Рейтинг публикаций

...Дача проводила человеческое тепло и приняла внутрь осень по рецепту. А маленькие городские саженцы тянут ручки к солнечной маме, все больше времени пропадающей на работе – лето вросло в осень, как чуждый имплант, а дождь стал снегом. Как ты и сказала, незаметно, да-да-да.

Никуда Леваневский не полетел, его птичность – миф и газетная утка. Политически ошибочно, если сын Сталина, пусть и бастард, вдруг возьмёт, да и бесславно сгинет в казематах. Для истории он должен уйти через подвиг. Это умно и назидательно.

Тут его полуосмысленный взгляд неожиданно остановился на бронзовой скульптуре, одиноко возвышавшейся в конце зала. Она показалась ему знакомой. Вернее, знакомыми показались несообразные черты лица, отлитые в благородном металле – высокий лоб, символизировавший определенную глубину мысли, небольшой нос, горделиво вздернутый, пухлые щеки, раздутые от собственной значимости, окладистая борода, означавшая презрение к сиюминутным земным благам

"...в подземелье был обнаружен труп одного из работающих в усыпальнице реставраторов. Милиция тогда не нашла состава преступления. В заключении судмедэкспертов говорилось о том, что смерть произошла от удара головой о каменный пол в результате падения с высоты строительных лесов. На момент падения погибший был один".

Света испуганно стояла в дверях, не решаясь ни войти, ни выйти: на стуле, возле его кровати, сидела мать. Глаза красные, припухшие, по щекам – слёзы: она страдала. Саньку это удивило. Мать никогда не была слабой, она командовала всеми, как военком парадом, а тут сидит и плачет.

...Больше всего мне мечталось попасть на Аляску, но это выходило слишком дорого. Хотелось еще в Новый Орлеан и Сан-Диего, в Аризону и Колорадо, в Сиэтл и в Орегон, где жили русские старообрядцы, в Йеллоустоунский национальный парк с его гейзерами, но в конце концов я улетел в Сан-Франциско с тем, чтобы потом перебраться на восточное побережье.

Когда Азиз услышал натужный рёв, от которого затряслись стенки его лачуги, Азиз сразу понял кто пожаловал к нему сегодня. Это мог быть только Абу Ахмад, местный амир. Он ездил на джипе с кузовом, в котором стоял большой пулемёт. А за джипом всегда ездил танк с пушкой. На броне которого сидело с десяток автоматчиков.

Чего не сделаешь ради квартиры?

Вы, вероятно, не знаете, а ведь я когда-то был хорошо знаком с Владимиром Семеновичем Высоцким. Да-да, тем самым Высоцким. Больше того: мы с ним были друзья не разлей бензин. Случай помню, был. Однажды, мы с Владимиром Семеновичем покоряли Эверест. Я в ту пору страстно увлекался альпинизмом. Романтика, знаете, шестидесятники, мать их… физики лирики, Окуджава. Высоцкий наверх щемится и щемится, я за ним не поспеваю и не поспеваю. Как собака устал. А за спиной еще веревки, карабины, на поясе ледоруб, как у Троцкого в башке. Закричал Володе: не могу больше, устал! Что мы там наверху забыли?! А он мне: терррррпи! И напевает: если друг оказался вдруг… На гнилуху давит

"Что в этих помещениях может быть такого, что они так старательно отпугивают от неё реставраторов"?

…Моя бабушка на ночь рассказывает мне иногда одну греческую сказку, про то, как маленький Христос лет в семь играл с детьми у ручья. Они смешали глину с водой и лепили воробьев, а потом Христом крикнул им: «Летите!»