Александр Герцен и Ротшильды

(Начало)

 

 

19. Ротшильды Герцену в Ниццу, 13 февраля 1852 (80)
 
Господину Александру Герцену в Ниццу, Дом Ду
Мы имеем честь, сэр, представить Вам состояние Вашего счета на 12 и с балансом в франках, и мы просиv Вас […].
Поскольку Вы выразили желание использовать часть Вашего кредита у нас для приобретения бельгийских акций, мы имеем удовольствие ассигновать Вам сумму в 3000 франков в акциях по новому 5% займу, которое объявило правительство Бельгии по [предложенной] цене 100 и процентами, которые пойдут с 1 ноября. Мы внесли в дебет 6000 франков на Ваш счет. Это вложение более выгодно, чем если бы мы купили 2 […]%, которые в пропорции более дорогие, и мы были бы благодарны, если бы дали нам знать, хотите ли Вы приобрести облигации на предъявителя или зарегистрировать вложение на Ваше имя.
Мы имели честь получить Ваше письмо от 8 января и согласно Вашим указаниям выплатили сумму в 4000 франков вдове госпоже Шпильман через Шультеса в Цюрихе, [и поэтому] 2040 франков были внесены в дебет на Вашем счете. Мы проделали все необходимое в содержащемся в Вашем предыдущем письме с доверенностью, чтобы перевести Ваши 5000 франков 3% ренты. Мы были бы очень обязаны, если бы выслала нам обратно копию предоставленного Вам регистрационного документа, который теперь нужно аннулировать, поскольку рента продана и больше не находится в Ваших руках.
Искренне Ваши.
 
20. Ротшильды Герцену, 23 марта 1852 (85)
 
Согласно того, что мы уже имели честь сообщить, у нас есть […] ассигновать Вам 3000 франков в бельгийских [акциях] в новой займе по [цене] 100, 60000 в франках – внесены Вам в дебет.
Вот документ, заверяющий регистрацию того, что мы сделали от Вашего имени, в Большой книге общественных долгов Бельгии (четвертый ряд, № 9), не могли бы Вы забрать его.
Согласно с Вашими пожеланиями мы попросили Национальный учетный банк включить Ваши 25000 франков в тендер, который будет проходить 3 апреля следом за займом Новый Город Париж. Мы […] заблаговременно уведомим Вас, на какую сумму будет включен Ваша заявка. Мы уверены, что этот Заем является чрезвычайно хорошим использованием денег, и что вы выбрали для этого нас.
Остаемся искренне Ваши.
 
21. Герцен Ротшильдам, 14 апреля 1852, из Ниццы (88)
 
Дорогой господин Шаумбург,
У Вас есть карт-бланш распорядиться 25000 франков, взять облигации Железнодорожной компании Лион-Авиньон.
В настоящее время сам я не могу ни писать, ни думать, поскольку у моей жены сейчас рецидив, и нет никакой надежды.
Мои письма полны пессимизма.
До свидания, с благодарностью жму Вашу руку.
Искренне Ваш, А. Герцен.
Я выписал сумму в 3500 франков со счета в Доме на госпожу Рейхель. А примерно десять дней назад я получил письмо от господина Ротшильда, содержащее бельгийский сертификат на 3000 франков в акциях.
В случае несчастья в моем доме я выпишу следующий вексель на [имя] Рейхель от 3 до 5000.
 
22. Ротшильды Герцену в Ниццу, 19 апреля (94)
 
Господину Александру Герцену в Ниццу, Дом Ду
Мы имеем честь передать Вам этим письмом 25 облигаций займа Лион-Авиньон, которые мы присвоили Вам согласно Вашему желанию по предложенной цене 1050, что составит 26250 франков, которые мы выставили в дебет на Ваш счет. В Вашу ячейку мы кладем временный сертификат, пока не сможем обменять его на постоянные облигации корпорации, что будет сделано позже.
На Ваш счет мы внесли в дебет Ваше указание выплатить 3500 франков госпоже Рейхель и тепло приветствуем любые Ваши требования, которые мы в состоянии выполнить.
Искренне Ваши.
 
23. Герцен Ротшильдам, 19 мая 1852, из Ниццы (97)
 
Несчастье, которое я с ужасом ожидал, настигло меня. Я потерял жену.
За шесть месяцев в моей семье остались только я и трое детей. Раны слишком кровоточат, чтобы я мог говорить. Моя судьба хранит моих детей лучше. Но для меня и это не защита.
Значительные траты, которые повлекло это событие, вынудили меня выписать еще вексель, оплачиваемый господину Адольфу Райхелю на 5000 и с сегодняшней датой, кроме этого еще выплачиваемый господам Авигдор (10000 франков), датированный, я думаю, 6 мая. Днями он придет на возмещение. Я умоляю Вас проследить за ним, поскольку мне кажется, я исчерпал свой доход.
Кроме этого я должен отправить 10000 франков в Россию (адрес укажет госпожа Рейхель). Могу ли я попросить господина Ротшильда отослать это или вы посоветуете мне начать с продажи некоторых ценных бумаг, например, части испанских акций (анонимных). Будьте любезны отдать часть их господину Райхелю.
Ваш покорный слуга, Ал. Герцен
 
24. Герцен Ротшильдам, 21 мая 1852, из Ниццы
 
Господам Ротшильдам в Париж
Не будете ли Вы любезны отдать необходимые указания одному из Ваших банков-корреспондентов в Москве выплатить Георгию Герцену, проживающему в Москве и владельцу дома, сумму в десять тысяч франков, завещанную Натальей Герцен, моей супругой, которую я потерял в этом месяце, род занятий которого ему известен. Не дадите ли указание по выплате этой суммы с моего счета.
Полностью Ваш, Александр Герцен.
 
25. Герцен Ротшильдам, 31 июля 1852, из Берна (104)
 
Господам Ротшильдам в Париж
Имею честь уведомить Вас, что я выписал вексель на Ваш Дом на сумму три тысячи франков, выплачиваемый господину Крафту в Берне. Я был бы благодарен, если бы Вы выплатили указанную сумму и занесли это на мой счет.
Искренне Ваш, Александр Герцен
31 июля 1852
Берн. Отель Корона
 
26. Герцен Шаумбургу, 16 февраля 1853, из Лондона (106)
 
Множество дел и отъезд двух моих друзей в Америку не позволили мне поехать прямо в Париж, [и] я дума., мне придется остаться здесь до марта. Через некоторое время я обращусь к Вам с небольшим делом.
В Вашем Доме есть регистрационный документ на 6000 пиастров 3% ценных бумаг Испании со сроком начисления процентов с 31 декабря 1849года. Теперь я хотел бы продать эти акции (согласно опубликованному Мадридской Биржей в Таймс с объявленной ценой 42) по 40-42 или около этого. Прибыль от продажи я даю взаймы господину Николаю Мельгунову на шесть месяцев, соответственно я вручаю ему документ о признании долга, данный мне Домом Ротшильдов. Господин Мельгунов попросит Вас принять вексель, выплачиваемый мне, и оплатить все затраты, комиссию, перевод и прочие [затраты].
Я думаю, этого письма будет достаточно, что закрыть дело, поскольку владение акциями не зарегистрировано на меня.
Не будете ли Вы любезны послать мне состояние счета на конец года.
Всегда Ваш преданный слуга, А. Герцен
 
27. Ротшильды Герцену, 19 марта 1853 (111)
 
Господину Герцену в Лондон
Имеем честь представить отчет о положении дел, который мы составили после объявления 3% Пьемонтского займа по цене 69%, 3000 франков ренты, проценты по которой выплачиваются с 1 февраля 1853, а именно
 
3000 франков ренты при 69%                                 69000 франков
            вычесть […] из
            с 18 марта по 11 июня ([…]
            из сроков выплаты
            85 дней по 4%                                               651,65
            Чистая задолженность на Вашем [счете]  68348,35
франков
Мы оставим сертификаты на эти 3000 франков ренты в Вашем распоряжении на депозите нашего Дома
Согласно Вашим указаниям мы предоставим Вам все преимущества от 60000 флоринов 21/2% датских акций , которые вы […]. По этому поводу мы вкладываем необходимые образцы доверенности, что обеспечить перевод этого капитала. Не затруднит ли Вас выслать нам копии как можно быстрее.
Остаемся Ваши.
 
28. Ротшильды Герцену в Лондон, 11 апреля 1853 (115)
 
Господину Герцену в Лондон
Имеем честь передать отчет о продаже Ваших датских 21/2% акций на 60000 флоринов, произведенной в Амстердаме и давшей в соответствии со следующим противоположным […] 82193 франка, которые мне кредитовали на Ваш счет.
Остаемся искренне Ваши
 
29. Ротшильды Герцену в Ричмонд, 12 октября 1854
 
Копия находится в 132 AQ, том 1872, лист 563. Она плохого качества, очень выцвела, и множество слов не читается. Она адресована Герцену в Ричмонд, 3-я Терраса Св. Елены, куда он переехал в 1854, возможно в июне (см. Карр, стр. 328, список мест проживания Герцена с 1852 по 1865). В письме речь идет о выплате пяти сумм процентов в начале года, общим счетом 7500 франков по бельгийской ренте , которую Герцен приобрел в феврале 1852 (см. письмо 19 выше).
 
30. Герцен Шаумбургу, 14 сентября 1857, из Лондона
 
Дорогой господин Шаумбург
Имею честь послать бельгийский регистрационный документ на 3000 франтов ренты. Проценты не снимались с ноября 1855. Не могли бы Вы снять через своего агента в Брюсселе деньги на три полугодия и взять на себя труд послать мне регистрационный документ и сумму обратно в Лондон, в Лондонский дом Ротшильдов.
Я пишу Вам из его офиса и заверяю Вам в уважении и дружбе, А. Герцен.
 
