Диалог друзей (Из переписки Е. Д. Петряева и А. А. Насимовича)

 

 

Из письма А.А. Насимовича от 1975 года (точной даты нет).
«Прочел Вашего «Салтыкова» и нашел для себя много познавательного. Зная биографию Щедрина в основном по «ЖЗЛ», я, конечно, имел превратное впечатление о роде деятельности его в Вятке. Интересны и отклики читателей на полях книг в библиотеке и многое другое.
Писать путное редко удается. Трачу жизнь на бесконечные мелочи».
(ГАКО, ф. Р-139, оп.1, д.102, л.114).
 
Из письма А.А. Насимовича от 16 февраля 1976 года.
«Бюллетень МОИП» все же много дает библиографии, хотя на нас и косятся за это. За нашего редактора и его «био» приношу извинение. Она достаточно «сера», но очень старательна, иногда не в меру…
Перечень работ Насимовича (выборочно) дан в «Бюллетене МОИП», 1969, №5 помимо моей воли.
P.S. Кого Вы могли бы порекомендовать для некролога о Василии Николаевиче Скалоне? Чтобы была биология, охота и география?».
(ГАКО, ф. Р-139, оп.1, д.102, л.155).
 
Из письма Е.Д. Петряева к А.А. Насимовичу от 21 февраля 1976 года.
«Думаю, что некролог о В.Н. Скалоне мог бы написать Всеволод Юрьевич Миленушкин (дается домашний адрес в Челябинске). Всеволод Юрьевич – давний учение Скалона, исколесил Сибирь и Дальний Восток, составил обширную библиографию охотоведения, владеет пером. Если Вы дадите ему задание, – он постарается. Совсем недавно (31 декабря 1975 года) у Всеволода Юрьевича умер отец (от перитонита из-за поздней операции, - это в Москве!), известный историк микробиологии. О нем тоже бы надо написать некролог, но шансов, видимо, мало? Найдется ли в «Бюллетене МОИП» полстранички?
Получил письмо от Л.Н. Ленского.
Написал мне «Ваш» Л.И. Лешкович. Молчал 25 лет… Интерес к истории появился. Возможно это старческая слабость».
(ГАКО, ф. Р-139, оп.1, д.102, л.157).
 
Из письма А.А. Насимовича от 3 марта 1976 года.
«Вчера состоялась редколлегия МОИП, на которой приняли решение просить В.Ю. Миленушкина написать некролог В.Н. Скалона. Сегодня написал ему письмо. Высказал ряд пожеланий. Вчера приняли к печати некролог В.Г. Гепнера, написанный мной и С.В. Кириковым.
Т.Н. Дунаева говорила, что в «Книжном обозрении» о Вас была большая статья и обещала принести ее на заседание секции МОИП.
С интересом прочел книгу Нечкиной «Декабристы».
P.S. Позавчера расспрашивал Капитолину Николаевну о своем деде и, следовательно, отце Чужака. Она говорила со слов отца.
Дед, Федор Максимович, 20-25 лет служил в армии (кантонист?), играл в оркестре. Хорошо владел флейтой, гобоем и знал некоторые другие духовые инструменты. Выучился играть на скрипке. После выхода из армии женился на купеческой дочери средней руки, получив хорошее приданое. Играл на скрипке в оркестре в публичном доме. Имел пятерых детей – трех сыновей и двух дочерей. Пытался Чужака и моего отца приспособить танцевать в публичном доме. Оба запротестовали. Отец, имя трехклассное образование, скоро оставил Кострому, где жил дед, и уехал в Иваново-Взнесенск, где служил приказчиком в железной лавке. Купец был богатый, большую часть времени проводил за границей. Отец имел дело с управляющим, одиноким, кажется, человеком. Отец вечерами мог бывать в библиотеке, где к нему проявила интерес заведующая, занимавшаяся с ним. В дальнейшем это позволило отцу поехать в Москву и сдать экзамены в учительский институт(?) или на курсу. Он сдал экзамены в числе лучших трех и был взят на обучение за счет казны. Деньги на дорогу давали заведующая библиотекой и управляющий. Первая снабжала и едой впрок.
Чужак учился в гимназии. Был арестован в последнем классе за революционно-пропагандистскую работу. Сидел в «Крестах». Бежал за границу. В Женеве встречался с Лениным, якобы в то время благоволившим к нему. Вернулся в Россию. Потом отказ от «службы царю в армии».
Дед, Ф.М. Насимович, скончался в 1894 году, вскоре после смерти Александра III (в первые же дни).
Капитолина Николаевна становится очень ветхой, но голова, как будто бы, ясная пока. Может и она путать, а я не пытался проверять. Кто из Насимовичей был крещен – дед или прадед мой – не помнит. Якобы фамилия происходит от болгарского священника – Нусимовича (потом стала Насимович)».
(ГАКО, ф. Р-139, оп.1, д.102, л.134-135).
 
