Смешанные чувства (часть 3)

Начало

______

Сонная Валентина в ночной рубашке, треснувшей по шву в области
декольте, стоит на веранде и ошалело смотрит на сестру. Ее рука
так и застыла на выключателе. Таня, с разбитым лицом, потрепанной
прической и рваном платье стоит перед Валентиной и истерически
хохочет.

- Что? – спрашивает Валентина.

- Лехина.

- Ленка?!

- А я знаю как эту суку звать? С подружкой.

- Вот сука! – только и говорит Валентина и продолжает рассматривать
стонущую от эмоций Таню.

- Самогонки налей, не могу…

- А, щас, щас… – Валентина суетится, достает бутылку, на дне которой
немного самогона, стопки, наливает. – Умойся, что ли. На тебя
смотреть страшно.

Таня подходит к умывальнику, видит себя в зеркале и у нее начинается
новый приступ смеха.

- Видел бы меня сейчас… А что? Справедливо, да, Валь?

- Выпей, господи…

Валя протягивает ей рюмку. Выпивают.

_____

Оживленные сестры сидят за столиком на веранде. На Танином лице
несколько мест заклеено пластырем. На ней все то же порванное
платье. Валентина с интересом копошится в принесенном Таней пакете
с продуктами. Достает какие-то сверточки, шуршит кулечками.

– Пирог будешь?

- Давай, давай… Меня на жрачку пробило, не могу…

- Так тебя бить каждый день надо, чтоб ты нормально ела?

Таня прыскает со смеху.

- Как малолетку, ну, надо же?! А знаешь, у меня будто камень с
плеч…

- Да, тебя папка никогда не бил, жалел. А меня – чуть что, по шее.

- Представляешь, я их забила, серьезно!

- Что ты Костику скажешь про свою рожу скажешь, когда он приедет?

Таня возбужденно смеется.

- Так и скажу.

- Вот дура.

Валентина заражается Таниным весельем. Беспричинно

смеются обе.

- О, господи, там же Ритка больная. Хоть бы не разбудить, – спохватывается
Таня.

- Ага, щас!

- Что?

- Слиняла. Я зашла к ней лобик потрогать, а в ответ тишина. Уехала
со своим Артуром, что его разорвало.

- Как же… Я же сама градусник смотрела?

- Ой, Таня, не знаю, что с ней делать. Не справляюсь.

- Хочешь, я ее к себе возьму? Устрою на работу… Поживет в столице.

- Ага, а я тут одна останусь?

- Ну, понятно… Ни туда, ни сюда… А что, выпить больше нечего?

- Так Валерик вчера все высосал, перед тем как вешаться.

- Ой, а что же мы делать будем? – искренне расстраивается Таня.

Дверь в веранду открывается. Шаркающей походкой заходит Катя.
В руках у нее початая бутылка кагора.

- Нате… Мне крепкого нельзя…

- Мамочка! Спасительница! – Таня растроганно берет у Кати бутылку.
– Мы тебя разбудили?

- Я все равно не сплю… Таничка, что у тебя с лицом?

- Кошка поцарапала. У Хоменок кошка бешеная…

Валентина прыскает со смеху.

- Ну, гуляйте… Только не кричите, Рыточку разбудите. – Катя грустно
улыбается, потоптавшись, уходит обратно. –

Валентина вдруг прислушивается к тишине.

- Едет.

- Кто? – Таня прислушивается, но ничего не слышит.

Валентина быстро выключает свет на веранде. Разливает кагор.

- А мы спим… – заговорщески шепчет Валентина.

Действительно, не доезжая до двора, подъезжает грузовик. Лают
собаки. Некоторое время машина стоит с выключенными фарами. Таня
и Валя, затаившись, пьют кагор, смотрят в окно и видят, как Рита
выпрыгивает из машины, тихо хлопнув дверью. Крадучись, входит
во двор, уговаривая собак не шуметь.

Собаки затихают. Рита на цыпочках поднимается по ступенькам. Беззвучно
открывает дверь на веранду. Делает несколько шагов и…

– Гав! – отчетливо произносит Таня.

Включается свет, Рита вскрикивает от испуга. Валентина со строгим
видом стоит возле выключателя.

