Рейтинг публикаций

Бытие – бульон ещё несуществующих вещей, мириады всевозможных форм растворены в нём, как соль. И вот, о чудо, появляется мироздание, плывёт айсбергом в пучине Бытия. Его твёрдое сияющее тело состоит из той же воды возможности. Разве он не новый прекрасный сон, в котором всегда будет чего-то слишком, а чего-то мало? Разве он не симуляция той соли смысла, что растворена в Бытии?

Они ходили кругом. Люди. Счастливые люди — царила суббота. По правде, не особенно счастливые — во всяком случае не такие, чтобы светиться от счастья. Более несомненно, что никому из них не было дела до Афанасия. И того, что происходит в его голове. Но ему и самому уже было плевать на свою сумеречную зону. Блаженный, он отдавался внезапно нахлынувшему счастью: просто ходил, просто смотрел, просто дышал.

Дух смеётся над вопросом: "быть или не быть?", он понимает, что его почти и не было, что бабочка ещё не расправила крылья. Ведь он – только надежда на пробуждение, ему ещё предстоит осознаться во вселенском сне.

В последнюю минуту лучше ничего не говорить – будет не то сказано, лучше ничего не делать – будет не то сделано и всегда лучше уйти на миг раньше, не доводя до последнего – случится нехорошее

Всё там внутри дышало новизной, первозданной свежестью: холл с небольшим бассейном, широкие лестничные пролёты, зеркальный лифт. Дом был с иголочки.

В единственном старом корпусе размещались и хирургия, и терапия, травматология, реанимация, а в подвальном помещении находился морг.

Будь оно неладно, это оружие, жизнь бы нормальную наладить

... когда вам весело, когда вам хорошо — тут звонят все, кому не лень. А в минуты печали и одиночества — никто и никогда. Такие вот у нас люди.

Дети — своей жизнью, соседи — своей.

Мир рушится. Все, что тебя когда-либо окружало, теряет четкость очертаний, теряется в суматохе бытия. Ты живешь, существуешь, плывешь по течению с той скоростью, с которой оно тебя несет. Просто расслабляешься и отдаешься потоку, не ломая голову над выбором направления. Но всегда ли ты поспеваешь за ним?

...И они отправили отрока назад – в Иудею, где жарко и жёлто блестели пейзажи, и люди были нравом грубы, как и в большинстве мест тогдашней земли; монахи, отправившие его домой, уверены были, что как бы и с кем бы ни шёл он – с ним ничего не случится.