Из письма А.А. Насимовича от 15 мая 1976 года.
«Несколькими часами раньше сдал на почту заказную бандероль с книгой Раевского. Еще раз большое спасибо за нее. Много интересного, но чрезмерное копание в любовных похождениях подчас раздражает. Особенно интересно мне было прочесть все, что связано с «Пиковой дамой», которую я особенно полюбил в оперном воплощении (только в школьно-студенческие годы слышал не менее тридцати раз и музыкально знаю наизусть).
О пожарах в Читинской области слышал.
Книгу о Берге мне подарил Э.М. Мурзаев, с которым у нас добрые отношения с начала знакомства в конце 1940-х годов. Теперь он консультант в Институте географии АН СССР. Ушел сам, как только достиг 60-летнего возраста. Выпускает ежегодно по книге. Недавно сдал в печать книгу воспоминаний о встречах с замечательными людьми (18 авторских листов).
Печатается трехтомное издание трудов Л.С. Берга. В него действительно входит «Номогенез».
В журнале «Природа» №3 этого года дается небольшой обзор диалектики в эволюционном учении, написанный двумя молодыми «философами». В обзоре довольно много места уделено номогенезу, но о Берге ни слова, а все приписывается американцу Биру. В верность учения Берга веруют многие ихтиологи, поскольку сходство среды обитания способствует конвергентному развитию многих систематически далеких групп рыб.
Сам Берг до конца жизни веровал в свое учение и от него не отказался. Он говорил о многом О.И. Семенову-Тянь-Шанскому, в прошлом моему сослуживцу по Лапландскому заповеднику в 1946-1948 годах, работавшему в ЗИН научным сотрудником и ученым секретарем».
(ГАКО, ф. Р-139, оп.1, д.102, л.136-137).
 
Из письма А.А. Насимовича от 26 июля 1976 года.
«Спасибо за интересный для меня номер газеты. Не представлял себе такого цинизма среди студенчества. А среди охотоведов и даже зоологов «легкое» отношение к убою живности, увы, довольно широко бытует.
Мне очень жаль Сергея Владимировича Маракова, который, если я не ошибаюсь, около 1,5 – 2,0 лет назад сменил на посту декана КСХИ Сафонова, в свою очередь, по решению обкома, занявшего освободившийся после Ю.П. Язана пост заместителя директора ВНИИОЗ по науке. Язан, уехав из Кирова, подвизался в Центральной научно-исследовательской лаборатории Главохоты РСФСР в Подмосковье. А недавно перешел оттуда в организованный на месте Центральной лаборатории охраны природы – Институт охраны природы Министерства сельского хозяйства СССР в районе Теплого Стана. Директор этого института уже назначен. Стал им Е.Е. Сыроечковский, знакомый Вам плагиатор… Институт на двести человек.
Насколько я представляю, Мараков был далек от этих дел. В последние годы он был выбит из колеи смертью жены.
Прочел с интересом воспоминания дочери М.И. Цветаевой, отсидевшей у нас 14 лет в лагерях. Пишет она исключительно образно, ярко («Звезда», 1973, №3). Глядел зарубежное издание писем и других материалов М. Цветаевой (1972). А когда попытался основательнее познакомиться с ее стихами – не пошло. Какие-то они надуманные, подчас вычурные и вымученные. Не трогают».
(ГАКО, ф. Р-139, оп.1, д.102, л.115-116).
 
