О родительских манипуляциях

 

 

Тема детских психических травм очень популярна в наше время. Наконец-то, хотя и с большим опозданием, приходит понимание, что «старший» или «взрослый» – далеко не всегда «мудрый» или «правый». И главное, что ребёнок – это уже полноценный человек, пусть и не равный взрослому по умениям, но по значимости и заложенным возможностям – совершенно равный, а в чём-то и превосходящий взрослых.

Сейчас о «токсичных родителях», об искорёженных «родительской любовью» детях, подростках, юношах и девушках говорится открыто. На эту тему пишутся книги и научные труды, проходят психологические семинары и тренинги. Остатки последних ложных табу формально разрушены. Но фактически, по инерции, старые методы «воздействия» на детей всё ещё используются многими «старшими». Открытие темы не ликвидировало проблему, а раскрыло её подлинный масштаб. И работы здесь ещё непочатый край.

 

* * *

Мне по причине некоторого внимания к подобным вещам хочется высказать ряд наблюдений и суждений по этому поводу. Не будучи психологом, я всё-таки поднимаю данную тему.

Современный человек обязательно должен быть психологом хотя бы на уровне хорошего любителя, знать и понимать какие-то принципы взаимодействия и механизмы общения. А главное – быть интуитивным, слышать внутренний голос, ценить внутреннее пространство себя и других и в любом человеке видеть не проблему, а возможность.

Хотя бы стараться так видеть. И уж точно не считать младших «тупыми» и неуправляемыми.

Иной раз неуправляемость, кстати – это хорошо, гораздо лучше управляемости. Как сказал однажды Е.Евтушенко, «именно эти “управляемые” и доуправляли… до самой пропасти».

А с неуправляемыми, на самом деле, как-то легче и интереснее жить.

 

* * *

Свободным в новом мире становится тот, кто не боится признать свою слабость, а выигрывает тот, кто хочет не побеждать любой ценой, а честно и порядочно играет вместе со всеми. Принимает ошибки и «проигрыши», учится на ошибках, прощает ошибки другим, а если что-то не так, то в первую очередь смотрит на себя со стороны, и – внутрь своей души. Не делает поспешных обобщений и ложных выводов, не рабствует чужим стереотипам, не навязывает всему миру свою точку зрения.

Пусть это звучит и наивно, но лишь с такими наивными мечтаниями и надеждами и стоит жить. По крайней мере, это уж точно лучше всезнающего взрослого скепсиса с его комплексами и страхами.

 

* * *

Итак, я приглашаю вас поговорить о целом наборе взрослых манипуляций, психологических извращений и комплексов, с помощью которого «родители» ведут борьбу с собственными детьми, чтобы те ни в коем случае не выросли счастливыми и свободными.

Они делают это не со зла. По крайней мере, не все, и не всегда осознанно.Видимо, это происходит оттого, что и сами взрослые, в бытность свою детьми, тоже были искалечены.

Это не оправдывает их токсичное поведение. Но это даёт понять, что и они когда-то были детьми и увы – жертвами.

Где-то здесь будет и тема принятия и прощения, а где-то – тема решительного следования своему выбору и неподчинения.

Думаю, это будет интересный разговор, и уж во всяком случае актуальный для самых разных людей любых возрастов.

 

 

1. Апелляция от противного: из одной крайности в другую.

Одна из классических ситуаций. Родители отчитывают ребёнка за какую-нибудь ерунду (вроде оценок и прочего), в которой и взрослого винить стыдно. Ребёнок, задавленный потоком обвинений, пытается оправдаться: «Зачем же так меня называть? Зачем же меня так ругать?»

И тут же следует просто феноменальный в своей логичности ответ: «А что же я, хвалить тебя должен/должна?»

 

* * *

Иногда этот поток брани изливается как бы «заочно»: родители жалуются «третьим лицам». «Третье лицо» понимает, что ребёнка надо спасать, и начинает за него заступаться: «Зачем его так обзывать? Зачем так ругать?»

Ответ аналогичен и здесь: «А что же теперь, хвалить его?»

 

* * *

Разумеется, нет. Возможно, хвалить и не за что.

Просто и ругать тоже не следует, вот и всё.

Понятно?

Не следует ругать, тем более так остервенело, тем более с такими омерзительными словами, которыми любящие родители честят своё чадо.

Но родители демонстративно не хотят этого слышать.

 

* * *

На самом деле, взрослому прекрасно понятно, что ругаться не следует. Однако это было бы «слишком просто». И в то же время, слишком сложно удержаться от искуса брани.

Выползает куча внутренних оправданий своему распущенному поведению. И самое главное, взрослый в них верит – и начинает «виноватить» ребёнка.