31. . Герцен Шаумбургу, 6 октября 1857, из Лондона
 
Мой дорогой Шаумбург,
Господин Мельгунов просит меня взять на себя его долг в 6000 франков. Поскольку он очень обеспокоен полученным предупреждением должника, я с моей стороны прошу Вас перевести долг на мой счет.
Несколько дней назад я послал Вам доверенность на продажу бельгийской ренты на 3000 франков – Я буду благодарен, если Вы напишите мне словечко о том, что сделано.
С наилучшими пожеланиями, Ал. Герцен.
 
32. Ротшильды Герцену в Лондон, 7 октября 1857
 
Господину Александру Герцену
Имеем честь передать уведомление о продаже бельгийской 5% ренты на 3000 франков, переведенных на Ваш счет в Брюсселе, который достиг следующей суммы, 59279,26 франков, кредитованных Вам. Поскольку в противовес этому мы внесли в дебет для приобретения на Ваш счет 223 облигаций железной дороги Лион-Женева  на сумму 59206,50 франков. Мы оставляем эти облигации в Вашем распоряжении в нашем Доме в соответствии со специальной сохранной распиской.
Поскольку господин Мельгунов не оплатил свою облигацию в срок, выпадающий на 1 октября, мы ее опротестовали; в соответствии с нашим вчерашним письмом мы перевели указанную гарантию с протестом Вам и внесли в дебет на Ваш счет 6000 франков.
Плюс проценты за 6 месяцев по 6%           180
Затраты на опротестование                         40,50
Итого                                                              6220,50
Мы пользуемся возможностью сообщить, что по-прежнему искренне Ваши
 
33. Ротшильды Герцену в Лондон, 18 января 1859 (124)
 
Сэр,
Мы получили ваше письмо от 24 декабря и согласно переданному Вами запросу имеем удовольствие выслать в этом письме отчет о состоянии Вашего счета у нас на 31 декабря с балансом в Вашу пользу: 12570,27 франков, который мы переносим на Ваш новый счет. Мы надеемся, Вы сочтете этот отчет верным, мы также были бы рады узнать, что это именно так, как только позволят обстоятельства.
В ответ на сделанный Вами запрос мы просим Вас, сэр, связаться с нами по вопросам Ваших дел, которые мы, как и прежде, будем рады выполнить.
Остаемся искренне Ваши
Господину Ал. Герцену
Парк Хаус, Перси Кросс, Фулхэм,
Лондон.
 
34. Герцен Ротшильдам, 6 января 1863
 
Господам братьям Ротшильд в Париж
Не будете ли Вы так любезны, передать имеющиеся в моем распоряжении десять тысяч франков Вашему Лондонскому Дому, я так же прошу Вас послать одному из Ваших банков-корреспондентов во Флоренции тысячу пятьсот франков и выплатить их мадемуазель Мальвиде фон Мейзенбуг.
Будьте добры поставить меня в известность, как она сможет получить деньги во Флоренции.
Я был бы очень благодарен получить с Вашим ответом отчет о состоянии счета за 1862.
Искренне Ваш, Александр Герцен
 
35. Герцен Ротшильдам, 27 августа 1865, из Женевы (129)
 
Господам братьям Ротшильд в Париж
Сэр,
Имею честь сообщить Вам, что я уполномочил Центральный банк Швейцарии в Женеве получить в Вашем Доме восемь тысяч франков, и я был бы очень благодарен, если бы Вы их выплатили и положили на мой счет.
Искренне Ваш, Ал. Герцен
27 августа 1865
Шато Буасьер, Женева
 
36. Герцен Ротшильдам, 18 апреля 1866, из Женевы
 
Господам Ротшильдам В Париж
Сэр,
Через Ваш Дом я перевел двести двадцать три облигации [N-483] Лиона-Женеву – квитанция датирована 7 октября 1857. Я прошу Вас послать 23 из них и предоставить сумму в мое распоряжение.
Жду от Вас ответа и остаюсь искренне Ваш, Александр Герцен
18 апреля 1866
Женева, набережная Мон Блан,7
 
37. Ротшильды Герцену в Женеву, 23 апреля 1866 (134)
 
Нашим письмом от 21 прошлого месяца мы представляем, сэр, подробный отчет об операциях, которые, что подтверждает наше письмо, мы выполнили.
Продано 23 облигации Лион-Женева (1857)
По 302,50                                                       6957,50 франков
            Маклерство 1/8%                  9,20 фр.
            Комиссия                               8,70     17,90
            Итого                                                  6939,60 франков
Которые мы кредитуем на Ваш счет основного капитала завтра.
Не будете ли Вы так любезны написать нам об этом. Остаемся искренне Ваши
 
38 Герцен Ротшильдам, 18 ноября, из Женевы
 
Господам братьям Ротшильд в Париж
Господа,
Имею честь сообщить, что я перевел в Ваш Дом сумму 6000 франков (шесть тысяч франков), которая должна быть выплачена Центральному банку Швейцарии в Женеве. Я был бы благодарен, если бы Вы выплатили эту сумму и внесли в дебет моего счета.
Искренне Ваш, Александр Герцен.
 
39. Герцен Ротшильдам, 21 ноября 1866, из Женевы
 
Господам братьям Ротшильд в Париж
Господа,
Имею честь просить Вас объявить продажу двадцати пяти облигаций Лион-Женева, которые есть на Вашем депозите (с 7 октября, 1857, № 483). Оставшиеся облигации (семьдесят пят) будут храниться у Вас. Что касается процентов, я бы попросил перевести мне в Женеву на мой адрес набережная Мон-Блан,7, первый этаж.
Остаюсь искренне Ваш, Ал. Герцен
21 ноября 1866
Женева
 
40. Ротшильды Герцену в Женеву, 24 ноября 1866 (140)
 
Господину А. Герцену
набережная Мон-Блан,7 в Женеве
Письмом, посланным вчера, подтверждаем продажу 25 облигаций Лион-Женева, и по этому поводу посылаем подробный отчет об этой операции
Продажа 25 облигаций Лион-Женева
А именно 4 по 307                                        1228,00 франков
            21 по 306,50                                       6436,50
                                                                        7664,50
            Маклерские услуги 1/8% 11,10
            Комиссия                   9,60                 20,70
                                                                        7643,80
которые мы кредитуем на Ваш счет. В ответ на пожелание, выраженное в Вашем письме от 21 прошлого месяца мы выставляем Вам под зарегистрированным рассмотрением сумму 7600 франков, которые выставляются в Вам дебет.
Не будете ли Вы любезны, известить нас о получении отправления. Остаемся искренне Ваши.
 
41. Герцен Ротшильдам, 26 ноября 1866, из Женевы
 
Господам братьям Ротшильдам в Париж
Господа,
Имею честь известить Вас, что я получил вчерашнюю сумму 7600 франков, высланную мне, и возвращаю квитанцию.
Искренне Ваш, Александр Герцен
 
42. Герцен Ротшильдам, 2 февраля 1867, из Флоренции
 
Господам братьям Ротшильдам в Париж
Господа,
Имею честь известить Вас, что только что представил Вашему Дому чек, который нужно выплатить господину Ф. Вагнеру, на сумму пять тысяч франков, которые я просил Вас ему выплатить и внести в дебет на мой счет.
Я был бы крайне благодарен, если бы выслали мне состояние мое счета за прошедший год.
Остаюсь преданный Вам, Александр Герцен
2 февраля 1867
Мой адрес во Флоренции – Виа Санта Монака,41, второй этаж
 
43. Ротшильды Герцену во Флоренцию, 12 февраля 1867
 
Данная копия находится в 132 AQ, том 2288, листы 128-29. Дата частично выцвела, но различить ее можно по соседним буквам. Письмо адресовано Виа Санта Монака,41 во Флоренции (письмо 42 выше). Большая часть содержания копии выцвела и полностью исчезла. Однако, в письме, очевидно, речь идет об ответе на письмо Герцена от 2 февраля, поскольку подтверждается получение предыдущего письма от Герцена в начале февраля 1867, в котором он дает банку указание отправить чек на 5000 франков.
 
44. Герцен Ротшильдам, 15 февраля 1867, из Флоренции (146)
 
Господам братьям Ротшильдам в Париж
Господа,
Имею честь послать Вам подписанную мной квитанцию на отправку от 12 февраля. Благодарю Вас за отчет – но мне кажется, что я не получил отчет за первые шесть месяцев 1866.
Искренне Вам, Алекс Герцен
Флоренция
15 февраля 1867
Виа Санта Монака,41, второй этаж
45. Ротшильды Герцену во Флоренцию, 28 февраля 1867 (149)
 
[…] уведомляют господина барона Александра Герцена, что они получили письмо, посланное им 15 прошлого месяца, и напоминают ему, что 2 августа 1866 они послали ему отчет о состоянии его счета за первые шесть месяцев интересующего его года до 20 июня, в котором баланс составляет 14672,70 франков в его пользу.
28 февраля [186]7, во Флоренцию
 
46. Герцен Ротшильдам, 27 апреля 1867, из Женевы
 
Имею честь уведомить Вас, только что представил Центральному банку Швейцарии чек Вашего Дома на сумму восемь тысяч франков. Я был бы благодарен, если бы Вы возместили им эту сумму и занести дебет на мой счет.
Искренне Ваш Алекс. Герцен
27 апреля 1867
Женева, набережная Мон Блан,7, 1-ый этаж
 
47. Герцен Ротшильдам, 18 июня 1867, из Женевы
 
Господа,
Имею честь уведомить Вас, только что представил Центральному банку Швейцарии чек Вашего Дома на десять тысяч франков. Я был бы благодарен, если бы Вы дали [своим работникам] указание принять данный чек и занести дебет на мой счет.
Остаюсь искренне Ваш Александр Герцен.
Господам братьям Ротшильд в Париж
 
48. Герцен Ротшильдам, 22 июня 1867, из Женевы (151)
 