Из записки А.А. Насимовича (получена Е.Д. Петряевым 4 декабря 1976 года).
«Всеволод Юрьевич Миленушкин (сын Юрия Ивановича) прислал отлично написанный некролог В.Н. Скалона. Все ли пройдет – покажет только редколлегия. В нем очень интересна история рода, но за ее судьбу я и боюсь больше всего, так как это ничем не документировано, а многие помнят не только Скалонов со знаком плюс, но и других».
(ГАКО, ф. Р-139, оп.1, д.102, л.95).
 
Из письма Александра Андреевича Насимовича от 12 декабря 1976 года.
«Поскольку Вас интересует зоопсихолог Вагнер, посылаю Вам письмо моего знакомого Курта Эрнестовича Фабри. По национальности он австриец. Какими судьбами попал к нам, не знаю. Познакомился я с ним в 1955-1956 годах, когда он пришел в Институт научной информации АН СССР (теперь – ВИНИТИ), желая реферировать работы по поведению животных. Он в совершенстве знал немецкий язык и много хуже английский, о чем говорил сам. Русский синтаксис и речь правильные. Речь с каким-то особенным акцентом. Работал он тогда в какой-то библиотеке… Мои попытки устроить его на работу в ВИНИТИ успехом не увенчались. Вообще он ряд лет был не на настоящем деле. Потм стал сотрудником научно-исследовательской станции АН СССР в Подольске, а лет десять преподает этологию на биологическом факультете МГУ.
Уже тогда в совершенстве знал этологическую терминологию, ввел в обиход ряд предложенных им переводов зарубежных этологических терминов. Рефераты его были безукоризненны по точности. Он стал членом МОИП и неоднократно печатался в журнале общества. По телефону я говорил ему о Ваших интересах и просил сообщить интересующие Вас сведения, что он и сделал.
Был я у своего приятеля В.Н. Романова, племянника издателя журнала «Семья и школа» Владимира Николаевича Львова, но о Вагнере он ничего не мог сообщить.
В библиотеке МОИП, при которой архив МОИП и личные дела умерших, может быть полезна лишь заведующая библиотекой, находящаяся на вольном регламенте.
Поинтересуйтесь очерком: Работнов Т.А., Тихомиров В.Л. «К 70-летию Сергея Юльевича Липшица» – «Бюллетень МОИП, отдел биологический», 1975, том 80, №5, с.123-129. Первый автор – главный редактор, второй - его заместитель».
(ГАКО, ф. Р-139, оп.1, д.102, л.139).
 
Из открытки А.А. Насимовича от 3 января 1977 года.
«Посылаю Вам простой бандеролью маленькую книжку Забелина об академике А.А. Григорьеве, к которому у меня сохранились самые теплые чувства (напишу как-нибудь подробнее). Книжка хорошо издана. Посылаю также вырезки и «выдиры» из «Бюллетеня МОИП» за 1971-1973 годы. С персоналиями.
К.Э. Фабри пишет, что получил от Вас письмо. Он пишет, что муж Д.Б. Малаховской приезжал на совещание физиологов в Москву и Фабри имел с ним телефонный разговор, в котором Фабри просил его супругу помочь в поисках материалов о Вагнере».
(ГАКО, ф. Р-139, оп.1, д.102, л.142).
 
