Проза

Слабость. Пить. Не могу.

Справа Настя. Сидит.

Так и спит. Устала.

Пить!

Голову не повернуть. Не могу.

Шкаф, штора, окно...

Это что? - не вижу...

А-а, Корея. Сорок пятый год.

Вижу - склад. Корейцы. Много. Как саранча.

Растаскивают рис, галдят.

Стреляю в воздух. Забздели: бегут, прячутся...

Эта остается. Показывает на рис, вякает, деньги сует.

Дерьмо японское - фантики.

Показываю бутылку, щелкаю по горлу.

Улыбается - сообразила.

Убегает, прибегает с водкой. Даю риса.

Приносит какую-то херню: коробочки, веера...

Даю риса.

Потом саблю японскую - дрова ею рубим...

Кимоно с драконами - ношу поверх гимнастерки, ребята ржут...

Потом бубенчики, чашечки - за все даю риса.

Зову "Курносая". Выучила.

Еще "*б твою мать" выучила.

Так и говорит. Заходит и с порога говорит: "Курносая,

*б твою мать!", и смеется...

Долго не приходит.

Потом приходит, приносит картинку с птичкой.

Хочет риса. Даю риса.

Тычет в картинку, вякает - мало!

Смеюсь. Брови домиком, плачет, в картинку тычет.

Говорю, что за птичку вообще не дам. Поняла.

Берет за руку, тянет в склад и дает на мешках.

Писька как у птички. Кричит.

Три раза кончил. Смотрю - конец в крови.

Даю много риса.

Прижимает к себе мешок. Уходит.

Идет.

Ноги переставляет - и идет.

Несет. Переставляет - и идет.

Падает.

Встает и идет.

Уходит.

Не вижу. За шкафом...

Штора. Окно.

Идет. Ближе. Еще ближе.

Идет. Вижу...

КУРНОСАЯ, *Б ТВОЮ МАТЬ!