Господам братьям Ротшильд в Париж
Господа,
В 1849-50 через Ваш Дом я приобрел 6% акции США, которые можно продавать после 31 декабря 1867 на сумму шестьдесят тысяч долларов. Приближается срок оплаты. Я хотел бы обналичить сумму и выгодно вложить ее; я предполагаю, что капитал будет выплачен золотом и по номинальной стоимости.
Исключительное внимание, с которым Ваш Дом всегда дает мне советы – на протяжении двадцати лет – придает мне смелости обратиться к Вам за информацией. По этому делу я готов приехать в Париж. Но прежде всего я прошу удостоить меня чести получить ответ.
Остаюсь искренне Ваш, Александр Герцен.
22 июня 1867, Женева
набережная Мон Блан,7, 1-ый этаж
 
49. Ротшильды Герцену в Женеву, 25 июня 1867 (153)
 
Господину Александру Герцену
набережная Мон Блан,7 в Женеве
Рады были получить от Вас письмо от 22 прошлого месяца, и в ответ на его содержание сообщаем Вам, что 6% американские акции, приобретенные Вами через [нас] в 1850 действительно будут выплачиваться золотом и по номинальной стоимости с 1 января 1868.
Чтобы обеспечить возмещение, Вам необходимо дать нашему агенту в Нью-Йорке, господину Огюсту Бельмону доверенность, образец которой будет Вам выдан американским консулом в Вашем городе, который должен будет также сделать передаточную надпись.
Остаемся искренне Ваши
50. Ротшильды Герцену в Ниццу, 8 августа 1867
 
Данная копия находится в 132QA, том 2308, лист 316. Большая часть слов не читается. В начале письма речь, очевидно, идет ставке дивидендов, которую штат Виржиния теперь выплачивает по старым акциям, принадлежавшим Герцену, что подтверждает в своем ответе Герцен (письмо 51 ниже).
 
51. Герцен Ротшильдам, [11] августа 1867, из Ниццы
 
Господам братьям Ротшильд в Париж
Только что получил посланный мне в Женеву отчет и имею честь уведомить Вас, что также получил Ваше письмо от 8 августа, в котором речь идет об обналичивании 1228 франков 60 сантимов, которые выплатил штат Виржиния.
Через 10 дней я намерен приехать в Париж для продажи моих американских акций (6% США, продажа которых начнется 31 декабря 1867) – пока останусь в Ницце.
Остаюсь искренне Ваш, А. Герцен.
Ницца, Променад Дезангле,7
 
52. Ротшильды Герцену в Женеву, 27 августа 1867
 
Данная копия находится в 132QA, том 2310, лист 199. Чернила на ней почти полностью выцвели, кроме даты, имени Герцена, приветствия в конце и ссылки в конце письма на предыдущее письмо банка, возможно 25 июня (т.е. письмо 49 выше).
 
53. Ротшильды Герцену в Ниццу, 21 сентября 1867 (157)
 
Господин А. Герцен
Ссылаясь на Ваше письмо от 8 августа, имеем честь сообщить, что штат Виржиния имеет с учетом процентов за 1866 старые акции, затем последует капитализация, которая принята для вычисления процентов за предыдущие пять лет.
Поэтому нам на Ваше имя пришел новый сертификат […].
В то же время у нас есть бонус в 150 долларов, представляющий собой 1%, который мы должны были выплатить в прошлом июле.
Наш агент в Нью-Йорке сообщим нам, что данный бонус был отложен на некоторое время, и штат Виржиния пока продолжает его задерживать до следующего уведомления выплатить только 2/3 процентов, выпадающих на старые акции, такое положение сохраняется в течение полугода, начиная с прошлого июля.
Мы оставляем вышеупомянутые сертификаты в Вашем распоряжении, а также уведомляем Вас, что выставили Вам в дебет 11 франков и 60 сантимов за расходы, которые повлекли за собой [т.е. сертификаты].
Остаемся искренне Ваши.
 
54. Герцен Ротшильдам, 25 сентября 1867, из Парижа
 
Господам братьям Ротшильд в Париж
Господа,
Имею честь вручить Вам сертификаты на американский заем – 1847-1867 – на сумму шестьдесят тысяч долларов. Я хочу продать их сейчас на лучших условиях и разделить проценты от всей суммы на две равные части, я также прошу дать Вашим работникам указание приобрести на половину [их] 6% американские акции, выплачиваемые золотом в 1882 году, а другую половину оставить у Вас, чтобы они были предоставлены в мое распоряжение после принятия необходимых действий, обеспечивающих страховку.
Прилагаю, господа, доверенность на имя господина Огюста Бельмона, заверенную американским консулом в Париже, и вкладываю список сертификатов.
Остаюсь преданным Вам, Александр Герцен.
25 сентября 1867
Париж, ул. Шоссе д’Антон,26
P.S. Поскольку через несколько дней я уезжаю из Парижа, прошу писать мне после 1 октября в Ниццу (Alp. Mar.) Променад Дезангле, 27.
Errata (список опечаток). Вместо того, чтобы послать Вам вторую часть процентов от продажи, о чем я писал выше, я попросил господина Бельмона оставить их в моем распоряжении и просто поставить меня об этом в известность.
Александр Герцен.
Список сертификатов американского займа – на имя Александра Герцена – подлежащих оплате 31 декабря 1867.
 
55. Герцен Ротшильдам, 7 октября 1867, из Ниццы
 
Господин барон,
Вернувшись в Ниццу, я обнаружил здесь Ваше приглашение на 30 сентября. К сожалению, я уехал из Парижа 29-го.
Дело с продажей моих 60000 долларов американского займа продвигается, и надеюсь, благополучно закончится к началу ноября. Т.е. я воспользуюсь Вашим предложением и попрошу Вас проконсультировать меня по поводу вложения половины капитала.
Остаюсь искренне Ваш, Алекс Герцен.
7 октября 1867
Ницца (Alp. Mar.), Променад Дезангле, 27.
 
56. Ротшильды Герцену в Ниццу, 9 ноября 1867 (160)
 
Господину А. Герцену
Променад Дезангле, 27 в Ницце
Имеем честь уведомить Вас, сэр, что Ваши 60000 долларов капитала Соединенных Штатов 6% проданы в Нью-Йорке по 144, и что при обмене 38500 долларов займа США приобретено 1862 по цене 111 ¾. Посылаем также Вам подробный отчет об этой двойной операции, из которого очевиден баланс 42920,56 долларов в Вашу пользу, которые мы оставляем в Вашем распоряжении при условии вычета нашей комиссии в ¼% от 86100,11 долларов, т.е. 215,25 долларов.
Не будете ли вы так любезны дать нам указания относительно использования этой суммы. Остаемся искренне Ваши.
 
57. Герцен Ротшильдам, 12 ноября 1867, из Ниццы
 
Господам братьям Ротшильд в Париж
Господа,
Имею честь уведомить Вас, что я получил письмо от 9 ноября, содержащее подробности продажи моего капитала в Нью-Йорке и осуществленном приобретении.
Что касается оставшегося капитала в 42705, я хочу перевести 10000 долларов в Европу в Ваш Дом в мое распоряжение. Прошу дать распоряжение своим работникам приобрести на остаток 32705 долларов тот заем США 5.20 (1862), при условии, что проценты выплачиваются золотом.
Нужна ли для получения процентов в Вашем Доме другая доверенность?
Искренне Ваш, Александр Герцен.
 
58. Ротшильды Герцену в Ниццу, 16 ноября 1867 (163)
 
Мы имели честь получить посланное Вами 18 прошлого месяца письмо и согласно Вашему указанию дали господину Бельмону задание произвести покупку на 32705 долларов американских акций 5.20 1862г. из тех 42705 долларов, которые есть в Вашем распоряжении в нашем Доме, и отложить остаток. Подробно об этом мы и отчитаемся Вам, как только получим письмо с сообщением о том, что наши указания выполнены. Что касается разрешения, о котором вы говорили, воспользоваться им нельзя, поскольку последние приобретенные для Вас сертификаты являются скорее неименными облигациями, и не именными ценными бумагами. Остаемся искренне Ваши.
 
59. Герцен Ротшильдам, 17 декабря 1867, из Милана (165)
 
Господам Ротшильдам в Париж
Господа,
Имею честь сообщить Вам, что я дал сыну вексель на четыре тысячи пятьсот франков, который будет выплачен во Флоренции банкиру господину Вагнеру, и еще один на сумму три тысячи пятьсот франков Центральному банку Швейцарии в Женеве. Прошу, соответственно,  принять их и внести в дебет на мой счет.
Буду ждать второго ответа из Америки в Ницце (Променад Дезангле, 27)
Остаюсь искренне Ваш, Алекс. Герцен
 
60. Ротшильды Герцену в Ниццу, 18 декабря 1867 (167)
 
Господину Александру Герцену
Променад Дезангле, 27 в Ницце
Подтверждаем, что письмо наше от 16 ноября последнее, и мы уведомляем Вас, что господа Бельмон и компания приобрели на Ваш счет согласно Вашим указаниям, переданных нами от Вашего имени, на 30000 долларов Кэпитал Юнайтед Стайтс 5.20 1862 года, что в соответствии с подробным отчетом составило 32556,10 долларов, внесенных в дебет на Ваш счет. Как изложено в нашем письмо от 9 ноября, имеющийся у Вас баланс в Нью-Йорке поднялся до 42705,31 – следовательно, у Вас осталось сегодня 10149,21 долларов, на которые мы Вас кредитуем по [обменному курсу] 3,75. В франках это составит 38059,55.
Не будете ли Вы так любезны, обратить на это внимание. Примите наши лучшие пожелания.
 
61. Герцен Ротшильдам, 29 декабря 1867, из Ниццы
 
Господам Ротшильдам в Париж
Господа,
По возвращении из Ниццы я имел честь получить Ваше письмо от 18 декабря, содержащее подробный отчет о покупке американских акций.
Я хотел бы получить десять тысяч франков здесь в Ницце и прошу предоставить их в мое распоряжение в Банке Франции, имеющем здесь отделение, или через любой другой канал, который Вы считаете лучше.
Еще я просил бы Вас выслать отчет за 1867.
Остаюсь искренне Ваш, Александр Герцен
29 декабря 1867
Променад Дезангле, 27
3-ий этаж
Ницца (Alp.Mar.)
 