Таня катится со смеху, глядя на перепуганную Риту.

– Еб твою мать… – выдыхает Рита осипшим голосом.

- Вот задушу тебя собственными руками. – обещает Валентина.

- Мама, у меня температура спала… – оправдывается Рита. – Танюха,
ты живая?

- А чего ты спрашиваешь? – смеется Таня.

Рита подходит к Тане и с ужасом рассматривает ее лицо, особенно
порванное платье…

- Вот суки!.. – говорит Рита.

- Как тебе не стыдно?! – дудит Валентина в свою дуду. – Я ночи
не сплю, тебя выглядываю.

- Твою старую тетку побили из ревности, – смеется Таня. – Красота?
Да мне не больно, мне Валя анастезию сделала.

- Танька… Я в шоке… Ты прости… Я как узнала… Артур ей голову оторвет,
он сказал.

- Ничего. За дело.

- А ты тут при чем?

- Да было за что. После свадьбы в лесу.

- С кем?

- С Лехой, с кем…

- При чем тут, Танька? Это ж Любка… Жена Артура. С Веркой Колькиной.

- Меня?

- Перепутали, блядь.

- То есть?

- Ну, ты ж в моем платье… От Хоменок шла… А я типа с температурой…
Она ж не в курсе.

- Это мое платье… – потерянно говорит Таня.

- Ну, да. Но она ж не в курсе.

– Анигдот… – резюмирует Валентина после паузы.

На Таню жалко смотреть. Она закрывает лицо руками. Как будто смеется.
Валентина пытается смеяться вместе с ней.

- Да нет, это Лехина жена была. – цепляется Таня.

- Мне Артур сказал… Ему малой Сережка сказал, что мама поехала
Ритку пиздить. Он сразу ко мне, забрал. Но я же не думала, что
они тебя…

- Какой бред… – Таня начинает тихо плакать. Все громче и громче.

– Так ты что, не видела, что они молодые девки? – сочувственно
спрашивает Валентина.

– А я что, все время помню сколько мне лет? – рыдает Таня.

Рита и Валентина испуганно переглядываются.

- Он ей голову оторвет, увидишь. А нет – так я сама… – обещает
Рита.

- Шлендра, блядина ты, Ритка… – рыдает Таня.

- Обидно, я понимаю… – виновато утешает Рита.

- Ну, чего ты? Чего ты? Костик приедет, все забудется… – Валентина
подходит к Тане, неловко обнимает ее, но Таня с силой отталкивает
ее руку. Рыдает горько и безнадежно.

- Да не приедет он! Не приедет! – кричит отчаянно сквозь рыдания…

Рита кашляет. Таня плачет. Валентина чистит зубы у умывальника.
Кричат первые петухи. Пускается дождь.

____

14 августа. Медовый Спас.

Базарный день на сельской площади. Торгуют продуктами, одеждой,
бытовой химией, комбикормами. Несмотря на дождь – торговля оживленная.
Люди в клеенчатых дождевиках или с зонтами месят грязь. У многих
свой транспорт под мышкой – велосипед. Его беспощадно перегружают
покупками. Многие люди с нарядными корзинками, в которых букетики
из трав и маковых головок.

- Две пачки дуру’. И туалетной бумаги. Обуховской. Четыре давай.

- Дющес и рачки’, пол кило. И пряники по чем?

- С вас восемь сорок. И за прошлую среду четыре…

- Почем ваш мед?

- Ведро малясы.

- Вам «версачу» или «валентину»? – спрашивает молодая продавщица
с ярким макияжем.

- Валентино давай, – Таня показывает на розовую майку с надписью
«Валентино» по-английски, – и вот эту… – показывает на джинсовую
юбку.

– Дольчу Габану?

- Ага, давай.

- У меня тоже такая – хвалит товар продавщица. – Так я из нее
не вылажу, такая прелесть.

- Можно я у вас переоденусь?

- Залазь. – приглашает продавщица в палатку.

____

Таня в распахнутом дождевике и в новом прикиде и Валентина идут
по улице. Валентина тянет велосипед с продуктами по грязи.