Из письма Е.Д. Петряева к А.А. Насимовичу от 8 января 1977 года.
«Спасибо за выдирки. После некоторой косметизации получилось 11 добротных оттисков. Буду готовить конволют( Ваш – особо!).
В каком положении архив И.Н. Кобленца? Не передан ли он в книгохранилище? Мне хотелось бы познакомиться с материалами по книговедению (библиография, судьбы библиотек, иконография, издательские каталоги и прочие). При случае, пожалуйста, спросите И.Н., когда удобнее навестить его.
P.S. От К.Э. Фабри Получил ответ. Он, как и Малаховская, ничего о В.А. Вагнере не знают, кроме его трудов».
(ГАКО, ф. Р-139, оп.1, д.102, л.143).
 
Из письма А.А. Насимовича от 16 января 1977 года.
«Сообщаю московские координаты Иоэля Нафтальевича Кобленца (дается домашний адрес и телефон). С ним живет его супруга Зинаида Вячеславовна. Архивы все на его даче, а зимой он туда ездит крайне редко.
И.Н. Кобленц, по моей просьбе, навел справки (посмотрел родословные обоих Вагнеров) и родства между ними не нашел».
(ГАКО, ф. Р-139, оп.1, д.102, л.144).
 
Из письма А.А. Насимовича от 8 июня 1977 года.
«Очерки о ком-нибудь мало оправдываемый труд. Они неизменно проходили и проходят с великими трудностями, так как во все журналы даны указания, чтобы печатались они как исключение, были небольшого размера и не привлекали внимание. А это предопределяет соблюдение серости в писанине. Зоологический журнал, помещая некрологи, вынужден их согласовывать с райкомом. В сходном положении находятся и другие академические журналы. Каждый раз надо доказывать, что ученый – создатель направления, заслуженный профессор. В МОИП долгое время было свободнее с этим, но наш редактор в конце концов испугался их обилию… А я устал от сражений на этой почве».
(ГАКО, ф. Р-139, оп.1, д.102, л.107).
 
Из письма Е.Д. Петряева к А.А. Насимовичу от 11 июня 1977 года.
«Большое спасибо за новую порцию оттисков и письмо. Материал первоклассный. Особенно впечатляющий в конволюте. Прекрасно сказано о Липшице, о гибели его труда. Узнаем ли мы могильщиков пофамильно? Не поздно ли потребовать от них объяснений?».
(ГАКО, ф. Р-139, оп.1, д.102, л.108).
 
Из письма А.А. Насимовича от 20 июня 1977 года.
«Раньше декабря 1977 года или января 1978 года в Кирове не буду. Они на редкость неумело организуют свои Советы с переизбранием сотрудников в должности. Причем, с чисто организационными, малоинтересными сторонним лицам, вопросами. Вот, если бы на каждом таком Совете ставились два-три доклада местных и приезжих сотрудников на достаточно широкие и актуальные темы, то народ к ним ехал бы охотно. Тогда, параллельно, не страшны бы были и переизбрания. Доклады же, если и ставят, то страшное мелкотемье.
Труд Липшица зарезан на стадии верстки или рукописи, принятой к печати издательством. Он сохранился в библиотеке МОИП. Зарезал какой-нибудь Нуждин или Презент. Или еще кто-нибудь, за спиной у которого был Трофим.
У Кобленца несчастье. Уже пять месяцев жена в больнице. Сломала бедро».
(ГАКО, ф. Р-139, оп.1, д.102, л.105).
 
Из письма А.А. Насимовича от 4 июля 1977 года.
«Повесть Евгения Носова прочту. Из-за нее в библиотеке дерутся.
Рад, что Лев Николаевич (Лешкович – А.Р.) ожил. Часто вспоминаю разговоры с ним в Чите и совместную жизнь в Чанчуни».
(ГАКО, ф. Р-139, оп.1, д.102, л.109).
 