62. Ротшильды Герцену в Ниццу, 31 декабря 1867 (175)
 
Господину Александру Герцену
Променад Дезангле, 27 в Ницце
Мы имели честь получить Ваше письмо от 29 прошлого месяца, и чтобы исполнить Ваше пожелание, мы отправили заказной почтой тратту на 10000 франков, которые вносит Вам в дебет.
Не будете ли Вы так любезны, подтвердить получение данной суммы. Остаемся искренне Ваши.
 
63. Герцен Ротшильдам в Париж, 11 ноября 1868, из Женевы (177)
 
Господам Ротшильдам в Париж
Господа,
Просьба выплатить Центральному банку Швейцарии пять тысяч франков денежным переводом (документ с указанной на нём суммой денег; приобретается в банках или почтовых отделениях; имя получателя указывается самим покупателем) с поступлением 11 ноября – сумму следует занести в дебет на мой счет.
Искренне Ваш, Алекс. Герцен
Отель де ла Пэ – 14
Женева
 
64. Герцен Ротшильдам, 21 декабря 1868, из Ниццы
 
Господам Ротшильдам в Париж
Господа,
Имею честь сообщить Вам, что я выписал тратту на пять тысяч франков, которые нужно выплатить господам братьям Лакруа в Ницце, а также еще одну на две тысячи пятьсот франков для выплаты моему сыну доктору Алекс. Герцену во Флоренции.
Тем самым я прошу занести эти две тратты на мой счет и послать их мне 1 января 1869.
Остаюсь искренне Ваш, Ал. Герцен.
21 декабря 1868
Ницца, вилла Филиппи
Руэлле Мерладзоне
 
65. Ротшильды Герцену в Женеву, 29 июля 1869
 
Данная копия находится в 132 AQ, том 2389, лист 560. На ней почти не осталось следов чернил. Все, что различить, кроме даты и имени Герцена, а также части адреса (который на тот момент был бульвар Пленпале в центре города), это то, что у Герцена есть на счете кредит, кажется 19932,40 франка.
 
66. Ротшильды Герцену во Флоренцию, 19 июля 1870
 
Данная копия находится в 132 AQ, том 2430, лист 167. И снова почти ничего не сохранилось, кроме даты, имени Герцена и местонахождения, а также приветствие банкиров в конце.
 
67. Ротшильды оставшемуся в живых сыну Герцена во Флоренцию, 21 февраля 1871 (179)
 
Мы только что получили Ваше письмо от 7 прошлого месяца и в ответ спешим сообщить Вам, что не можем, при настоящим обстоятельствах, кредитовать Вас через Ландау во Флоренции двадцать пять тысяч франков, которые Вы просите выдать Вам.
В соответствии с Вашим желанием мы собираемся реализовать в Брюсселе акции Бельгийский капитал по 2 1/2% на 80000 франков. Полученное в результате этой операции мы предоставим в Ваше распоряжение, как только она будет осуществлена.
Как и Вы предполагали, необходимо дать нам доверенность, чтобы мы могли получить результат продажи в Нью-Йорке Ваших акций Виржинии. Данный документ нужно предоставить нам незаполненным, а также ее будет необходимо заверить у американского консула в стране, где Вы проживаете.
Ставим Вас в известность, что господа Н.М. Ротшильд и Сын […] Вам в декабре прошлого года […].
Примите наши лучшие пожелания.
 
Ссылки:
 
