Руническая Молдавия. Продолжение

Когда говорят о Молдавии, я вспоминаю слова Эмиля Мишеля
Чорана из его эссе о французском писателе (выходце из Румынии)
Бенжамене Фондане: «Рай для неврастеников, Молдавия —
это провинция, околдовывающая своей какой-то уже невыносимой безнадёжностью.
В тамошней столице я провёл в 1936 году две недели и, не будь
спиртного, погрузился в размывающую до костей хандру. Фондан охотно
цитировал Баковию, поэта молдавской тоски — тоски куда менее утончённой,
но и куда более разрушительной, чем так называемый “сплин”. Для
меня и теперь загадка, как это стольким людям удаётся там не покончить
с собой...»
. Проза Владимира Лорченкова — попытка преодолеть
эту самую неизбывную тоску.





Вымышленная история Молдавии в рунах, дневниках, анкетах и мифах



Глава четвертая

Разговаривая с Одином, я узнал, что поначалу бедолага надеялся
обнаружить остров Атлантиду, продвигаясь в сторону Северной Америки.
Естественно, он уже умер и не мог предпринять экспедицию лично.
Поэтому в результате ненавязчивого внушения в Винландию отправился
Эйрик Рыжеволосый. Был он, по свидетельствам очевидцев, вылитым
молдаванином — коштуном. Рыжеволосый, с бледной кожей, нескладной
фигурой, худощавый и сильный. Невысокого роста. Голова его косматостью
напоминала бизонью.

А потом, что же потом? — спрашивал я Одина,— что ты предпринял,
когда понял, что Северная Америка — не Атлантида? Отправлял Эйрика
в путешествия снова и снова? О, говорил он мне, мальчик, ты преувеличиваешь
возможности богов. К тому времени Скандинавия стала христианской,
и я уже не влиял на людей.

Старому мошеннику пришлось пойти на маленький трюк, богам вообще-то
запрещенный. Он дал викингам Эйрика бессмертие. Те до сих пор
бороздят моря в поисках Атлантиды. А как же телескопы и вид из
космоса — жалею я Одина. Глупости,— с улыбкой отвечает он,— все
это — ваши новые фетиши. И нашли они для тебя Атлантиду? — спрашиваю
я.

Атлантиду пока не нашли, но встретили две экспедиции. В 1497 году
познакомились с итальянцем по имени Джон Кабот. Тот искал новый
морской путь к Азии для своего покровителя, английского короля
Генриха VII.

В 1524 году — флорентийца по имени Джованни да Веррацано. Его
послал на разведку король Франции Франциск I.

Разумеется, обе экспедиции викингам пришлось уничтожить во избежание
слухов и сплетен. Когда же Атлантида будет найдена, о повелитель
рун Один, и не хочешь ли ты вернуться в свой родной край — Молдавию?

Атлантида найдется при тех же обстоятельствах, при которых погибла,—
ответил мне через руны Один.

Потоп. Землетрясение. Солнце повернет вспять. Ну, если не хватит
денег, то хотя бы — собьется с пути.


Глава пятая

Седьмого февраля 2001 года, когда Солнце сбилось с пути и небеса
упали на землю, а Индия подверглась ужасному наводнению, я открыл
окно, чтобы увидеть красивое, стройное судно с крутой линией борта.
Построенный целиком из дуба дракар — морской конь норманнов —
плыл по моей улице. Судно скользило над асфальтом, и на палубе
его я увидел Грима Камбана — Покорителя Фарер, Ингольфа Анарсона,
побратима его Эрика Лейфа, Эйрика Торванльдсона Рыжего, открывшего
Исландию.

Оперевшись на тринадцатиметровой высоты мачту, Эйрик Рыжий глядел
на макушки кишиневских тополей и думал, наверное, о том, как бы
поскорее добраться до Зеленой страны Винландии. Шестнадцать пар
весел дракара со всплеском толкали судно вперед.

Чтобы рассмотреть их получше, мне пришлось снять с подоконника
кастрюлю с супом — на улице холодало, и так можно было сэкономить
электричество — быстро поставить ее на стол и высунуться в окно
едва не по пояс.

— Куда мы плывем? — спросил Камбан предводителя.— Мне не нравится
это место.

Дракар накренился на повороте улицы Димо, и мачта задела верхушку
тополя. Мужчины подняли глаза.

— Веришь ли ты мне, Камбан? — спросил Рыжеволосый Эйрик, и всем,
даже мне, стало ясно — предводителю все равно, верит ли ему Грим
Камбан. Но тому было не все равно, и он ответил:

— Да, верю.