- Ну, чего ты поедешь? Сегодня такой праздник. Я маку натолчу…
Коржей напеку… В церковь сходим… Святое дело…

- Нет, Валя, я поеду. Мне на работу пора.

- Ты ж отпросилась. Здрасьте. С праздничком. – кивает каким-то
прохожим.

Подходят к церкви.

– Пойдем, зайдем. Посвятим мед. – снимает с велосипеда корзинку
с букетом трав и маковых головок и банкой с медом.

- Я на автобус опоздаю.

- Ну, привет?! Еще полчаса.

Валентина ставит велосипед около старухи, которая просит милостыню
и одновременно сторожит велосипеды.

Валентина дает ей гривну.

– Смотрите, тетя Соня… А то там всё…

Старуха жестом просит не волноваться.

Тут же неподалеку стоит милицейский бобик. В нем скучает два милиционера.

_____

Таня и Валентина подошли к церкви: административному старому зданию,
недавно переделанному в церковь. Раньше там были поочередно школа,
амбулатория, гостиница…

Им перерезает путь женщина с несчастным пытливым лицом.

- Здраствуй, Таня, с праздничком – говорит она значительно, с
уважением, но как старая знакомая.

- Здрасьте, и вас… – здоровается Таня и не узнает.

- Так ты надолго приехала?

- Сегодня уезжаю.

- Ой, как хорошо, что я тебя встретила. Слышь, Тань, на два слова…

Отводит растерянную Таню немного в сторону.

- Представь, у меня младший компьютер закомандовал. У нас этот…
монитор мы купили у сестры… А нету к нему главного…

- Процессора…

- Так ты не знаешь, сколько он стоит?

- Ну, по-разному. Полторы тысячи гривен где-то новый…

- Боже… А нам бы и старый подошел.

- Старый можно дешево.

- А ты не знаешь где?… У тебя же знакомых много…

- Ну, я могу, конечно, поспрашивать…

- Татьяна, выручи… Ну, к кому мне еще обратиться? Малой так просит…
Давай я тебе денег сейчас дам…

- Нет-нет, не надо, потом…

- Можно же и поездом передать, мы встретим… А я с тобой рассчитаюсь…
У меня, знаешь, какие индокуры растут? Осенью забью парочку и
передам тебе… И кроли у нас есть. Любишь кролятину?

- Да не надо…

- Так ты позвонишь? У тебя ж есть наш телефон?

- Нету…

- Есть-есть… Я тебя прошу, Таня, малой так просит компьютер… А
мы ж тут все темные, не разбираемся… Кого ж еще попросить, как
не тебя…

Валентина странным взглядом следит за их диалогом.

- Лен, у нее автобус, а мы еще в церковь хотели… – торопит их
Валентина.

– Ну, спасибо, Таня, извиняюсь, что так… – женщина, страдальчески,
но дружески улыбнувшись Тане, уходит в церковь.

Таня недоуменно пожимает плечами.

- Валь, господи, кто это такая? Первый раз вижу.

- Это ж жена Лехина. Ленка. Ты что, не знала?

- Первый раз вижу… – отвечает Таня после паузы. – Пойдем на автобус.

______

Валя и Таня заходят в церковь. Там полно людей. Молодой батюшка
служит молебен. Поет хор. Среди хористок – Вера, жена Артура Люба,
бывшая невеста Надя, Рита, которая только открывает рот, так как
все еще охрипшая после болезни. Стоят рядышком, поют с одухотворенными
лицами.

Валерик в чистой рубашке, благостный, молится со слезами на глазах.
Жена Лехи, соседка Ольга, мужичок-рыбак, мальчик с кладбища, все
односельчане, которых встречала Таня… У всех у них внимательные
и даже одухотворенные лица.

Тане душно, она покрывается испариной, бледнеет, беспомощно озирается
по сторонам…

– Валя, мне плохо… Выведи меня отсюда…

Валентина испуганно подхватывает Таню, выводит ее из церкви. Их
провожают неодобрительными взглядами. Жена Лехи наклоняется к
своей соседке и шепчет:

- Она моего Алексея…

Договаривает уже на ухо. Соседка осуждающе охает, хмурит брови.

_____

Таня полулежит на скамейке перед церковью, как сквозь сон, слышит
голоса рядом с собой.