  1. Данная копия письма Ротшильда находится в 132 AQ, том. 1812, листы 146-47. Дата на письме не ясна, но ее можно вывести из даты предыдущего и следующего писем в регистре. Текст на первом листе до самого конца листа очень расплывчатый, первый лист вообще трудно читать. Второй лист в лучшем состоянии.
  2. О вкладах Герцена в бельгийский пакет акций см. примечание 12 выше.
  3. т.е. письмо 18 выше.
  4. См. примечания 69 и 76 выше.
  5. См. примечание 77 выше.
  6. Данная копия письма Ротшильда находится в 132 AQ, том. 1814, лист 253. Речь в нем идет о двух существенных вкладах в установленном размере 85000 франков, причем эти деньги стали принадлежать Герцену после смерти его матери.
  7. См. второй параграф письма 19 выше.
  8. Этот заем помог поддержать насыщенную программу реконструкции города, проходившей в Париже под руководством барона Жоржа-Эжена Хауссмана (1809-1891), во времена Второй империи правления Луи Наполеона.
К ужасу Герцена политический комедиант Луи Наполеон совершил 2 декабря 1851 года государственный переворот и в первую годовщину переворота провозгласил себя императором Наполеоном III. С другой стороны для Герцена-инвестора переворот был выгоден, поскольку восстановил доверие между инвесторами после периода, когда они были одолеваемы заботами о том, что выборы, назначенные на 1852 год, принесут пользу фракциям радикальных республиканцев и социалистов. И приведут обновленной политической, социальной и экономической нестабильности, как это было в стране в 1848 году. Вслед за захватом власти Наполеоном наличие свежего капитала вызвало бум. Предложение муниципальных облигаций, внесенное префектом Сиены для финансирования общественных работ Наполеона, например, дало около 61 миллиона франков.
Вложение Герцена в эту программу реконструкции, любимый проект Наполеона, противоречило политической враждебности к новому императору. Пикантным является также тот факт, что одним из следствий реконструкции должно было стать облегчение прохождения города войсками, на длинных, прямых, широких бульварах, заменивших узкие улочки таких кварталов, как Сент-Антуан, было легче подавлять городские мятежи подобные тем, что Герцен симпатизировал в предыдущие двадцать лет.
Конечно, удивляться тому, как охотно Герцен вкладывал в этот проект, символичный для Второй империи, значит не видеть огромных выгод для парижан. Проект Наполеона и Хауссмана помог создать более просторную, благополучную в санитарном плане среду, где больше открытых пространств и множество парков и садов, знакомых каждому нынешнему гостю Парижа. О программе реконструкции и финансировании ее см. Дэвид Х. Пинкни, Наполеон III и перестройка Парижа (Принстон, НЙ, 1958).
  1. Это письмо, так же как и письмо Герцена от 8 января 1952г. (письмо 18 выше) написано на почтовой бумаге с черной рамкой. Ко времени его написания Наталья серьезно заболела. Она всегда была слаба здоровьем, к тому же жестокий удар был нанесен эмоциональной травмой, нанесенной отношениями с Хервегом, тем, что Герцен узнал об этих отношениях, в результате чего в течение 1851 года на нее сыпались постоянные обвинения. Смерть сына Коли и свекрови в ноябре 1851г., конечно, тоже ба серьезным ударом. Еще более ослабленная беременностью, она сражена плевритом, и у Герцена осталось мало надежды, что она выживет.
  2. Шаумбург – это помощник Джеймса де Ротшильда, и часто именно он занимается вопросами Герцена и предлагает помощь или советы семье Герцена и его друзьям. Из частых ссылок на него в другой переписке Герцена очевидно, что Герцен не только постоянно консультировался с ним, но и очень доверял ему и относился очень тепло.
  3. Здесь Герцен явно признает свободу, которую он предоставляет Ротшильдам в своих финансовых делах.
  4. Джеймс де Ротшильд не торопился вкладывать в здание железнодорожного вокзала, но когда все-таки в 1847г. вложил в дорогу Лион-Авиньон, то вложил много, т.е. два и три четверти миллиона франков. Именно этот проект сейчас поддерживает Герцен.
Коллекция бумаг Герцена в САМТ включает сертификаты, адресованные Герцену и датированные 13 апреля 1852г., сообщающие ему, что он включен в заем для железной дороги Лион-Авиньон, 25 акций по цене 1050 франков каждая. Об этом вложении см. также письмо 22 ниже.
  1. В заключительных строках письма, можно предположить, Герцен выражает искреннюю признательность за выказываемое Ротшильдом понимание.
  2. Адольф Рейхель (1817-1896) – немецкий музыкант и композитор, живший в Париже. В 1850 году, через год после смерти своей первой жены, он женился на Марии, в девичестве Эрн, (см. письма 15 и 17). Рейхель был одним из многочисленных друзей Герцена, которого Герцен просил о различных услугах, когда был в Париже, особенно услугах, касающихся его дел с Ротшильдом.
  3. Данная копия письма находится в 132, AQ, том 1815, лист 561.
  4. Об этом приобретении см. письмо 21 и примечание 91 выше.
  5. См. постскриптум к письму 21 выше.
  6. Данное письмо, о существовании которого редакторы СС знали (см. xxiv, стр. 539), но не могли найти, ставит Ротшильда в известность о смерти Натальи, о предчувствии которой Герцен писал в предыдущем письме (т.е. письме 21 выше). Это одно из первых, дошедших до нас, писем Герцена, написанных после смерти Натальи. Единственное более раннее опубликованное письмо – это короткая заметка, посланная 13 мая или около того, главному государственному чиновнику Ниццы, говорящее о том, что и во время тяжелых утрат Герцен был мысленно с теми, кто страдал, поскольку просил чиновника передать 500 франков городской бедноте (там же, стр. 273).
  7. Наталья умерла 2 мая 1852 года. А 29 апреля преждевременно родила мальчика, но ребенок не выжил.
  8. т.е. Александр (Саша), Наталья (Тата) и Ольга (Оля). В этом предложении Герцен вспоминает о смерти глухонемого сына Николая (Коли) и своей матери (см. примечание 69 выше), а также Натальи.
  9. См. примечание 54 выше.
  10. О Рейхеле см. примечание 93 выше.
  11. Об испанском пакете акций Герцена см. примечание 78 выше.
  12. Сводный брак Герцена Егор (1803-82) был также двоюродным братом Натальи, поскольку Наталья была дочерью Александра Алексеевича Яковлева (1762-1825), старшего брата отца Егора и Герцена.
  13. После похорон Натальи Герцен послал своих дочерей Наталью и Ольгу к Рейхелям в Париж (см. примечание 93 выше). (Они не возвращались к отцу до апреля 1853 года, когда Герцен поселился в Лондоне). Затем он со своим сыном Сашей и одним из своих спутников Владимиром Аристовичем Энгельсоном (1821-57; см. Карр, стр. 108-118) в Италию и Швейцарию. Таким способом он хотел не только восстановить силы после своих утрат, но и найти поддержку у своих европейских друзей, собрав тем самым своего рода «почетный караул», который мог бы привлечь к суду любовника Натальи, Хервега, к которому Герцен теперь испытывал все возрастающую ненависть. В этой связи – хотя и безуспешно – он пытался привлечь таких важных деятелей культуры и политики, как композитора Рихарда Вагнера, французского историка Жюля Мишле, Прудона (см. примечание 7 выше) и французскую писательницу Жорж Санд (СС, xxiv, стр. 295-97, 307-310, 324-30, 350-51), а также менее известных деятелей в Италии. О тех, кто к разочарованию Герцена не поддержал его так, как он хотел, см. там же, стр. 286-87. Данное письмо написано во время этих поездок, на которые, конечно, нужны были деньги.
  14. Герцен лишь ненадолго остановился в Берне, куда он приехал из Люцерны 30 июля (СС, xxiv, стр. 315). 5 августа он уже был в Женеве. 1 августа он уехал из Берна в Фрибург, где получил гражданство (см. примечание 79 выше), и где 1 августа 1852г. сделал завещание (там же, стр. 315-316, 384-86).
  15. Ранним утром 24 августа 1852г. Герцен прибыл в Англию, в Дувр, и направился прямо в Лондон. Ко времени написания этого письма он поселился в доме в тихом районе неподалеку от Риджент Парка, причем дом этот принадлежал этому одному из самых беспокойных эмигрантов, живших вблизи или в самом Лондоне, и ему предстояло стать его жилищем в Англии на двенадцать лет.
Переехав в Лондон, Герцен обратился лондонское отделение Дома Ротшильдов, возглавляемое Лайонелом (1808-89). (Лайонел был сыном Натана, открывшего британское отделение Дома и племянником Джеймса). В этот период в парижское отделение Дома Герцен обращался спорадически.
Это письмо не первое, которое Герцен написал Джеймсу де Ротшильду после прибытия в Лондон. Из его письма Марии Рейхель видно, например, что он писал Джеймсу 30 августа 1852г. (СС, xxiv, стр. 323, 541). Однако, более ранних писем Джеймсу из Лондона в коллекции САМТ нет.
Письмо от 16 февраля 1853г. представляет интерес по двум причинам. Во-первых, оно иллюстрирует особое внимание, которое Герцен уделял своим финансовым делам: например, он отслеживает в Таймс цены акций и просит у банка отчет о состоянии своего счета и получает его. Во-вторых, он снова дает деньги в долг, но это не акт благородства по отношению к друзьям, а деловая операция, при которой его должник будет оплачивать все расходы, а также и проценты (см. примечание 64 выше).
  1. Предположительно один из этих друзей - прусский офицер и коммунист Август Виллих (1810-78), с которым Герцен отмечал русский Новый год (т.е. 13 января НС) в лондонских доках на борту судна, готовившегося к отплытию в Нью-Йорк (СС, xxv, стр. 10).
  2. Об испанском пакета акций Герцена см. примечание 78 выше.
  3. Таймс пишет об испанском пакете акций: «Три процента упали для 47 7/8» (15 февраля, 1853г., стр. 5) и «Три процента получили гарантированную официальную биржевую котировку для 41 ¾» (16 февраля, стр. 6).
