на краю,
Но ничего, домой ходить не утомляет.
Деревню нашу обвивает
Речушка маленькая Ук,
Она течет как червячок,
Ползет куда-то за добычей.
Морозец спрятал ее под панцирь,
Снежком укутал как паук.
Салазки с горки не слетают, 
Не слышно гомона ребят,
Они теперь лишь все бичуют,
Тем самым головы теряют,
И развлекают все девчат.
Не узнаю свою деревню,
Она совсем, совсем другая.
Я все равно свои стихи складу
В одну большую песню,
Ей посвящу: ее хваля, ее ругая.
Пока еще мы все живем и свежим
воздухом мы дышим,
Ныряем в поле за конем, 
И крик журавликов мы слышим.
Спи сладким сном моя деревня,
Я восхищаюся тобой,
Ты просто родина моя,
А я – бессмертный твой герой.

***

Мне запах елок
Прошибает нос, 
Вхожу в поселок,
А следом едет воз.

И слышится
Привычный лай собак,
Легко так дышится,
Опять вхожу в кабак.

Где я гулял
До самого утра,
Жизнь бобыля
Я на жену менял,
И говорил всем,
Что пить бросать пора.

А завтра снова шел я в тот кабак,
Хотя жена ждала родная дома;
Курил махорку и табак,
И легкая брала истома.
Я там встречал
Знакомых мне друзей,
И с ними говорил о многом,
Но все же я скучал
Как соловей
Без песни с сильным слогом.
Мне почему-то не хотелось спать,
Когда домой я ночью возвратился,
Жена меня давно устала ждать:
– Но почему же ты опять напился?
Я ей сказал:
– Прости меня, родная,
Быть может много на себя я взял,
Ты ж у меня красивая такая... 

***

Я бы не был поэтом,
Если б это не видел,
Я бы не был и парнем,
Если б это не понял.

Идут они по улицам
Красивые и модные,
Нарядные-приятные,
А главное – веселые.

За это может быть 
И полюбил их я.

Омск-Свердловск
Тихо тронулся он с места,
Все подпрыгнули на месте,
Обнялись с подругой вместе.

Поезд ночи все режет рельсы,
За окном – в ночи столбы
И встречаются мосты.

Проплывает лес весенний,
Вид домов обыкновенный, 
И темнеет очень быстро,
И звезда пылает ярко,
Все проходит
И все бесследно.

Девушка

Такой симпатичной не видел, 
Такой молодой не встречал,
Красивой такой не любил.
Ну как она модно одета,
И волосы лихо завиты.

Лицо ее как у Эдиты,
А губы как у Афродиты,
Да она же – богиня!

А для меня она теперь святыня.
Любить ее хочу я так,
Как не любил еще никак.

Быть может это есть порок,
Возможно даже это взрыв,
Я знаю – это все пройдет,
Наступит час, она уйдет,
Пройдет вторая,
Я – другой.

Жанка

(Посвящается Игорю Емельянову,
а, вернее, написано для него)

– В Тарманах не выходите, гражданка?
– Не выхожу, – ответила она.
– Меня там ждет родная Жанка,
Вчера я квасил за нее до дна...

Вот позади наполненный автобус,
Иду по скользкому, до ужаса, асфальту,
Помню в школе я крутил какой-то старый глобус,
Мечтал о путешествии на Мальту,

Не понимая, в сущности, момента,
Что рядом девушка, сидящая со мной,
Наверно не дождется комплимента.
Ее кумиром станет Виктор Цой...

Да, в детстве я к женщинам был
очень равнодушен,
Меня влекли совсем иные дали.
И как итог: теперь я никому не нужен,
Проходят мимо нади, светы, гали.

Одна лишь Жанночка меня 
И ждет, и любит,
Я к ней спешу с огромной сумкой
Деликатесов,
Полсвета, факт, искуролесив.

Шиводаев Санька

Шиводаев Санька
Полюбил безумно,
Иванову Маньку.
Ходит с ней в кино.

Он поет ей песни
Про свои мечты, 
Радуется жизни,
Травит анекдоты.

Манька вся в восторге
Сашеньку целует,
Она служит в торге 
И не просыхает.