– Тетя, а где ты работаешь?

- Отстань, Юрка… – отвечает голос Валентины.

Валентина брызгает на Таню лимонадом. Таня вздрагивает, понемногу
приходит в себя. Над ней стоит парень с кладбища и с интересом
на нее смотрит.

- Тетя, а где ты работаешь?

- На телевидении, – с трудом отвечает Таня.

- Телевизоры справляешь, да?

- Юрка, иди домой, – просит Валентина.

- А тут один дядька тоже телевизоры справляет…

- Валя, мы на автобус не опоздали? – спрашивает Таня слабым голосом.

- Ну, как ты поедешь?! – возмущается Валя.

_____

Таня едет в битком набитом автобусе. Какая-то женщина собирается
выходить, Таня яростно, локтями, выбивает себе ее место в борьбе
с другой, старшей ее пассажиркой. Падает на место. Сидит в больших
темных очках, сцепив зубы, смотрит в окно. За окном – серо.

_____

Чистый, красивый вокзал в районном центре с памятником Гоголю
со стороны перрона. Цветочные клумбы. Вышло солнышко и Таня греется
после сырого дождливого утра, пьет кофе из пластикового стаканчика.
Звонит по мобильному.

- Дашка, доченька!… Это я… Котик мой серенький, как ты там? –
звонким, истосковавшимся голосом спрашивает Таня.

____

Даша сидит в сверкающей больничной палате спортивного центра.
С тоской смотрит из окна на море и пляж.

Парень, похожий на Диму Билана, активно отдыхает на пляже с симпатичными
спортсменками.

У Даши на коленке эластичный бинт. Рядом стоит палочка. По телевизору
показывают «Дом –2».

- У меня все хорошо, мамуся!.. Тренировки… Жесткач… Как всегда.
А у тебя как?

- У меня все хорошо. Еду домой. У тебя точно все хорошо?

- Да, мама, да… Папа звонил.

- Да? – испуганно с надеждой спрашивает Таня.

- Он тоже едет домой. Я ему передала, как ты просила.

- А он что? – после небольшой паузы спрашивает Таня.

- Не знаю. Он не сказал. Он какой-то зашифрованный. Вы не поругались?

- Не придумывай… Так ты что ему сказала?

В палату заходит медсестра с подносом. На подносе вкусный обед.
Она ставит поднос на стол рядом с фотографией Тани и Кости, и,
приветливо улыбнувшись Даше, выходит.

- Ну, как ты просила. Что бабушка при смерти, а ты в Борщах. А
как бабушка?

- Уже лучше…

____

Приближается экспресс.

- Мой поезд пришел. Я перезвоню тебе, киса. Целую.

Таня отключается.

Подходит новенький чистый экспресс. Приветливо открывает свои
двери. Нарядные проводницы проверяют билеты у немногочисленных
пассажиров.

Таня в смятении смотрит на поезд. Делает несколько шагов по направлению
к своему вагону. Потом останавливается.

Постояв две минуты, приветливый экспресс отходит. Таня с завистью
смотрит на довольных, озабоченных размещением багажа, пассажиров
за окнами вагонов.

Поезд ушел. На перроне никого не осталось, кроме памятника Гоголю
и Тани.

_____

Таня заходит в автобус. Интересный мужчина уступает ей место.
Таня, улыбнувшись, садится. Мужчина то и дело бросает на нее заинтересованные
взгляды. У Тани поднимается настроение. Она смотрит в окно на
сочный однообразный украинский пейзаж. На желтые поля, разрезанные
зелеными полосками леса. После дождя на солнце блестят придорожные
травы.

На остановке в одном из сел выходит большинство пассажиров. Но
интересный мужчина остается.

В автобус заходит полная пожилая добродушная женщина. Собирается
сесть на переднее сиденье. Но взглядом сталкивается с заинтересованным
взглядом Тани. Они секунду смотрят друг на друга.

- Варвара Мусиевна… – Таня встает и идет к женщине.

- Танечка Горбатюк!

___

Таня и Варвара Мусиевна сидят рядышком, с нежностью смотрят друг
на друга.