  4. Николай Александрович Мельгунов (1804-67) был мелкий русский литератор, который в 1830-х годах писал новеллы в романтическом духе. Он был русским информатором немецкого ученого Генриха-Йозефа Кёнига, который в 1837г. опубликовал революционную книгу о русской литературе, Литературные картинки из России, которая в русском переводе вышла в 1862г. под названием Очерки русской литературы. (Об этом см. Татьяна Кузовкина «Роль книги Г. Кёнига в развенчании Булгаринского мифа, в Торонто Славик Квотерли, № 15 (зима 2006). Мельгунов также занимался музыкальной критикой. В 1840-х годах он пытался примирить враждующие лагери западников и славянофилов в русской интеллигенции. Его письма к Герцену в сопровождении вступительной статьи Н.Н. Захарьина (стр. 308-322) опубликованы в ЛН, том  62, стр. 322-82.
  5. Данное письмо находится в 132 AQ, том 1835, листы 574-75. Нижняя часть первого листа выцвела.
  6. О первых инвестициях в пьемонтский пакет акций см. примечания 53 и 54. Как показывает это письмо от 19 марта 1853г., Герцен продолжал следовать рекомендациям Ротшильдов в покупке пьемонтского пакета акций даже после того, как уехал из Ниццы и несмотря на то, что он говорил по этому поводу Хервегу.
  7. т.е. достаточное количество ценных бумаг, чтобы получить доход 3000 франков в год, а цена каждой 100-франковой купюры этой ежегодной ренты теперь была 69 франков.
  8. У Герцена было недовольство по поводу низкого уровня дохода от датских ценных бумаг (см. примечание 56 выше), а также пьемонтских ценных бумаг. Вероятно именно по этой причине он отдал Ротшильдам указание продать. В частном письме от 24-25 марта Герцен сообщил, что получил, думается, именно это письмо от Ротшильда, сообщающее, что эта продажа осуществлена (СС, xxv, стр. 33). Об этой продаже датских ценных бумаг см. также письмо 28 выше.
  9. В данном письме речь идет о продаже датского пакета акций, о том, что они готовятся исполнить это сообщалось в письме от 19 марта (см. последний параграф письма 27 выше).
О датских инвестициях Герцена можно прочесть в записях Ротшильдов выплачиваемых дважды в год дивидендов частным вкладчикам в различные пакеты иностранных акций. В списках от 1 июля 1852г. и 15 января 1853г. значится, что Герцен получил 750 (т.е. половину 2 1/2%-ов с 60000) минус комиссия ½%, составившая 3,75. Однако, в следующем списке от 11 июля 1853г. его имя вычеркнуто и на полях написано «ничего не продано» (САМТ, 132 AQ 74, папка под названием “Hollande paiements semesters 1854-1860”).
  1. О бельгийских вкладах Герцена см. примечание 12 выше и второй параграф письма 19.
  2. В сентябре 1856г. Герцен переехал в Лорел Хаус по Путни Хай Стрит, где ему предстояло жить до ноября 1858г. (см. Карр, стр. 328).
  3. Мельгунов (см. примечание 110 выше) не вернул долг Герцену. О его долге см. ЛН, том 62, стр. 357. (письмо Мельгунова Герцену от 15 мая 1857), а также стр. 353, 360, 365, 372 (из чего ясно, что долг все еще не был возвращен в феврале 1858г.), 380 и 343-44.
  4. Как видно из следующего письма (32 ниже), Герцен собирается распорядиться капиталом, дающим ежегодный доход 3000 франков, т.е. пакет акций в 60000 франков. О бельгийском пакете Герцена см. примечание 12 выше и второй параграф письма.
  5. См. примечание 119 выше.
  6. О компании Железная дорога Лион-Женева, в которой Ротшильды имели интерес в середине 1850-х годов см. Каталог архива Ротшильдов в САМТ, т.132 AQ, стр. 42. См. также письма 37 и 40 ниже.
  7. О Мельгунове им его долге см. письма 26 и 31.
  8. 24 октября 1857 Герцен, в горе от своих утрат, сообщил Марии Рейхель, что Мильгунов не вернул долг, результатом было то, что Ротшильд «состриг» с него 6000 франков (СС, xxvi, стр. 133).
  9. Данная копия находится в 132 AQ, том 1995, листы 341-42. Дата определена по датам соседних писем в этом томе. Копия в плохом состоянии, сильно выцвела, особенно в нижней части первого листа.
  10. Копия этого листа в САМТ не найдена.
  11. Герцен переехал по этому адресу 24 ноября 1858г. и жил здесь, кажется, до конца мая 1860г. (См. Карр, стр. 328).
  12. Герцен переехал по этому лондонскому адресу 15 ноября 1860г. и вынужден был здесь оставаться относительно долго, до июня 1863г. (См. Карр, стр. 328).
  13. Мальвида фон Майзенбуг (1816-1903) – немка радикальных политических симпатий, эмигрировавшая в Лондон в 1852г. Она жила в доме Герцена до 1853г., приглядывая за воспитанием двух его дочерей. Однако, обретенная в первые годы проживания в Лондоне стабильность была нарушена в апреле 1856г. приездом Огарева, с которым Герцен был близок с детства и в университетские годы, и его второй жены Натальи Алексеевны, в девичестве Тучковой (1829-1913). (Семья Герцена уже общалась с Тучковой в Италии и Франции, куда она приезжала со своим отцом и сестрами; Герцен к ней в то время был неравнодушен, возможно, даже и эротически). В определенный момент Герцен (который, стоит напомнить об этом, был взбешен любовной связью своей первой жены; см. примечание 104 выше) соблазнил, или сам поддался соблазну, Тучкову-Огареву, от которой в разное время имел еще троих детей. К 1860г. стало ясно, что дети Герцена от первой жены не могли больше жить с постоянно взвинченной Натальей Тучковой-Огаревой. В это время Мальвида фон Майзенбуг съехала из дома, взяв с собой Ольгу (младшую дочь Герцена от жены Натальи), к которой была очень привязана. Сначала она с Ольгой уехала в Париж, а затем в 1862г. в Италию, забрав также старшую дочь Наталью (Тату).
  14. Это письмо сопровождается запиской от Сотер и Ко, которая гласит: «Получили от господ братьев Ротшильдов по ордеру Центрального банка Швейцарии для отчета господину Алекс. Герцену сумму в восемь тысяч франков. Сделан дубликат. Париж, 28 апреля 1865г.
  15. В 1865г. Герцен поселился в Женеве, чтобы быть ближе к молодым радикалам России, которые съезжались в Швейцарию в начале 1860-х годов. Здесь на дороге, ведущей к городу, он снял великолепный сельский дом, которым когда-то владела разведенная жена сына российского императора Павла (правил 1796-1801), именно отсюда и написаны эти письма. С политической точки зрения переезд Герцена в Женеву нельзя считать успешным. У нового поколения русских социалистов, представители которых собирались в Швейцарии, были в отличие от Герцена воинствующие взгляды, и, имея более низкое социальное происхождение, они презирали его богатство и благородные методы. (О поездке, а позже и переезде Герцена в Женеву см. Карр, стр. 223-40).
  16. Вероятно этот номер ссылки, стоящей за строкой, похоже, сделанный не той рукой, которая писала все письмо, вставлена кем-то из банкирского дома после получения письма Герцена.
  17. См. письмо 32 выше.
  18. Шато Буасьер с его многочисленными комнатами оказался не слишком пригодным для истощенного бюджета Герцена, и скоро он с Татой переехал на маленькую квартиру в новом жилом квартале в центре (Карр, стр. 227).
  19. Данная копия находится в 132 AQ, том 2251, листы 171-72.
  20. В САМТ не найдена копия письма, которое должно быть ответом на письмо Герцена от 18 апреля (письмо 36 выше).
  21. Указания Герцена продолжать операцию см. письмо 36. На листе 126 тома 2251 есть памятная записка, подтверждающая, что продажа осуществлена на бирже, а отчет будет отправлен Герцену на следующий понедельник.
  22. Будет понятно, что цифра за маклерство не составит точно 1/8% валовой выручки от продажи. (С другой стороны сумма за комиссию не составляет 1/8% валовой выручки, а округлена). Похоже, нет исчерпывающего объяснения этой аномалии, если цифра не включает дополнительных налогов или фиксированных накладных расходов за маклерство.
  23. См. письмо 32 выше.
  24. Должно быть, Герцен имел здесь в виду сто семьдесят пять, т.е. 175, не просто из-за отсутствия записи продажи еще сотни облигаций железной дороги Лион-Женева в дополнение к доле в двадцать три и двадцать пять, о которых идет речь в письмах 36-37 и в данном письме, а он, очевидно, по-прежнему владеет этим количеством облигаций и в декабре 1867г. (см. примечание 165 ниже).
  25. Данная копия находится в 132AQ, том 2276, листы 416-417.
  26. Это операция, которую Герцен в письме от 21 ноября 1866, т.е. письме 39 выше, просил осуществить Ротшильдов. На листе 383 в томе 2276 коллекции 132AQ написана памятная записка от 23 ноября 1866г., подтверждающая факт продажи.
  27. Цифра за маклерство снова больше 1/8% (см. также примечание 137 выше).
  28. Сумма представляет собой проценты с продажи двадцати пяти облигаций железной дороги Лион-Женева, которые Герцен просил осуществить Ротшильдов 21 ноября (см. письма 39 и 40 выше). Предлагаю по достоинству оценить как эффективность работы почтовой системы, так и предлагаемые Ротшильдами услуги.
  29. Предположительно тот же флорентийский банкир, на которого Герцен ссылается в письме 59 ниже.
  30. т.е. задний план.
  31. Ответ Ротшильдов на это письмо (т.е. письмо 45 ниже) содержит неприятную новость, которую Герцен сообщил в Огареву письме 27-28 февраля 1867г., что его счет превышен (СС, xxix, стр. 5) на 4000 франков больше, чем он думал, когда писал Огареву.
  32. В письме, предположительно написанное банкирам есть примечание: «Счет, баланс которого произведен 30 июня, представлен на рассмотрение 1 августа 1866г.».
  33. См. примечание 145 выше.
  34. Данная копия находится в 132 AQ, том 2290, лист 276. Дата определена по дате соседних писем.
  35. См. письмо 44 выше.
  36. Это первое из множества писем (см. также 49-51, 53-58, 60-61), в которых идет речь об американских облигациях, приобретенных Герценом через Ротшильдов в 1849-50гг. (когда он переводит свои активы из России и восстанавливал активы своей матери), и об использовании денег, которые дали эти облигации к концу срока. Из этой серии писем 1867г. выясняются точные детали некоторых операций, осуществленных в 1849-50 (см. особенно письмо 54 ниже).
