Семь снов и соколиный полёт (8) Виктор Ямполь (25/05/2011)
Сходство это дополнялось тем, что у Вани в дипломате меж гаечных ключей, старых кранов, болтов, гаек, прокладок покоился обёрнутый в засаленную газету томик барона де Секонды, более известного публике как Шарль де Монтескье. Ваня Никсон был вольнодумец и в компании профессоров и сантехников
Семь снов и соколиный полёт (7) Виктор Ямполь (18/05/2011)
Ну, пошли ловить байбака. Как стали его ловить – много-то наловили! Сорок три штуки. Или даже больше. И такие всё матёрые байбаки – любо-дорого! Посадили их каждого на пенёк – любуются. Но смотрят – видют: что-то ложных-то байбаков многовато.
Семь снов и соколиный полёт (6) Виктор Ямполь (03/05/2011)
Вечерами для поднятия боевого духа и чтобы не так жрать хотелось, старенький маршал, собрав вокруг себя, как квочка собирает курчат, генералов, делился с ними боевыми воспоминаниями времён Очакова и покоренья Крыма, попутно вольно пересказывая книжку Бантыш-Каменского «Биографии российских генералиссимусов и генерал-фельдмаршалов».
Семь снов и соколиный полёт (5) Виктор Ямполь (12/04/2011)
Фаина была в своём роде театром одного актёра, а в театре, как и в жизни, всегда смешаны правда и вымысел, настоящее и поддельное, мастерство и наигрыш – да так, что не отделишь! – а в нашем случае – откровенное хамство и деликатнейшая обходительность.
Семь снов и соколиный полёт (4) Виктор Ямполь (03/04/2011)
Что и говорить, природа снов человеческих темна и загадочна, ими, кстати, как и жизнью, управлять невозможно, тем они с жизнью и схожи: снится то, что снится, живётся, как живётся, (а пишется, что пишется).
Семь снов и соколиный полёт (3) Виктор Ямполь (03/03/2011)
Зато! зато, читатель, – нет худа без добра – на данный момент основные музыкальные темы, как это и должно быть в пристойной увертюре, уже обозначены, и нам остаётся только их развить, и мы их разовьём, каждую тему разовьём, мало не покажется.
Семь снов и соколиный полёт (2) Виктор Ямполь (25/01/2011)
Подняв зеркальце и убедившись, что оно разбито окончательно и бесповоротно, В. П. крякнул с досады и, зачем-то заглянув в него и увидав себя и мир странно искажёнными в его осколках, – вздрогнул, ибо мир, утратив привычные черты, вдруг приобрёл какую-то чудну́ю текучесть и зыбкость;
Семь снов и соколиный полёт Виктор Ямполь (12/01/2011)
И вот, в мятом фраке и ослепительной крахмальной манишке появляется дирижёр, сбирающийся исполнить собственное сочинение – он сед, нестар, надменен – и нетвёрдым шагом идёт к дирижёрскому пульту. Пальцами правой руки он крепко сжимает остро отточенный карандаш третьей степени твёрдости – «3 Т».

X
Загрузка