Всем добрый вечер! По дороге на работу, погрузившись в русское коллективное бессознательное сочинил такой стишок.

МОЛОДЫЕ СКВОЗНЯКИ.

Как по горенке гуляют
Молодые сквозняки.
Молодые сквозняки
Лезут девушкам в трусы.

Люли-люли-люли-люли.
Лезут девушкам в трусы.

По полю летали -
Травку разгартали.
И во чистые поля
Улетели бегать, бля.

Сегодня встречался с аспирантами, читал лекции в строительной академии.Там делается ремонт и в воздухе висит огромное количество пыли. Такое впечатление, что проглотил этой пыли несколько килограммов. Потом мы с Шапой и Юджином поехали в гости к М.Бакулину. Там у него сидели и вели светские беседы.У него на видео записано большое количество допросов - это такой, по его мнению, жанр, когда все собираются веселой пьяной гурьбой и начинают задавать любые вопросы какому-нибудь добровольцу, а тот не имеет права на вопросы не отвечать. Ну иногда смотрится это как-то странно и забавно. Вот таким образом мы и развлеклись. Послушали как отвечают на вопросы несколько неокантианцев.

В.Ш.! Вы хотите узнать, какие таинственные события случились в Саранпауле? Расскажу про одно. К нам там пришла одна девушка лет 18-ти и сказала мне : "Вы, наверное, очень удивитесь, но я ваша бабушка. Я раньше жила, правда мало что помню, и вот теперь опять живу." Я был очень удивлен, к идее перерождений отношение у меня отрицательное, я ее и спрашиваю :"А как вас зовут?" Она говорит :"Лина", что повергло меня в полное смятение. Дело в том, что бабушку мою звали Елизавета, и только самые близкие люди называли ее Лина. Конечно, может быть это и совпадение, но слишком уж много было таких совпадений за 7 дней пребывания в Саранпауле. Девушка эта была, ну что ли, не вполне нормальная, во всяком случае со странностями. Она рассказала мне, что долго болела, т.к., занимаясь балетом, упала и ударилась головой. Я еще про себя подумал - где же она здесь в Саранпауле могла заниматься балетом? А потом один человек рассказал мне, что ее кто-то катал на мотоцикле и они очень сильно разбились, после этого она долго лежала в больнице. Может быть, конечно, история эта и не очень таинственная, но она мне таковой показалась. Еще эта девушка могла видеть (сейчас бы я сказал бесов, тогда бы я сказал, наверное, неких невидимых существ). Их, говорит, здесь очень много. Особенно они любят, когда начинается драка, сбегаются они со всей округи посмотреть, стоят плотным кольцом и подпрыгивают, чтобы лучше было видно. А один, говорит, ходит - вылитый Пушкин и бакенбарды такие же.

ВОЗВРАШЕНИЕ ПУШКИНА.

Пушкин пробил головою лед
В Баренцевом море близ острова Колгуева.
Где он был полторы сотни лет
Не знала служба полковника Волобуева.
И что железными он губами шепнет
Не растащат по песням всякие барды.
Лишь снежинка одна блеснет,
Томно опускаясь на обледеневшие бакенбарды.

Гузель! Вам в Королеве надо создать отряд "Красота". А девиз чтобы был такой - Шик! Блеск! Красота! Тру-ля-ля. Тру-ля-ля.

Небо везде разное. В Москве чаще какое-то серенькое.Здесь у меня в Метелево небо иногда ( например сейчас) довольно красивое, но не высший класс.В Исетске возле озера небо просто шикарное - облака какие-то странные, цвета необычные. Красивое небо в горах ( я видел Крым, Кавказ, Урал и хребет Джуг-Джур). Но самое красивое небо у Абалакского монастыря - это километров 25 от Тобольска. Небо высокое-высокое и облака идут вверх как-то спиралью.Очень красивое место, высокий берег Иртыша.В. Ш., Вы и туда прилетайте.

Не дотянется врач своим шприцем холодным.
Не докрикнет, напыжившись, девочка злая.
Не добросят снежок с металлическим звоном.
Не доскачет лошадка, уставшая, как моя мама.
Здесь сижу.
Ем капусту с подсолнечным маслом.

Забыл, забыл... Пиренеи я еще видел. Или Пиринеи...

