О родительских манипуляциях (7)

 

Глава 7

 

 

 

 

Причины нет, но повод найдётся

 

Очередная вариация на тему «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать». Невоспитанная и закомплексованная личность ищет повода для скандальной разрядки, и виновный всегда находится: дело, разумеется, не в вине ближнего, он может быть совершенно ни при чём, а если и виноват, то вина его явно преувеличена. Был бы повод, что называется.

Если же обвиняемый (т.е. ребёнок) находит смелость и аргументы для оправдания и сможет обосновать свою правоту, родитель переходит к другой защите: «Ну всё, хватит. Не будем об этом говорить». Забывая при этом, что они-то сами этот разговор и начали. Спровоцировали человека на реакцию, на обратную связь, и сами же диктуют, что надо замолчать.

То есть везде диктат, во всём. Они сами решают, когда начать разговор и сами решают, когда его закончить. Голос ребёнка тут лишний, его как бы нет, и несёт он, ясное дело, ахинею. Правы только взрослые.

Среди излюбленных тактик – «припоминание» жертве её былых подлинных или, чаще, мнимых, грехов. Скажем, когда-то давным-давно ребёнок сделал что-то не так, и каждый раз этот случай, уже оговорённый и «закрытый», вытаскивается из памяти и служит материалом для попрёка.

Во-первых, это наглое нарушение того важного принципа, согласно которому проступки, за которые уже было наказание или предупреждение, не служат поводом к повторным наказаниям. Но взрослые чихать хотели на эти принципы. Они заботятся лишь о своих правах, весь остальной мир им «обязан».

Во-вторых, былые грехи жертвы – удобный повод оправдать свою собственную распущенность, невоспитанность и плохое настроение. Даже очень грязные в своих намерениях личности где-то на задворках сознания понимают, что если будут хамить «просто так», без причины и повода, то их хотя бы формально будет за что осудить. А подобные люди всегда стремятся выставить себя максимально невиновными, сами из себя предпочитая строить жертву.

Они, конечно, могут понимать, что совершение гадостей – это неправильное действие, но уклоняются они от гадостей не потому, что совестливы, а из страха наказания. Если же у них действительно есть контакт с совестью, то они выдумывают всевозможные самооправдания в виде былых грехов жертвы, чтобы уладить внутренние споры с собой. А то будет как-то неудобно. Если же «есть за что уцепиться», то такой манипулятор эту зацепку найдёт и будет эксплуатировать её по полной.

Сюда же, кстати, относится и «сброс негатива»: желая вывалить на ребёнка дурные эмоции и не желая слушать его оправданий (и понимать, что ты сам неправ), родитель высказывает серию откровенных гадостей и уходит куда-нибудь: по делам на улицу или в другую комнату. То есть, он создаёт заведомо неравные условия, когда на его реплику физически невозможно ответить.

Вам говорят обидную реплику и, не дав ничего сказать или оправдаться, уходят, хлопая дверью, оставляя униженным и оплёванным.

В дальнейшем взрослые используют мерзкую тактику «наказания молчанием», «неразговаривания», от которых у ребёнка возникает страшное ощущение, что его вообще нет. Взрослый неумолимо молчит, пока маленький человечек не напереживается и унизительно не попросит прощения. Одна из самых мерзких форм родительских манипуляций – столь же отвратительная, сколь и, разумеется, непродуктивная. Практикуется это от раннего детства и до студенческих лет, а иногда и позднее.

Есть вариант «сброса негатива на прощание». Вам предстоит идти (в школу, на день рожденья к подруге или другу, на вечеринку, работу и т.д.) или ехать (на учёбу, на работу, на концерт и т.д.). И вот именно накануне прощания взрослый цепляется к ерунде, начинает осуждать, критиковать и вообще разыгрывает обиду (по причине, понятно, не связанной с вами, а продиктованной его дурным настроением), но возразить не даёт, ибо вам уже некогда, вам пора идти, у вас назначено время. Сам же взрослый не уступает и не идёт на попятную. Всем видом он показывает, что и после вашего возвращения он будет обижен – будет огрызаться угрюмым молчанием или продолжит приставания и брань.

С утра у вас настроение испорчено. На запланированное мероприятие вы поехали или пошли, но день вам отравили. Вам физически трудно общаться с друзьями в такие минуты, а ощущение всеобщего счастья и радости вокруг оказывается диким контрастом с вашим отчаянием. Восстанавливаться после таких вот «сессий сброса негатива» очень трудно, а причиной, на самом деле, были не вы – было дурное настроение старших, их невоспитанность и раздутые притязания вкупе с завышенными требованиями и несбывшимися ожиданиями. Их, взрослых, ожиданиями, в которые они даже вас забывают иной раз посвятить. Или навязывают как данность, не думая, нужно оно вам или нет.

Есть и знаменитая угроза «я уйду».

В начале беседы вам говорят откровенную гадость, выдуманную и несправедливую, чем провоцируют на ответную реплику, в т.ч. резкую, а потом, пользуясь правом старшего осудить вас за этот «непростительный поступок», демонстративно уходят из дома, чтобы вы помучились и поволновались. Сюда же добавляются угрозы в духе «ты меня доконаешь», припоминаются болезни и то, что «неблагодарные дети» доводят благочестивых родителей до разных там клинических случаев и до чего-нибудь ещё похуже. То, что благочестивые родители в припадках «праведного» гнева орут матом или просто наносят раны обескураживающее унизительными словами, во внимание не принимается: им можно, потому что они сильнее и старше. Они никогда в этом не признаются, но действуют они именно по такой схеме.

 

* * *

Мне вот интересно, когда взрослые жалуются на притеснения со стороны всевозможных там «властей», «чиновников», «государства» и прочего, они не думают случайно, что сами как бы в семье выступают ровно такими же тиранами?

Ведь если есть тайное или явное желание свободы, то воплощать это желание надо сначала в себе и в своём доме, а там, глядишь, свобода появится и сама, на всемирном уровне.

А то многие из них стремятся переделать весь мир, о чём-то спорят, голосуют за и против кого-то, возмущаются – но себя любимых изменить даже не пытаются. То у них виноват президент, то люди определённой национальности, то ещё кто-нибудь. Например, их собственные дети.

В мире взрослых так заведено – был бы повод, а виновный найдётся.