Раасступись, земляаа сырая.
Даай мне, моолодцууу покоо-ой!
Приюти. Приюти, меня, родна-ая в те-емной ке-елье

гроообово-о-о-ой.

Из нас не вырастут цветы.
Когда Москва с Аддис- Абебой
Во тьме беседуют на ты.
Между Землею и Луною
Плывут во тьме учителя.
В моей груди - макет Кремля.
Вот спонсор ветра и дождя
С орлом на розовом погоне
Подъехал в мраморном вагоне
Нью-Йорк смотрел с его ладони
На очертания людей,
Что неподвижны на перроне.
Наступит время все менять.
Кого любили - обвинять.
Предпочитать повидло хлебу.
Иметь в груди Аддис-Абебу...
И лишь бессонные коты
Во тьме беседуют на ты.
Из нас не вырастут цветы.

Вот, а теперь делать вид, что всё понарошку.

Игорь, пiздеть, действительно, не мешки ворочать. Научи, как в гестбуках мешки ворочать. А я потом тебе расскажу как "манихеи" компакт-диски издают отличные.

В. Богомяков:
>Раасступись, земляаа сырая.
>Даай мне, моолодцууу покоо-ой!
>Приюти. Приюти, меня, родна-ая
>в те-емной ке-елье гроообово-о-о-ой.

Мне-е посты-ы-ыла жи-и-изнь такая,
Съе-ела гру-у-усть меня-а-а тоска-а-а-а,
Ско-оро ль, ско-оро ль гро-обова-ая
Скро-оет гру-удь мою-у доска.

Этот куплет я в одной книжке нашёл. В других версиях его нет.

Ахметов, ты кого поучать вздумал? Без сопливых не тоскливо. А если Вербила нуждается в ТАКИХ адвокатах, то совсем дела у него плохи.

Сергей,
манихеи издавать отличные компакт-диски не могут, а только манихейские, преподнося их, как единственно верное и крутое, и с выгодой для себя потому что такие, как ты, их покупают. И учат вас как жить, где жить и "когда есть дерьмо мельхиоровой ложечкой". А вы им в рот заглядываете, своих мозгов не имея. Глаза раскрой, Серёга!! Или страшно, что за лоха провинциального и необразованного сочтут? Дык, ты не бойся, они сами лыком шиты.

ПЛОТНИКОВУ

Я не пьяный, но просто немного выпил пива...

И я не обижался ни на кого...

Простите, если не то что -нибудь сказал...

В словах предметам тяжело,
Как в спецприемнике бродягам.
Под окна снега намело.
Сидят и кашляют с надтягом.

Хороший, ты, парень, Сергей. Только смотри, так по доброте душевной к самому дьяволу в адвокаты запишишься. Ромыча слушаешь, христианским сердолюбием его восхищаешься, а разницы между добром и злом не видишь. Эстет ты стало быть. И пустослов. Нечего канитель с сатанистами разводить. У Вербицкого, чуть что, один аргумент: всех расстрелять и Освенцим построить. Так вот сказал и ещё раз скажу: идите на xyй с Освенцимами и, bлядь, автоматами. Пусть вам христианское смирение кто-нибудь другой проповедует. И не xyй меня провоцировать, чтоб я здесь пiздел о прописных истинах. Можешь, не продолжать полемику, проигнорирую.

Бога,
я тебя уважаю. А ты меня?

И снова Луна озарила
Тот старый кладбищенский дво-о-=ор.
А там над сыррою могилой
Рыдает молоденький вор

А там над сырою могилой рыдает молоденький вор.

Ах, мама, ты милая мама,
Зачем ты так рано ушла- -а -а?
Меня воспитать не успела,
Отца-подлеца не нашла-а-а.

Меня воспитать не успела, отца -подлеца не нашла.

А в доме просторном и мрачном
Спокойно живет прокурор...
Он судит воров беспощадно,
Не зная, что сын его вор.
Он судит воров беспощадно, Не зная , что сын его - вор.
И вот на скамье подсудимых
Молоденький мальчик сидит
И голубыми глазами
На прокурора глядит...
И голубыми глазами на прокурора глядит...

Окончена речь прокурора.
Преступника надо карать.
За крупную кражу со взломом
Надо его расстрелять.
За крупную кражу со взломом надо его расстрелять.

"Я сын трудового народа " -
Услышал в ответ прокурор.
Ты судишь своего же сына, -
Скажите же, кто из нас вор?
Ты судишь своего же сына, скажите же, кто из нас вор?


Его повели - расстреляли
На старый кладбищенский двор.
Спокойно стояли судьи
Печален лишь был прокурор.
Спокойно стояли судьи -
Печален лишь был прокурор.

Ах, мальчик, ты милый мой, мальчик,
Зачем ты так поздно сказал?
Сказал бы немного пораньше
И я бы текбя оправдал...