Из письма А.А. Насимовича от 18 июля 1977 года.
«Усвятских шлемоносцев Евгения Носова с удовольствием прочел. Невыигрышная тема (мобилизация) сильно обыграна. Хороший язык. Живые люди. Критические взгляды нашей неподготовленности к войне вложены в уста пьяного. У «трезвого» бы не прошло.
Едва я сдал в издательскую группу проблемную книгу о заповедниках, как она пошла в ход. Институт сильно не выполняет план по изданиям. Это грозит уменьшением листажа на следующий год.
По части гомеопатии я не в курсе. В РЖ «Биология», начиная с В.В. Алпатова, специалисты относились к ней с большим скепсисом. Там много было знающих биологов с медицинскими интересами».
(ГАКО, ф. Р-139, оп.1, д.102, л.106).
 
Из письма А.А. Насимовича от 21 сентября 1977 года.
«По справке МОИП, Д.Я. Далматов членом общества не был. Из его работ я знаком с двумя по зубру, опубликованными в 1849 и 1855 годах.
Сегодня появилась разносная статья в «Литературке» в адрес Волского, обличающая его в полной неграмотности, подписанная библиографом и Д.С. Лихачевым.
В Березинском заповеднике понравилась сильно заболоченная и практически непроходимая пойма Березины (как там переправлялся Наполеон?). В закрытой зоне заповедника такое количество грибов (больше всего белых) растущих прямо по дорогам, какое я давно не видал. Такое же количество их, только подосиновиков, я видел на некоторых островах Белого моря, объявленных заповедниками».
(ГАКО, ф. Р-139, оп.1, д.102, л.159).
 
Из письма А.А. Насимовича от 26 февраля 1978 года.
«Вчера получил от Г.К. Корсакова, сотрудника ВНИИОЗ (кажется, теперь на пенсии) письмо, в которое была вложена вырезка из газеты «Комсомольское племя» от 18 февраля 1978 года. Пользуюсь случаем поздравить Вас с юбилейной (прошедшей) датой.
А.А. Формозов давал мне прочесть для получения замечаний свою рукопись «Книга об отце» (около 180 страниц) – настоящее историческое исследование (подтекст – история нашего современника). Книга написана любовно и, вместе с тем, беспощадно. Он пересмотрел за много лет «Епархиальные ведомости» Нижегородской губернии, восстановив до I половины XIX века историю рода Формозовых (бывшие дьяконы), разыскал публикации своего деда и тому подобное. После этого мы встречались у него дома и, после многих лет, я повидал Любовь Николаевну, которая мне очень нравилась. Она, несмотря на свои годы, выглядит привлекательно и как-то духовно светится.
Т.Н. Дунаева успешно работает председателем бюро зоологической секции МОИП, и я рад за нее и за общество, тем более, что инициатива ее выдвижения на этот пост принадлежит мне».
(ГАКО, ф. Р-139, оп.1, д.102, л.169).
 
Из письма А.А. Насимовича от 14 марта 1978 года.
«В прошлом году Э.М. Мурзаев на заседании памяти Л.С. Берга выступил с докладом по личным впечатлениям. Я имел лишь мимолетное знакомство с ним. В комнату, где я сидел в ЗИН и беседовал с товарищем, ученым секретарем ЗИН, О.И. Семеновым-Тянь-Шанским, с которым мы теперь вновь сотрудничаем в Лапландском заповеднике, зашел Л.С. Берг и мы познакомились. Говорили минут двадцать. Я уехал на Север. Было это в 1947 или 1948 году, то есть года за два-три до его смерти.
В 1938 году я послал в журнал «Природа» статью о снежных лавинах в Кавказском заповеднике и получил из редакции высоко положительный отзыв без подписи. Статья вышла в 1938 или 1939 году. Позже, когда я зашел в редакцию, мне сказали, что отзыв писал Лев Семенович Берг».
(ГАКО, ф. Р-139, оп.1, д.102, л.110-111).
 