Дела по обеспечению восстановления капитала, вложенного в Америку, и проценты с него несколько месяцев занимали Герцена летом и осенью 1867г. Они держали его в плохом настроении, как объяснил он Мавильде фон Майзенбуг (об этом см. примечание 128 выше) в письме, написанном за три дня данного письма Ротшильду от 22 июня 1867г. «Ни сколько не желая этого, - писал он Мавильде, - я думаю, мне придется ехать в Париж. Весь американский долг Соед. Шт. по 6% подлежит погашению 1 января 1868г. Хочу я этого, не хочу, я должен вернуть капитал, и это было бы очень хорошо. Но как? Будет ли это часть золотом и часть облигациями, или все облигациями, или все золотом? Вот в чем вопрос. [Последнее предложение в письме Герцена на английском]. Если я опоздал, это меня не интересует. Мне нужно купить что-нибудь в Америке, если выплата не будет золотом. (Зеленые, т.е. доллары, всегда потеряют 25% [в своей цене] – это слишком, 75 вместо 100)» (СС, xxix, стр. 128).
Неопределенность, какова будет стоимость этого американского пакета в конце срока, сделала летние и осенние месяцы 1867г. беспокойными для Герцена, т.к. он все время ждал новостей от Ротшильда (там же, стр. 223, 226, 227). Возникло даже некоторое недовольство Ротшильдами (там же стр. 188, 189), подобно тому, которое он испытывал весной 1850г., когда он ждал восстановления секвестированных активов его матери в Сберегательном банке Москвы.
Одновременно мозг Герцена искал способы вложения прибыли, которую этот капитал может дать. «Америка возвращает мне [мои] 60000 долларов», - объяснял он своему сыну Александру, пробелами в финансовом образовании которого Герцен, вероятно, был разочарован, как и средним уровнем его политических работ, - «и хорошие проценты сверх него». Было разумным считать вложение денег в доли или дома (или пароход, аэростат – добавил Герцен в шутку), которые обязательно дадут минимум 6% через десять лет (там же, стр. 148; курсив Герцена).
  1. Если действительно верно, что к середине 1867г. Ротшильды были советчиками Герцена в течение двадцати лет, то отношения Герцена с банкирским домом начались через несколько месяцев после его приезда в Париж в 1847 и по времени предшествовали или совпадали с его критическими комментариями по поводу Ротшильдов во втором из его «Писем с Авеню Мариньи», которые вышли в октябре того года. Однако, больше похоже, что фразу «двадцать лет» в этом письме стоит считать приблизительной.
  2. Данная копия находится в 132 AQ, том 2302, листы 283-84.
  3. См. письмо 50 выше.
  4. Переезд в Женеву в 1865г. не принес удовлетворения семье Герцена. Сам Герцен продолжал вести кочевую жизнь, в годы после 1865г. он жил то в Женеве, то в Ницце, где нашла прибежище его беспокойная вторая жена Наталья Тучкова-Огарева с ее оставшейся в живых дочерью от брака с Герценом Лизой.
  5. Эта аббревиатура, встречающаяся также в письмах 54, 55, 57 и 61 ниже, означает Альп-Маритим, т.е. регион, где находится Ницца.
  6. Данная копия находится в 132 AQ, том 2312, листы 536-37. Чернила совсем бледные, особенно в правой половине первого листа.
Предположительно письмо послано в Ниццу, хотя из того, что осталось от копии, это не ясно. Хотя, как оказалось, Герцен ненадолго приезжал в Париж в сентябре 1867, прибыв туда через день после написания Ротшильдом этого письма.
  1. т.е. письмо 50 выше.
  2. Список сертификатов, приложенный к письму, выглядит следующим образом (номер сертификата в левом столбце, а стоимость в долларах в правом столбце):
1337             13 января 1849           2000
1006             11 апреля 1849          3000
1103             22 мая 1849                3000
1774             тогда же                     2000
2121             29 октября 1849         2000
1290             тогда же                     3000
3284             24 июля 1849             5000
2298             29 октября 1849         5000
1827             20 апреля 1849          5000
1828             тогда же                     5000
1816             12 апреля 1849          5000
3285             24 июля 1849             5000
1817             12 апреля 1849          5000
1458             13 января 1849           5000
3283             24 июля 1849             5000
                                                         60000
Трудно избежать впечатления, что Герцен был лицемерным человеком, если сопоставить его финансовую деятельность, о которой свидетельствуют это письмо и приложение, с бранными комментариями по поводу капиталистической экономики и характера буржуазии, сделанными им в этом период как в опубликованных работах, так и в частной переписке. (См., например, его «Письма с Авеню Мариньи» (СС, стр. 15-67), написанные в 1847 году, и его письмо 2-8 августа 1848 года бывшим московским друзьям (там же, стр. 80).
  1. Данная копия находится в 132 AQ, том 2317, листы 305-306.
  2. Письмо Ротшильдов от 9 ноября принесло Герцену огромное облегчение после целого периода, когда он беспокоился о перспективах восстановление всего капитала, который он вложил в Америке. Его доли были «куплены и проданы» очень хорошо, сказал он своему польскому другу за день до написания опубликованного здесь письма, теперь он не подвергался риску, поскольку Бельмон получил в Нью-Йорке все (СС, xxix, стр. 228).
  3. Данная сумма – это половина чистого продукта исходного вложения Герцена в 60000 долларов в пакет акций Соединенных Штатов. Поскольку продажа в 1867 году этого пакета дала около 86000 долларов, стоимость вложения выросла за время менее двадцати лет на 40%.
  4. Данная копия находится в 132 AQ, том 2318, листы 117-118.
  5. Должно быть, здесь имеется в виду письмо от 12 ноября (т.е. письмо 57 выше).
  6. Ко времени написания письма Герцен вполне мог дать своему сыну Александру следующий отчет о своем финансовом положении, поправленный в свете операций, осуществленных Ротшильдами в 1867г.:
«1. В Доме Ротшильда и у его нового агента в Нью-Йорке Бельмона сертификаты на 38000 долларов 6%-го займа Соединенных Штатов. Они купили затем примерно 26000 долларов (отчета пока нет).
2. У него также 175 акций или облигаций в компании Железная дорога Женева-Лион.
3. Документы на дом в Париже [т.е. ул. Амстердам, 14, купленный Герценом в 1849 году за 135000 франков из активов, переведенных Ротшильдами из России] находятся в Женеве в деревянной шкатулке.
4. Из пакета американских сертификатов на акции Огайо-канал 20000 долларов и штата Виржиния на 17000 долларов у меня.
5. Бельгийский 2 1/2% основной капитал 80000 франков.
6. Итальянская [т.е. пьемонтская] рента стоимостью 9000 и сертификаты на нее. Возможно, положу на депозит Ротшильдам.
7. На ценные бумаги на 20000, положенные в банк Фрибурга [см. примечание 79 выше] имеются сертификаты в Центральной банке Швейцарии в Женеве.
8. У Ротшильдов по-прежнему есть сертификат на итальянскую [т.е. пьемонтскую] ренту на 3000».
Кроме этих личных активов Герцен сохранял капитал в 20000 франков, подаренный ему в 1857г. богатым сторонником на политические нужды (см. ЛН, тома 41-42, стр. 526-28).
Этот ценный отчет о финансовом положении Герцена до конца его жизни находится в письме от 9 декабря 1867 (см. СС, xxix, стр. 238).
  1. Осенью 1863 года сын Герцена поселился во Флоренции, где встретил местную девушку и женился на ней в 1868 году несмотря на несогласие Герцена на этот брак по причине более низкого социального происхождения девушки. Об отношениях Герцена со своим сыном, который не хотел следовать политическим взглядам отца и был в нем разочарован, см. статью Л. Матюшенко, которая предваряет переписку Герцена с Александром в ЛН, том. 64, стр. 539-49.
  2. Данная копия находится в 132 AQ, том 2321, листы 30-31.
  3. т.е. письмо 58 выше.
  4. Цена пакета акций, вероятно, несколько упала, пример до 108 ½ с момента покупки первого транша в начале ноября (см. письмо 56 выше).
  5. т.е. письмо 56 выше.
  6. К этому письму есть постскриптум, в котором Ротшильды посылают Герцену отчет о состоянии счета, на который кредитованы еще 6070,20 франков,  после обмена по курсу 3,75 давшие 1680 долларов. Источник этого кредита - обналиченный Бельмоном купон на 1855 долларов на купленный в 1862 году пакет акций США, о котором идет речь в письме 56.Однако, операция, за которую Герцена была выплачена эта сумма, не совсем понятен из этой копии письма Ротшильда от 18 сентября.
  7. т.е. письмо 60 выше.
  8. Речь идет о приобретении в 1862 году второго транша пакета акций США, который Герцен одобрил 12 ноября (см. письмо 57 выше).
  9. Герцен ненадолго заезжал в Ниццу через Милан и Геную, выехав из Флоренции 17 декабря (СС, xxix, стр. 654).
  10. Данная копия находится в 132AQ, том 2322, лист 151.
  11. т.е. письмо 61 выше.
  12. Письмо написано на почтовой бумаге Центрального банка Швейцарии (Banque Générale Suisse de Crédit Internationale Mobilier, Geneva).
  13. Об оставшемся в живых сыне Герцена Александре, который в это время занимал пост лектора физиологии во Флоренции, см. примечание 166 выше.
  14. Данная копия находится в 132AQ, том 2436, листы 557-58. Кроме нескольких начальных строк чернила в левом поле страницы первого листа очень выцвели. На втором листе та же проблема с правым полем. Герцен умер 21 января 1870 года в Париже, и теперь его оставшийся в живых сын Александр (Саша) разбирался с делами его имения.
  15. Это письмо не найдено.
  16. т.е. банкир Хорас Ландау (1824-1903), представитель Ротшильдов во Флоренции.
  17. т.е. бельгийский вклад, о котором Герцен говорит в отчете о своих активах, посланном сыну как раз два года до смерти (см. примечание 165 выше, пункт 5 в списке Герцена).
 