Боге

Я повсюду летаю. В Саранпауле вчера была, а после вашего рассказа про б. Лину и Пушкина, сегодня наверняка туда понесёт. С навигацией проблем нет. Над Иртышом одно удовольствие планировать. Навещу Абалакский монастырь. А как же!

А Вы стояли в облаке? Я – да. В клочке его на Эльбрусе. И такой небесный феномен был мне явлен на Бештау: солнце из-за спины, а перед глазами плывет аккуратненькое, как безе, облако, и тень от нас падает прямо на него, спешащее мимо.

А вот ещё мы с папой ехали по шоссе в Кисловодск, и с одной стороны дороги появилось бескрайнее поле жёлтых подсолнухов – до самого до горизонта, где оно слилось с пронзительно синим небом, в котором сахаром сверкал Эльбрус. Мы остановились, и меня разобрала такая эйфория, такой экстаз, что можно было три дня кофе не пить.

Радости, тихой и всякой.

В.Ш.

В облаке я не стоял. Я на облака обычно смотрел снизу вверх, особенно когда был маленьким любил лежать на спине и смотреть на облака.Это было давно-давно, я лежал на раскладушке в саду у своего дедушки под яблоней. И тут со мной случилось то, что, наверное, и называют сатори.И такой был восторг от этих облаков,неба,близости земли, ветвей яблони, что я с ужасом подумал : все забывается, все уходит в небытие; неужели же я забуду то, что сейчас вижу ? И так сильно я боялся все это забыть, что помню до сих пор.

Боге.

Правильно: на цветущие яблони следует всегда снизу смотреть. Ещё если в поздние сумерки встать под яблоню, то лепестки в точности одного волшебного цвета с небом становятся и такие же прозрачные.

О таинственном. Одной весной, случилось, я не заметила цветения яблонь у нас в Коломенском, хотя то и дело мимо ходила… Опять красиво и опять сон, но ничего поделать с этим нельзя. Можно не читать. Сдавала минимум, вела эксперимент, писала, – всё одновременно. Такой был прессинг - и не заметила, как яблони отцвели. Говорят, раз такая труженица, пусть меня чехи массажируют. Вылетать надо в день экзамена. «Всё очень просто: ты сдаёшь экзамен, я встречаю тебя у дверей аудитории с чемоданом и - в аэропорт.»

Всё созерцательное во мне возроптало. Бессонная ночь. Экзаменует неприятель моей руководительницы, о чём я зачем-то оповещена. Несчётные дополнительные вопросы, пока не запуталась в одном, –«четыре». Как летела – не помню, всё продолжала экзамен сдавать. Говорят, что в Лазни, куда едем, ещё от Праги на автобусе пилить. Радуюсь, что деревня, - до того ничего не хочется. Спускаемся с горки – внизу долина премиленькая с розовым городом в догорающем закате. Санаторий, комната, кровать - падаю, как подкошенная.

…И приходит Гёте. На нём камзол и парик напудренный, пахнущий жасмином. Садиться он на край постели натурально так - тяжёлая трость с серебром между ног - и говорит: «С приездом, В.Ю. Очень рад вас видеть.» И такая радость у него на лице, такое расположение ко мне, что я, вместо того, чтобы послушать немца, начинаю рассказывать ему про экзамен, про весну без яблонь и руководительницу мою, о которой и сказать-то нечего. А от него струится тепло и любовь, не мыслимая для референтного лица.

Просыпаюсь от того, что небольшая площадь за окном с чугунным фонтаном доверху наполняется звуками органа из соседнего костёла. Идём на завтрак. А там уже переводчик бьётся с информацией. Выясняю, что нахожусь в бывшем Мариенбаде (Марианские Лазни). Наискосок, через дорогу - дом Гёте, где он подолгу живал, когда был влюблён в Ульрику фон Левецов. (Ich ging in Walde… )

Явление Гёте изменило моё отношение к домам-музеям per se.

Михайлову
Во! верно - шорох у ДК в пороховницах- труха с песком сыпятся, как и у большей части зала, Бога, не жалейте - тужилово ихнее даже до эротишных слюней Чердака Офицера не тянет, и ни грамму контркультурности в презентации журнала Контркультура - обычное коммерческое мероприятие в дорогом клубе

Алекс, "ДК" в золотом составе - это с Морозовым или с сиротою Клемешевым? А Яншин? Наличествовал?