Библиотечка Эгоиста (под редакцией Дмитрия Бавильского)

Небо было сурово-сиреневое. Пахло аэропортом. Чулковский сидел на
лавочке, читал еженедельник. Из людей больше никого не было.
Из зверей – грязно-белый облезлый кот. Кот сидел на ворохе
листьев: больной или побитый. На Чулковского не смотрел, а
смотрел куда-то внутрь себя, как художник или покойник.
Чулковский испугался. Спрятался в газету. В мозгу зашевелились
глупые фантастические мысленки: «А вдруг этот кот – злой дух?
Или просто бешеный? Царапнет – и сорок уколов». А уколы ему
Чулковскому, человеку со слабым сердцем, – смерть. Чулковский
осторожно повернул кисть – посмотреть который час, – десять
тридцать – светились цифры на табло. «Пора идти», – подумал
Чулковский, но встать не мог. Боялся пошевелиться. Принялся
читать давно известную статью, глупую и амбициозную:
«Проблема положительного героя в современной литературе».
Чулковский читал механически, бессмысленно шевеля губами. «Многие
литераторы, – писал автор статьи, – злоупотребляют
фантастическими элементами и эротическими моментами», – прочитал
Чулковский неожиданно вслух. Прочитал – опомнился, вскинул глаза –
кот смотрел прямо на него, осмысленно и строго. «Кис-кис», –
робко сказал Чулковский. «Дурак», – сказал кот просто,
будто прочитал в толковом словаре, и Чулковскому показалось, что
за этим последует пространное определение сказанного слова,
но кот встал на ноги, повернулся и заковылял в сторону
пруда. Правая задняя лапа висела плетью. Небо было
сурово-сиреневым.

1985