Из письма А.А. Насимовича от 30 апреля 1978 года.
«Нам в редакцию МОИП давал большую рукопись для «Бюллетеня МОИП» (60с.) В.П. Эфраимсон на тему о гении и безумстве. Использована огромная литература. Чертовски интересно. Но печатать нельзя! Редакция получит «по шапке». Все читали, выражали восторг и добавляли, с прискорбием, «недиссертабельно». Эфраимсон исключительно интересная фигура, с которым я познакомился лет двадцать назад у В.И. Цалкина, а теперь встречаюсь лишь случайно, обычно в книжном абонементе Ленинки».
(ГАКО, ф. Р-139, оп.1, д.102, л.112-113).
 
Из записки А.А. Насимовича. (Получена Е.Д. Петряевым 19 мая 1978 года).
«Посылаю Вам номер «Бюллетеня МОИП», который моя близкая знакомая хотела выкинуть. Он посвящен памяти академика Б.Л. Астаурова, которого я много лет близко знал по Совету и редколлегии МОИП и неоднократно встречался в выходные в лесу на лыжах. Автор некролога был близкий мой приятель по работе в РЖ «Биология» (он замещал главного редактора), впоследствии академик АН БССР».
(ГАКО, ф. Р-139, оп.1, д.102, л.168).
 
Из письма А.А. Насимовича от 9 июля 1978 года.
«Со смертью С.С. Шварца мои связи со Свердловском ослабли, хотя теперешнего директора – Владимира Николаевича Большакова – когда-то я выводил в доктора. Он, видимо, не только директор, но и тягловая лошадь и на письма и прочее у него не стало времени. С.С. Шварц на письма отвечал очень аккуратно.
Несколько раз встречался с В.В. Алпатовым.
Редактирую для МОИП книгу кировского Н.Н. Гракова «Лесная куница». Уж очень он сер. Не умеет отчетливо выражать мысль.
Сейчас читаю с большим интересом В. Катаева «Алмазный мой венец…». Прочел, но с неприязнью, «Путешествие дилетантов» Б. Окуджавы. Зачем все это было написано?».
(ГАКО, ф. Р-139, оп.1, д.102, л.165-166).
 
Из письма А.А. Насимовича от 20 августа 1978 года.
«Сообщаю адрес В.Н. Ольшванга.
Замучился, приводя в порядок рукопись книги Н.Н. Гракова «Лесная куница», деятельного члена коллектива ВНИИОЗ».
(ГАКО, ф. Р-139, оп1, д.102, л.162).
 
Из письма А.А. Насимовича от 28 августа 1978 года.
«Пересылаю Вам открытку Николая Николаевича Данилова, который Вам, вероятно уже написал.
Анучин интересный географ. В спорах, о которых Вы вспоминаете (начало 60-х годов), победа осталась за другими, но он упорно отругивался.
Я еще не отучился читать диссертации и статьи, на которые пишу отзывы. Большинство людей моего возраста давно пишут отзывы, не читая или, как они сами говорят, «читая поперек».
Из открытки Н.Н. Данилова в адрес А.А. Насимовича от 21 августа 1978 года из Свердловска.
«В.Н. Ольшванг работает в моей лаборатории. Его отец работал в Пермском университете, а затем много лет в университете Свердловска. О вятских корнях семейства они не говорили, но может родством и связаны, так как фамилия редкая. Сейчас В.Н. Ольшванга нет – он в поле».
(ГАКО, ф. Р-139, оп.1, д.102, л.160-161).
 
Из письма А.А. Насимовича от 01 января 1979 года.
«Л.И. Красовскому продолжает писать его ученик В.А. Чащухин, работающий во ВНИИОЗ.
Н.Н. Бакеев, наконец, пристроил с кандидатской защитой свою половину – Н.М. Курис.
Т.Н. Дунаева успешно работает в амплуа заведующей зоологической секции МОИП. Эпизодически, два-три раза в месяц, я вижу ее. Иногда она мне звонит.
Нехорошо «ободрали» Окуджаву в новогодней «Литературной газете». Его «Глоток свободы» читал с интересом, а «Путешествие дилетантов» томясь и возмущаясь. В «Литературке» выругали же все «с плеча».
(ГАКО, ф. Р-139, оп.1, д.102, л.176-177).

X
Загрузка