- Худая… Как в школе была худая, так и осталась… Ну, это ничего,
были б кости, сало нарастет… Как живешь, Танечка? Я тебя часто
вспоминаю… Ты так училась хорошо… Такие сочинения писала про Ленина
и про природу…

- Все нормально у меня… Дочке 13 лет… Работа хорошая.

- Не замужем?

- Замужем… Но…

- Не переживай, Танечка, все будет хорошо, вот увидишь. Было бы
здоровье, мужик прилипнет. Я вот три раза чуть не умерла. Инсульт
был. Потом инфаркт. Потом шейку бедра сломала, лежала пол года.
Сейчас каждому дню радуюсь и Богу молюсь. А ты такая молодая и
красивая. У тебя все впереди. Вон сзади Толик едет. Помнишь его?

- Нет.

- Ну, он младше был… Тоже разведенный. Каждое лето тут. И все
один. Такой хороший парень… Специалист по телевизорам. Я ему тоже
говорю: все хорошо будет… Дома вообще хорошо. Дома и стены лечат.
Ты правильно сделала, что домой приехала…

- Здравствуйте, Варвара Мусиевна. – Толик проходит к выходу, бросает
взгляд на Таню.

- А что, уже наша, Толик?

Варвара Мусиевна суетится, встает, автобус тормозит, Толик подхватывает
свою и ее сумку, другой рукой держась за низкий поручень. Таня
обращает внимание на его длинный ноготь на правом мизинце. Улыбка
сходит с ее лица, сменившись брезгливым выражением.

– Танечка, ты заходи ко мне, если время будет. Ко мне Толик часто
заходит. У меня наливочка. Выпиваем. Школу вспоминаем.

Толик тонко улыбается Тане.

- Зайду, Варвара Мусиевна…

Толик и Варвара Мусиевна выходят. Толик один раз оглядывается
на отъезжающий автобус.

Таня остается одна в автобусе. Чему-то улыбается. Внезапно автобус
останавливается. Глохнет мотор.

- Все, поломались, – сообщает водитель. – Будешь ждать?

- Да нет, я пойду.

Таня идет по обочине, срывает цветы. Дорогу переходят гуси. Гусак
шипит на Таню.

Таня проходит мимо церкви. Около нее пусто. Но дверь открыта.
Таня, после некоторых колебаний, заходит в пустую светлую комнату,
выбеленную, увешанную иконами. Иконы украшены вышитыми рушниками.
Утреннего чада как не бывало. Горит несколько свечек. Выходит
батюшка. У него мирный, домашний вид. Он доброжелательно, немного
удивленно смотрит на Таню с букетом.

- Здрасьте, – смущается Таня

- Здравствуй. Посвятить пришла? Долго спишь, матушка…

Берет ведро с водой, достает оттуда веник и щедро поливает Таню.
Она вздрагивает, смеется. Батюшка тоже улыбается.

____

Легкой походкой Таня подходит к дому, заходит во двор, красивый,
зеленый, как венок. Собаки с радостным лаем бросаются к ней навстречу.

- Что случилось? – испуганно выходит Валентина из веранды.

- На поезд опоздала.

Таня заходит на веранду. За накрытым праздничным столом сидит
Катя, Валерик, Рита и какая-то незнакомая симпатичная женщина.

Катя, увидев Таню, радостно плачет. Таня целует мать, Риту, Валентину,
Валерика.

- А я говорила, сегодня не поедешь! – радуется Валентина

- Нечего было и деньги на автобус тратить. – осуждающе говорит
Валерик.

Валерик как-то напряжен. Сидит в несколько вызывающей позе на
краю стола, правым локтем отгородившись от всех и положив ногу
на ногу. На столе, кроме вина, самогонки и закуски, лежат свежие
коржи. В большой глиняной миске толченый мак, разведенный водой
с накрошенными туда коржами. Едят шулики из общей миски.

- Ну, и хорошо, ну и хорошо, – Валентина ставит еще одну тарелку,
рюмку, усаживает сестры. – Знакомься, это Галя. А это наша сестра
Танюшка.

- Очень приятно, – отвечает Галя. Видно, что она старается всем
понравится.

- Классная юбка, – шепчет Рита Тане, алчно разглядывает «Дольчу
Габану».