— Тогда послушай то, что рассказал мне старый кормчий. Помните
ли вы его? Тот самый старик, что открыл мне знание о далекой стране
Винланд, где мы встретили людей с красной кожей. Но Винланд —
еще не все. Есть далеко на севере отсюда страна, и старик называл
ее Атлантидой. Она — остров посреди океана. На ней много гор и
скал, вздымающихся ввысь из воды. Земля эта окружена со всех сторон
островами и богата рудами. Кормчий говорил, что Атлантида лежит
за Геркулесовыми столбами, далеко в океане. И вот мы плывем туда.

— Но Эйрик, мы плывем давно и видим сейчас страну совсем не такую.
Мы плывем по земле, окруженной со всех сторон сушей. Страна эта
небольшая, и в ней нет гор. Она невелика, и я в хорошую погоду
вижу другую ее границу. К тому же местные говорят, что испокон
веков в этой стране не было руд, и называется она совсем не так,
как ты говорил нам. Эту землю называют Молдавией. Плыть тяжело
— здесь нам нужен лоцман. И потом, можно ли верить бредням старого
спившегося мошенника?!

Корабль остановился напротив моего дома, и сколько бы не старались
гребцы, не сдвигался ни на метр.

— Ты туп,— глядя в облака, возразил Камбану Эйрик и повторил,—
да, туп. Атлантиду мы увидим позже. Но и эту землю мы не могли
миновать. Нас позвали сюда руны, и мы не уйдем, пока они не разрешат
нам уйти.

— Разрешат ли они нам уйти? — спросил Эйрик.

Но я этого не знал, потому закрыл окно, взял кости и бросил. О,
могучий Один, мастер рун, о Возлюбленная Фрейя, богиня благополучия…
Скажите мне, вы, глядящие на кости, в маленькое окно, завешенное
полиэтиленом. Вы, вдыхающие пары супа на подоконнике — жертвенной
пищи вам. Скажите, ведающие силами ветра, огня, земли и воды.
Дайте прочтение рун! И да будет так. И кости упали, раздался стук
в дверь, я открыл ее, и пожилая женщина в вязанном шерстяном пальто
дала мне вопросник от Департамента статистики и социологических
исследований. Я взял его, женщина сказала, что придет через две
недели и заплатит мне девять леев, если графы вопросника будут
пунктуально мною заполнены. Это нужно Департаменту статистики
для того, чтобы вывести статистические данные о «среднем кишиневце».

Прихватив вопросник, я снова открываю окно и с силой отталкиваю
свою комнату — мой маленький дракар — от пристани дома. Мы отплываем.
Путешествие начинается.


Глава шестая

Департамент статистики и социологических исследований Молдовы
спрашивает: «Откуда и кто вы, и почему не уходите»?



Викинги отвечают

Нас привел на эту землю предводитель Эйрик. Когда люди забыли
об этом, жрецы назвали его богом Одином и начали воздвигать ему
храмы. Разумеется, мы покорили эту землю не сразу, а после долгой
и кровопролитной войны. Она началась с того, что Один разбил войска
местной знати и казнил всех ее представителей и главу их — Тора.
Того позже тоже объявили богом. Но оба они были людьми. Мы уйдем
отсюда, чтобы найти далекий край — Атлантиду.



Руны говорят

Нас принесли сюда вороны Тора, пославшего своих птиц за медом
божественной Фреи. Возлюбленная Одина, ты плохо берегла труд пчел.
Вороны схватили соты, полетели ввысь, укрылись за облаками и там
переждали гнев Одина. А когда тот прекратил гневаться и стал утешать
возлюбленную Фрею, вороны продолжили свой полет. Мы же осыпались
черными перьями крыльев. Один подобрал нас и дал имена. С тех
пор люди гадают по нам. Мы уйдем отсюда, когда странный человек
закончит гадать по нам на себя, свой мир, страну, женщину, талант,
хлеб, воздух, взгляд. Мы уходим.



Я отвечаю

О загадочный Департамент статистики и социологических исследований,
тебе приношу дары и отвечаю. Я родился на этой земле. Я никуда
не уйду отсюда. Я не пойду за Одином искать загадочную Атлантиду,
затерявшуюся в океане за столпами Геркулеса. Это — моя Атлантида.
Я люблю свою АнтиАтлантиду. Я гадаю на рунах. Я боюсь диабета.
Я люблю жить. Я хорошо, много и прилежно пишу. О, позволь мне
остаться!!!




Продолжение следует.

X
Загрузка