Но причина не в ребёнке, а во взрослом. На ребёнка лишь списывают повод своих «взбрыков».

В детях нередко взрослые видят свои собственные недостатки. И начинают их насильственно менять – в детях же. Обратите внимание, это важно! Не в себе самих, а в детях – в других людях! Честно посмотреть внутрь себя взрослые не хотят и не могут: это бывает слишком сложно для них. «Это что же, я жил, считал себя правым, а оказалось, что я неправ?» И ультимативные требования «исправлений» шквалом вываливаются на ничего не подозревающее дитя.

 

* * *

Есть ещё и подлое оправдание родительского вербального насилия: зависимость детей от взрослых. Но брать на вооружение такую зависимость – это уже совсем подло. Ребёнок не может возразить и ответить на равных. Он сильно зависит от взрослых, да. Но при этом, он – личность, и обладает всеми правами личности. Принять этот мнимый парадокс большинство взрослых просто не в состоянии. Ребёнок в принципе не может понимать старших так, как они себя понимают, он видит мир иначе, часто – лучше и глубже. В то же время, ему гораздо труднее жить, потому что всё происходит в первый раз, и в режиме реального времени приходится осваивать множество навыков: понимание окружающих, понимание себя, осознание себя, свои способности и неспособности. И получается, что в такой непростой ситуации у большинства детей попросту нет и тыла. Потому что именно дома его ждут самые строгие и требовательные люди, знающие лишь «так надо», но никогда не поинтересующиеся: «как надо?».

 

* * *

Взрослые всегда начинают разговор с вопроса об оценках. Поставленных чужими людьми по непонятно кем разработанным критериям. А многие ли из родителей начинают разговор о том, как прошёл день, что было интересного, что ты чувствуешь?

«Какие глупости», – скажет взрослый читатель. Надо натаскать чадо для взрослой жизни-борьбы и отучить его от всей этой «лирики». Главное – выжить, а что у него в душе творится – ерунда. Меня так воспитывали, и я буду так воспитывать. А то не выживет, станет бомжом и умрёт под забором, а я буду виноват и мне будет страшно.

Нет, господа, извините. Жизнь – не борьба. Это вы её сделали такой. И даже если вас унижали ваши родители, это не даёт вам права унижать теперь своих детей. Не готовы их растить должным образом – не заводите. А завели – не ругайте и не требуйте больше того, чем дети способны дать.

 

* * *

Никто вас не заставляет хвалить за ошибки и какие-то оплошности. Ругать не следует, тем более остервенело. Вот и всё.

Сядьте и спокойно поговорите. Не с точки зрения «так надо», а с вопросом «как надо?». Уточняя, что беспокоит ребёнка, и заранее выступая на его стороне, а не на стороне бездушного «надо» с подспудной интонацией «ты всё равно не прав».

 

* * *

Защитная фраза: «А что же я, хвалить его должен» – компенсаторная, нарочитая  бравада собственной неправотой.

Это как бы «ошарашивание иррационализмом», выпендрёжная, капризная поза из серии «я всё равно буду прав, хоть ты и знаешь, и я сам/сама знаю, что это не так». Истеричная реакция родительского снобизма, неспособного вынести правоту этих «маленьких», которые и понимать-то вроде ничего не должны. А они, гляди ты, понимают!

Взрослые в таких ситуациях прекрасно видят, что они не правы. И чем сильнее очевидность этого, тем сильнее они начинают «истерить», не желая принять нелестную, внутренне понимаемую правду о себе самих.

Ведь они уже создали светлый образ отважных и самоотверженных родителей – и вот: какая-то разбитая ребёнком чашка или низкая оценка в школе вмиг разнесли все эти амбиции.

И начинается эта «апелляция от противного». Демонстративно-ложное «непонимание» смысла детской просьбы «не ругать», из-за обиды на, по сути дела, правоту ребёнка (и того, кто за него вступается).

Делается это с целью вывернуть правоту, искусственно представить неправотой и выдвинуть в ответ свою защитную декларацию, устраняя превентивно все возможные аргументы. Мнимая справедливость оборачивается тотальной несправедливостью.

 

* * *

Да и какая «справедливость» может быть в отношении детей?

Воспитание – это что, сведение счётов и забивание голов?

Торжествующие пляски взаимных побед и осознания чужих поражений?

Нет, господа. Воспитание – это совсем другое. И оно таит в себе много прекрасного, если идёт через дружбу и общение, а не через иерархию «я родитель – ты дурак».

Но пока что чаще всего оно, увы, идёт именно по второму сценарию.