– Ну, с праздником мы уже пили, теперь за знакомство, что ли?
– вызывающе тостует Валерик.

Галя с надеждой улыбается.

____

Располагающая атмосфера застолья. Разморило от жары, еды, разговоров,
ну и алкоголя, конечно. Галя порозовела, рассказывает:

– У меня две коровы… Пятьдесят соток огорода. Все сама… Все в
руках горит… Дом хороший, дети приезжают, помогают… Пенсия тысяча
двести. Не с кем вечером телевизор посмотреть… А если выпивает
– то не страшно. У меня и муж выпивал, я привыкла. Положить тебе,
Валерик, еще капусты? – осваивается Галя.

- Мне с морщинами не нужна, – заявляет Валерик решительно и отодвигает
тарелку.

- Ну, правильно, зачем тебе с морщинами? Ты у нас красаве’ц, молодой
и гладкий… – язвит Валентина.

- У меня за два последних года лицо морщинами пошло, – оправдывается
Галя. – Как муж ушел, так я и сморщилась…

- Да кого ты слушаешь? Ты как девочка! У него как не толстая,
так худая, а тут морщины придумал, тьфу!

- Валерик, давно на себя в зеркало смотрел? – спрашивает Таня.

- Мне с морщинами не нужна. – стукнув кулаком по столу, Валерик
выходит из веранды на улицу.

Галя встает и начинает собираться. Вот-вот заплачет. Таня и Валентина
смущенно переглядываются. От неловкости Галя опрокидывает на Танину
новую юбку тарелку с селедкой. Ужасается своему поступку.

- Ой, ничего страшного, – пытается успокоить Таня Галю, – Все
отстирается… Я все равно не собиралась носить…

Катя встает из-за стола и уходит в комнату.

- Господи, прости меня, Таня! – раскаянию Гали нет предела.

- Солью, солью посыпь… – солит юбку Валентина. – Сегодня только
купили обновки. – объясняет Гале.

- Какая же я калека! А чтоб у меня руки поотсыхали! – жалобно
причитает Галя.

- Отстань, она и так соленая… – отбивается Таня от Валентины.

- Танюха, я застираю, а ты дашь надеть? – радуется Рита.

- Так, все, – Таня решительно усаживает Галю и Валентину, наливает
в рюмки. – Выпьем еще. День такой хороший.

– Давай я деньги отдам… – предлагает Галя.

Валентина вопросительно смотрит на Таню.

– Да вы что?! Поговорить больше не о чем? – возмущается Таня.

Выходит Катя, в руке у нее новый ситцевый халатик.

- На, Таничка, на меня он длинный…

- Мамочка, спасительница, спасибо! – растроганно говорит Таня
и берет халат. Катя счастливо улыбается, садится за стол. – Вот
видите, вопрос с гардеробом решенный. Давай выпьем за Галю.

– За тебя, Галя, – поддерживает Валентина, выпивают, закусывают.

– Такая хорошая женщина, – оправдывает Галю Валентина. – Приехала
аж из Декабристов. Мне всегда в Декабристах нравилось. Большое
такое село.

- Тридцать лет прожила со своим Мишей, – вздыхает Галя. – Выпивал
иногда, загуливал… Но хозяин был хороший. И добрый был. Внуки
уехали после каникулов, а мы сели на веранде… Веранда у нас тоже…
Тихо так… Август тоже… Только жить начинать… А он мне говорит:
прости, но я другую полюбил.

- О-ой! – возмущается Валентина, с неподдельным сочувствием смотрит
на Галю.

- Вот гад, – поддакивает Рита.

- А я его не пустила. Сказала – повешусь, если пойдешь к соседке.
Год его не пускала. А потом не выдержала. Иди – говорю. Он пожил
у нее, а к ней ее бывший стал наведываться… Я говорю – назад не
приму, а сама все ждала, когда он назад… А он повесился у нее
в сарае. У нее! – с обидой подчеркивает Галя, – Но я сама похоронила,
на свои, от нее ни копейки не взяла. Не надо, говорю, мне твои
деньги. Подавись. Все сама.

Валерик сидит на пороге, зло курит, зло сплевывает.

