Бессмертные

Про бессмертных

Саша был, помню. Нам лет по двадцать, а Саше сорок. Работал он у дружественного предпринимателя – в магазине для алкоголиков. Ночью магазин закрывали, и покупать водку надо было через окошко, через металлическую решётку. Народ ночью буйный, мужичьё. Иногда мы ездили специально кого-нибудь отбуцкать. Слава был особенным любителем. Служил в дисбате после того, как засунул старослужащего в какую-то печку.

И вот Саша. Его с небольшим лотком стали выдвигать ближе к метро. Днём, конечно. А днём у метро свои буйные. Повадились отбирать у Саши шоколадки, пиво, орешки и прочую чепуху. Одни и те же. И что нас особенно возмутило – они его поколачивали. А он был инвалидом. По-моему, ДЦП. Ходил, фигурно прихрамывая, и с рукой что-то было. А в остальном нормально – говорил связно, жена была, дети. Добрейший человек. И вот они дали ему несколько тумаков.

Приехали мы, человек семь. Сели в засаду. Часа два просидели, думали сваливать уже, но видим – подходят. Не помню сколько, человека три или четыре. Двое здоровые, остальные нет. Идём аккуратно, чтобы не спугнуть, с битами, но они увидели, один побежал, второго срубили. Еще один воином оказался, ринулся прямо в битву, отважный. Успел кого-то хорошо зацепить пока его не срубили. Ну и оставшегося помяли тоже. А там такой прицеп стоял, и вот видим снизу – воин этот очнулся и идёт вдоль прицепа. С явным намерением напасть. Выскакивает, а нас трое осталось, остальные в погоне. Выскакивает из-за прицепа, и тут товарищ наш один бьёт его навстречу битой с размаху в голову. В последний момент он успел руки вскинуть. Было ужасно смешно – как в кино иногда показывают. Рухнул и какое-то время не вставал. Думали даже «скорую» вызвать, но он очнулся и даже сказал что-то членораздельное. Без злобы, кстати. Потом только я узнал, что пьяным можно из окна упасть и не разбиться.

У одного моего товарища есть на местности один такой: то с ножом в спине, то из окна выпадет, а один раз переходили Ленинградку, в Макдоналдс шли, и его машиной сбило очень большой. Подлетел в воздух, всё как надо. Выяснилось – пара ушибов. Они его зовут Дункан Маклауд. А ещё был случай, когда в ПТУ учился, повздорили на местности с мясником, а тот здоровый алкоголик, ну и мы пришли его пиздить в количестве человек пятнадцати, наверное. А он выходит один, руки за спиной. Там, мы догадались, ничего хорошего. И вот подходит один товарищ к нему вплотную, достаёт газовый пистолет и шмаляет ему прямо в нос сантиметров с десяти. И сразу ещё два раза. Тот глазами моргнул, потряс головой и говорит в том смысле, что как-то это всё не очень серьёзно. Тоже киборг оказался, да ещё с двумя огромными ножами. Не знали что и делать, пока один не догадался бросить ему в голову камнем.

Про куртку

Вот вспомнилось. Очень давно было, весной, мы на первом курсе были в ПТУ. И вот, одним прохладным вечером мы встретились с Серёгой Дёриным, моим другом. Около метро «Новогиреево». Там, через дорогу от «Кишлака», стояли автоматы с газированной водой. Постояли минут двадцать, выбили по стакану газировки и решили, что пора. Поехали в сторону центра, долго катались в метро – ничего подходящего. Нам нужен был одинокий человек в кожаной куртке.

Кожаная куртка, об этом надо сказать особенно, это для учащегося ПТУ была такая вещь, как сегодня «Мерседес» в 220-м кузове, или часы за те же деньги. «Мерседесов» тогда почти не было в московской природе, было несколько «Вольво»-740, примерно столько сейчас «Бентли». Даже года через два-три, когда мы с другим моим другом Лёхой облегчили в туалете гостиницы «Москва» одного фюрщика на тысячу рублей – целую пачку красных советских червонцев, мы сразу отправились в комиссионный напротив «Закарпатских узоров» покупать кожаные куртки. Там как раз была одна моего размера, красоты необыкновенной, стоила ровно 500 рублей, но я не купил. Купил будущей жене набор дурацкой (как она призналась мне через несколько лет) косметики «Pupo», остальное как-то потратил. Лёха тоже не купил, не помню почему. Через пару лет Лёху закрыли, за три года на Бутырке он подорвал здоровье, вышел году в 94-м, а в конце 96-го умер от рака крови в швейцарской клинике. Это лирическое отступление, чтобы было понятно почему мы с Серёгой искали в метро одинокого мужчину в кожаной куртке, не обязательно, кстати, пьяного.

И вот после двух, что ли, часов рутинного поиска, где-то на Курской Кольцевой, увидели какого-то типа в плохонькой куртке из кусочков, но искать надоело, так что мы двинули за ним. Напряжённое преследование. Двум молодым людям в спортивных костюмах трудно остаться незамеченными. На Филёвской линии, где поезда идут по поверхности, он вышел. На улице было темно. Он сразу нырнул на какую-то неосвещённую тропинку и растворился. Мы прочесали этот скверик – нету и всё, хотя, казалось, спрятаться негде. Повезло ему, а нам нет.

Серёга тем же летом, или следующим, разбился на мотоцикле насмерть, в районе Авиамоторной, на мосту. Очень весёлым он был человеком, в нём много было детской какой-то энергии, с которой он сам не всегда мог справиться. На уроке в училище, не в силах усидеть на месте, мог вскочить на парту и станцевать чечётку. В ботинках «прощай, молодость», войлочных, с молнией посередине. Это было очень весело. И вот я приехал летом, не помню откуда, наверное, с дачи, позвонил ему, а его мать или другая женщина сказала, что он погиб и завтра похороны. Помню я рыдал, здоровый уже детина с усами.

Серёга похоронен на Николо-Архангельском кладбище. И Лёха тоже. После тех первых похорон я не раз бывал там, но ни у Лёхи, ни у Серёги на могиле не был.

Последние публикации: 

X
Загрузка