И в конце своего сообщения привожу выдержки из воспоминаний Петра Дмитриевича Боборыкина об Александре Ивановиче:
«Герцен! Нет личности и фигуры в нелегальном мире русской интеллигенции более яркой и даровитой, чем этот москвич 1830-х годов, сочетавший в себе все самые выдающиеся свойства великорусской натуры. Хотя он и был незаконное чадо от сожительства немки с барином из рода Яковлевых, которые вместе с Шереметьевыми и Боборыкиными происходят от некоего Комбиллы, пришедшего «из Прусс» (то есть от балтийских славян) со своей дружиной в княжение Симеона Гордого.
На всем моем долгом веку я не встречал русского эмигранта, который по прошествии более двадцати лет жизни на чужбине (и так полной всяких испытаний и воздействий окружающей среды) остался бы столь ярким образцом московской интеллигенции 1830-х годов на барско-бытовой почве. Стоило вам, встретившись с ним (для меня это было мельком в конце 1865 года в Женеве), поговорить десять минут, или только видеть и слышать его со стороны, чтобы Москва его эпохи так и заиграла перед вашим умственным взором. Вся посадка тела и головы, мимика лица, движения, а главное - голос, манера говорить, вся музыка его интонаций - все это осталось нетронутым среди переживаний долгого заграничного скитальчества.
Из тогдашних русских немного моложе его был один, у кого я находил всего больше, если не физического сходства с ним, то близости всего душевного склада, манеры говорить и держать себя в обществе: это было у К.Д. Кавелина, также москвича почти той же эпохи, впоследствии близкого приятеля эмигранта Герцена. Особенно это сказывалось в речи, в переливах голоса, в живости манер и в этом чисто московском говоре, какой был у людей того времени. Они легко могли сойти за родных даже и по наружности.
На Александре Ивановиче, как известно, житье за границей больше всего отличало в его стиле в виде частого употребления не совсем русских оборотов и иностранных слов, которые он переделывал на свой лад. В этом он был более «эмигрант», чем многие наши писатели, начиная с Тургенева. А ведь тот, хоть и не кончил дни свои в политическом изгнании, но умер также на чужбине и, в общем, жил за границей еще дольше Герцена, да еще притом в тесном общении с семьей, где не было уже ничего русского. И в его печатном языке не видно того налета, какой Герцен стал приобретать после нескольких лет пребывания за границей с конца 1840-х годов, что мы находим и в такой вещи, как «С того берега» - в книге, написанной вдохновенным русским языком, с не превзойденным никем жанром, блеском, силой, мастерством диалектики. Но и тут вы уже наталкиваетесь на следы влияний жизни среди иностранцев.
Когда я сходился с Герценом осенью 1869 года, он по внешности был почти таким, каким является на портрете работы художника Ге, экземпляр которого принадлежал когда-то Евгению Утину и висел у него на квартире еще до его женитьбы.
Красивым его лицо нельзя было назвать, но я редко видал более характерную голову с такой своеобразной, живой физиономией, с острыми и блестящими, глазами, с очертаниями насмешливого рта, с этим лбом и седеющей шевелюрой. Скульптор Забелло сумел схватить посадку головы и всю фигуру со сложенными на груди руками в статуе, находящейся на кладбище в Ницце, только, так это вышло и на памятнике Пушкину в Москве, Герцен кажется выше ростом. Он был немного ниже среднего роста, не тучной, но плотной фигуры.
Истинным духовным удовольствием были для всех, кто пользовался его обществом, те беседы, которые так согревались и скрашивались его искрометным умом, особенно за столом в ресторане или в кафе за стаканом грога. Редко можно было встретить такого собеседника даже и среди французов или южан-итальянцев и испанцев. При таком темпераменте рассказчика и, когда нужно, оппонента, защитника своих идей. Герцен, конечно, овладевал беседой, и при нем трудно было кому-то другому вставить что-нибудь в общий разговор. И он не знал устали, мог просидеть за столом до петухов, и беседа под его обаянием все разгоралась.
По-французски он говорил бойко, так же как и писал; но мы и тогда находили, что он все-таки остался в своем произношении и манере говорить москвичом 1840-х годов, другими словами: он произносил по-французски, а думал по-русски.
О его последней болезни и смерти я писал в свое время и резюмировал итоги нашего знакомства в книге «Столицы мира». А писателем я занимаюсь во втором (еще не изданном) томе моего труда о романе в XIX столетии в двух отдельных главах «Личность и судьба писателя» и «Главные вехи русского романа». Повторяться я не хочу, хотя и очень нелегко отрываться от памяти о таком «эмигранте», как Герцен, об этом, без сомнения, даровитейшем и типичнейшем москвиче, который так страстно и преданно выступал бойцом за все, что Запад Европы написал на своем освободительном знамени.
Не могу не повторить того, что мы уже чуяли тогда в Герцене под блеском его беседы затаенную грусть, тяжкое сознание того факта, что прервалась его героическая эпопея, когда «Колоколом» зачитывалась вся Россия. Он начал тосковать от своей жизни скитальца, как бы без определенного призвания, который видел, что и в Европе его идеи точно сданы в архив. А ведь это было всего за год до падения II империи. Умер он в январе 1870 года (по новому стилю), когда ему шел всего пятьдесят восьмой год.
Александр Иванович был первый эмигрант (и притом с такой славой и обаянием на тогдашнюю передовую Россию), которому довелось испытать неприязненные нападки от молодых русских, бежавших за границу после выстрела Каракозова.
До того Герцен оставался единственным эмигрантом на виду, вплоть до прекращения лондонского издания «Колокола». А тут явились «нигилисты» новой формации, и они сразу повели против него подкопы; кончилось это тем, что он принужден был, защищая себя, «отчитать» их в печати, показать всю суть их поведения. Для них Герцен - автор «С того берега», водрузивший на чужбине первый вольный русский станок, издатель «Колокола», поднявший до такой высоты наше общественное самосознание. Все это как бы уже не существовало, и они явились в роли самозваных судей его личности и поведения. Но разлад начался раньше, со свидания с ним в Лондоне Чернышевского, тогда уже властителя дум самого крайнего слоя русской молодежи.
Они не понравились друг другу и не могли понравиться. Чернышевский приехал с претензией поучать Герцена, на которого он смотрел как на москвича-либерала 1840-х годов, тогда как себя он считал провозвестником идей, проникнутых духом коммунизма. Когда я познакомился с Герценом, я понял, до какой степени личность, и весь душевный склад, и тон Чернышевского должны были неприятно действовать на него.
С Чернышевским я лично знаком не был; но я начал свое писательство в Петербурге в годы его популярности, и мне как фельетонисту журнала «Библиотека для чтения» (который я позднее приобрел в собственность) привелось говорить о тех полемических походах, какие Чернышевский вел тогда направо и налево. Я слышал его публичную беседу, посвященную памяти Добролюбова, только что перед тем умершего. Тема этой беседы была: желание показать публике, что Добролюбов не был нисколько выучеником его, Чернышевского, что он очень быстро занял в «Современнике» самостоятельное положение. Намерение было великодушное и говорило как бы о скромности лектора; но тон беседы, ее беспрестанные обращения к аудитории, то, как он держал себя на эстраде, его фразеология и вплоть до интонаций его голоса - все, по крайней мере во мне, не могло вызвать ни сочувствия, ни умственного удовлетворения. Сиди среди его слушателей Герцен, я думаю, что его впечатление было бы такое же.
Чернышевский и Герцен - это были продукты двух эпох, двух обществ, двух интеллигенции. И оценка Герцена Чернышевским была тем зарядом, которым зарядились новые эмигранты и довели себя до тех беспощадных обличений, какими наградил их Герцен.
В нашей эмиграции более чем за полвека не было другого примера той нежной и глубокой дружбы, какая соединяла таких двух приятелей, как Герцен и Николай Огарев.
Это была не только у нас, но и во всей Европе совершенно исключительная душевная связь. Известно из воспоминаний Герцена («Былое и думы»), как зародилась эта дружба и через какие фазы она перешла. На Воробьевых горах произошла клятва во взаимной приязни двух юношей, почти еще отроков. Тогда уже в них обоих жили задатки будущих «свободолюбцев», намечена была их дальнейшая судьба общественных борцов, помимо их судьбы, как писателей.
Оба рано выступили в печати: один - как лирический поэт, другой - как автор статей и беллетристических произведений. Но ссылка уже ждала того, кто через несколько лет очутился за границей сначала с русским паспортом, а потом в качестве эмигранта. Огарев оставался пока дома - первый из русских владельцев крепостных крестьян, отпустивший на волю целое село; но он не мог оставаться дольше в разлуке со своим дорогим «Сашей» и очутился наконец в Лондоне как ближайший участник «Колокола».
Влияние Огарева на общественные идеи Герцена все возрастало в этот лондонский период их совместной жизни. То, что в Герцене сидело с молодых лет народнического, - преклонение перед крестьянской общиной и круговой порукой, - получило при участии Огарева в «Колоколе» характер целой доктрины. И не будь Огарев так дорог своему другу, вряд ли бы тот помещал в своем журнале многое, что появлялось там с согласия и одобрения главного издателя.
Про Огарева у нас мало писали. И его поэтическое дарование стали оценивать только в самое последнее время. Перипетии их дружбы с Герценом тоже не были освещены в печати во всех подробностях. Не соединяй их такая нежная дружба, в их интимной судьбе случилось нечто, что, вероятно бы, заставило и приятелей разойтись. Вторая жена Огарева стала подругой Герцена. От него у нее была дочь Лиза, которая формально считалась Огаревой; но была, несомненно, третья по счету дочь Александра Ивановича. Но это не охладило того чувства, каким дышал Герцен к своему «Коле» вплоть до последних минут своей жизни. Когда он умирал в Париже, он не переставал беспокоиться, не пришла ли депеша от его Коли. Это дало мне как беллетристу мотив рассказа, появившегося в газете под заглавием «Последняя депеша»...
Да, такой дружбы не было в русской эмиграции, да и во всей писательской среде.
Огарева видел я всего раз в жизни, и не в Лондоне или в Париже, а в Женеве, несколько месяцев после смерти Герцена, во время франко-прусской войны. Он не приезжал в Париж в те месяцы, когда там жил Герцен с семьей, а оставался все время в Женеве, где и Александр Иванович жил прежде домом по переезде своем из Англии.
И вот жизнь привела меня к встрече с Огаревым именно в Женеве, проездом (как корреспондент) с театра войны в юго-восточную Францию, где французские войска еще держались. И я завернул в Женеву, главным образом, вот почему. Туда после смерти Герцена перебралась его подруга Огарева со своей дочерью Лизой, а Лиза в Париже сделалась моей юной приятельницей; я занимался с нею русским языком, и мы вели обширные разговоры и после уроков, и по вечерам, и за обедом в ресторанах, куда Герцен всегда брал ее с собой.
Лиза была не по летам развитая девочка. В двенадцать лет похожа была на взрослую девицу по разговору, хотя по внешности не казалась старше своих лет; с миловидностью почему-то английского типа, с двумя выдающимися зубами верхней челюсти, с забавным англо-французским акцентом, когда говорила по-русски, со смесью детскости, с манерами и тоном взрослой девицы. Она не говорила Герцену «папа», а называла его и в его присутствии «Александр Иванович», с сильной картавостью.
Мне захотелось по пути повидаться с этой милой «подружкой», которая позднее послужила мне моделью в романе «Дельцы» (а после ее самоубийства уже взрослой девушкой я посвятил ее памяти рассказ «По-русски», в виде исповеди матери).
Точно какая-то фея послала мне Лизу, когда я, приехав в Женеву, отыскивал их квартиру. Она возвращалась из школы с ученической сумкой за плечами и привела меня к своей матери, где я и отобедал. С ее матерью у меня в Париже сложились весьма ровные, но суховатые отношения. Я здесь не стану вдаваться в разбор ее личности; но она всегда при жизни Герцена держала себя с тактом в семье, где были его взрослые дочери, и женой она себя не выставляла.
Обедать пришел и Огарев. Тогда (то есть, в конце 1870 года) это был сильно опустившийся больной человек, хотя еще не смотрел стариком, с черными волосами, без заметной седины. Не одному мне было известно, что он давно страдал русским недугом алкоголизма. За столом он упорно молчал, и я не помню, чтобы он сказал хоть что-нибудь такое, что могло бы сохраниться в моей памяти. Впечатление производил он довольно тяжкое.
Я знал уже и раньше, что он находится в сожительстве с англичанкой, скромной девушкой, которая ходила за ним, как сиделка. Прежнего Огарева - поэта и политического писателя не осталось и следа в этом «живом трупе». Но какая игра судьбы, которая свела бывших супругов за этим обедом, где хозяйка приготовила для нас русские щи!
Отступая несколько назад, я приведу подробности моего личного знакомства с М. А. Бакуниным, этим первоначальным насадителем анархизма, в котором он очутился выучеником Прудона, в Париже в конце 1840-х годов. Бакунин пытался произвести бунт у немцев, был ими захвачен и выдан русскому правительству, насиделся в сибирской ссылке и бежал оттуда через Японию в Лондон, где состоял несколько лет при Герцене и в известной степени влиял на него, особенно в вопросе о польском восстании. Если популярность Герцена покачнулась в России, то именно из-за польского восстания, и в этом главным виновником надо было считать все того же Бакунина.
В Лондоне я к Герцену не ездил, и первое мое пребывание там относится к лету 1867 года, когда Герцен с Огаревым и Бакуниным перебрались уже на континент.
Лондон в истории русской эмиграции сыграл, как известно, исключительную роль. Там был водружен первый по времени «вольный станок», там раздавался могучий голос Герцена. Туда совершалось и тайное и явное паломничество русских - не одних врагов царизма, а и простых обывателей: чиновников, литераторов, помещиков, военных, более образованных купцов.
Лондон долго не делался главным центром нашего политического изгнанничества. Герцен привлекал всех, но вокруг него сгруппировалась кучка больше западных изгнанников: итальянцев, мадьяр, поляков, немцев, французов. Из эмигрантов с именем были ведь только двое: Огарев и Бакунин. Остальные русские писатели, как Чернышевский или Михайлов, только наезжали. И с оставлением Герценом Лондона он потерял для русской свободной интеллигенции прежнюю притягательную силу. Кажется, первые годы после переезда Герцена на континент вряд ли осталась в Лондоне какая-нибудь политическая приманка. По крайней мере, ни в 1867 году, ни в 1868 году (я жил тогда целый сезон в Лондоне) никто мне не говорил о русских эмигрантах. А я познакомился с одним отставным моряком, агентом нашего пароходного общества, очень общительным и образованным холостяком, и он никогда не сообщал мне ни о каком эмигранте, с которым стоило бы познакомиться».
 
 
Выражаю сердечную признательность Татьяне Григорьевне Шубиной за блестящий перевод статьи из журнала «Toronto Slavic Quarterly».
 27 марта 2014 года.
 

X
Загрузка