- Простила его? – спрашивает после паузы Таня.

- Что?

- Простила его?

- Ой, Таня… Хожу к нему на кладбище и все высказываю, высказываю…
Два года выговориться не могу… Жизнь одна. Разве простишь так
сразу?

Женщины задумываются, каждая о своем.

- А я рассказывала, как мне дед мандавошек принес? – неожиданно
спрашивает Катя.

- Мама, рассказывала, – категорически останавливают ее Валя и
Таня.

Катя прокашливается и готовится к обстоятельному рассказу.

- Так я сразу и не поняла, что это такое… Проснулась, а оно чешется…
Расчесала до крови везде… Испугалась, боже не приведи. А свекруха
мне рассказала, кто и в чем принес… Давай, говорит свекруха, разведемся
с ним и выгоним его… Это про родного сына… А я говорю – стыдно
разводиться. И детей жалко. Поехала я в другое село за деда деньги
получать. А там спрашивают молодые девки, кто я такая. Я говорю
– жена Федина. А они посмотрели так друг на друга и спрашивают:
так разве ж он женатый?.. Ведь он же не женатый… Так гуляло, так
гуляло, падло… – У Кати начинают дрожать губы от обиды.

– Не пойду я за вашего брата… Грубый он… – у Гали появляются слезы
на глазах.

- Та не очень он и грубый. Просто стесняется… А так и хозяйственный,
и на гармошке играет. Корову, знаешь, как любит? Валерик, – кричит
Валентина. – Сдою корову – пойдешь молоко сдавать.

- Молоко сдавать больше не пойду. Сама теперь ходи, ветеринарша
лейкозная. – доносится с порога решительный голос Валерика.

- Иди хоть на посошок выпьем, – уговаривает Валентина.

- И на посошок с вами пить не буду. И не женюсь. Я лучше еще поживу.

- Ты хоть Галю на автобус проводи, колобок – укоряет его Таня.

- На автобус – провожу, – неожиданно соглашается Валерик.

Заходит на веранду, не глядя, берет ее сумку.

- Та она не тяжелая. – кокетливо улыбается Галя. С надеждой смотрит
на Валерика.

_____

Таня на кладбище, в ситцевом Катином халатике, сидит за столиком
перед ноутбуком в интернете.

Набирает в поисковой системе словосочетание «лейкозные коровы».
Выпадают разные ссылки. Таня недолго читает их. Скучает. Смотрит
вниз с горы на село. Рядом с креста смотрит вниз с фотографии
ее папа.

Видит, как едет грузовик. Останавливается возле кучки ждущих людей.

____

Народ сдает молоко возле подъехавшего грузовика. Авторитетная
женщина с огромной задницей принимает его, разливает в емкости,
тут же на месте рассчитывается с людьми.

Подходит Валентина с бидоном.

- Здрасьте…

Народ молча расступается, дает пройти. Авторитетная женщина игнорирует
ее бидон.

- У тебя больше не принимаем.

- Не имеешь права.

- Имею.

- Ты вон у него не имеешь права принимать. И у нее. Им комиссия
запретила. – показывает Валентина на кого-то в толпе. – У них
молоко заразное, а у моей коровы хорошие анализы.

Встает заплаканная соседка Ольга со скамейки и «выдает номер».

- Посмотрите, раскомандывалась тут ветеринарша! Да чтобы сдохла
твоя корова, как ты мою убила! Да чтоб ты сгорела со своими письмами!
Какие же люди бессовестные бывают! Пишут жалобы на своих соседей!
Оставила мою семью голодать! А мою кормилицу на мясо сдали! Сучка
ты проклятая! Где мне взять три тысячи, чтобы новую корову купить,
если мою Квиточку за 700 гривен на мясокомбинате забили?!..

Авторитетная женщина принимает заразное молоко от мужчины, на
которого указала Валентина. Валентина, молча постояв-посмотрев-послушав,
уходит с полным бидоном.

Навстречу ей проходит мужичок-рыбак с бидоном.

- Здравствуй, Валечка. Как жизнь молодая?

Валентина ничего не отвечает. С мрачным, решительным видом идет
по направлению к дому.

(Окончание следует)

Последние публикации: 

X
Загрузка