И почему, собственно, взрослые чему-то удивляются? Они и создали этот мир, который потом восстаёт на них. Все причины недовольства «стариков» – плоды их собственных рук. Не хотели? Не надо было орать на детей и объявлять их дураками, идиотами и балбесами. Думать было надо и разбираться. А не оправдывать свою ругань от противного: «что же я, хвалить его должен?»

Да не должен ты хвалить по каждому поводу! Не ругай, и будешь молодец.

 

* * *

Блестящую характеристику «апелляции от противного» дал в своей книге «Искусство спора» (1923 г.) проф. С.И. Поварнин:

«…Из других софизмов непоследовательности надо упомянуть здесь, прежде всего очень распространенный и часто довольно курьезный софизм, который можно, пожалуй, назвать “бабьим” или вежливее – “дамским аргументом”. Он в ходу и у мужчин, да еще как; но в женских устах он, в общем, получает почему-то особый блеск и рельефность.

Суть его вот в чем. По многим вопросам возможно, мыслимо не одно, не два, а несколько, много решений, несколько предположений и т.д. Некоторые из них противоположны друг другу. По здравому смыслу и по требованиям логики надо учитывать все их. Но софист поступает наоборот. Желая, напр., защитить свое мнение, он выбирает самое крайнее и самое нелепое противоположное из других мыслимых решений вопроса и противопоставляет своему мнению. Вместе с тем он предлагает нам сделать выбор: или признать эту нелепость, или принять его мысль. Чем ярче контраст между нелепостью и защищаемым им мнением, тем лучше. Все остальные возможные решения намеренно замалчиваются.

Вот пример из жизни:

А. Что ты так сухо обошлась с ним. Он, бедный, чувствовал себя у нас очень неловко.

Б. А как же мне с ним прикажешь обращаться? Поместить в угол вместо образов и молиться?

Есть тысячи способов обращаться с людьми помимо этих двух. Но Б. выбрала для контраста самый нелепый из мыслимых нелепых способов. Или вот другой пример – из “серьезных” споров. Настолько “серьезных”, что тут бабий аргумент смешан с палочным. Спорят мужчины:

 

А. По моему мнению, Временное Правительство (вариант — теперешний состав правительства) совершенно непригодно для управления страной.

В. Что же, значит, по вашему мнению, надо опять вернуть Николая и Распутина?..»

Написано в начале XX века, а актуально в наше время как никогда.

Узнали себя?

Вот так-то.

 

* * *

Эта апелляция от противного «чтожеяхвалитьегодолжен», системно употребляемая взрослыми против детей, наносит сильно разрушающее воздействие. Чем именно? Нарочитым вышибанием логики отношений. Ребёнку прививают ощущение, что его как бы нет, и партнёрства нет, есть лишь унижение и глупая субординация.

Вышибается этика беседы, извращается сама суть дискуссии. Устраняется принцип равноправного общения, ликвидируется надежда на понимание.

Затем следует приучение ребёнка к мысли, что возражать взрослым бесполезно, у них есть мощное оружие обороны, вхлёст унижающее и ломающее желание что-либо обсуждать.

Потому что взрослым гораздо сподручнее не обсуждать, а осуждать. Просто и дёшево.

Последствия?

Так это ж потом, не скоро… А сейчас оперативно и просто: заткнуть все рты и успокоиться.

Но ребёнку при каждом удобном случае будут трындеть: «думай о последствиях».

А я – взрослый, я могу уже о них не думать.

Отучился, отдумался, и теперь живу как хочу, всех вокруг погаными словами в разные стороны посылаю и в ус не дую.

Ну и что, что это в одну сторону? Ну и что, что любовь и отношения вдребезги? Зато закалю, сделаю его непрошибаемым, будет искать мою любовь и доказывать преданность, зарабатывая достижения любой ценой.

Нет, господа. Ничего не достигнет. А и достигнув, будет несчастлив. И всё равно всё будет насмарку. Не с того вы начинаете.

 

* * *

Родительские потуги на «справедливость» в отношениях с детьми изначально отличаются махровой и односторонней, «взрослой» несправедливостью. Но поскольку детские души чисты и доверчивы, а сопротивляться этому произволу до определённого возраста практически немыслимо, то поколения за поколениями вырастают калеками. И очень редко где удаётся этой односторонней «справедливости» избежать.

А если и удаётся, но не благодаря, а вопреки «родительской любви».

Хотя исключения, конечно же, есть, и они постепенно перерастут в новое хорошее правило. Потому что сейчас об этом открыто говорят, освобождаясь от табу и ложных авторитетов.

 

(Продолжение следует)

X
Загрузка