Снегоweak

 

 

Лили проснулась от того, что загудел пылесос.
– Блин, мама!
– Вставай, бока пролежишь. Мне помощь нужна, я тоже не железная.
– Ты заказала?
– Успеется.
– «Успеется», – тихонько передразнила Лили. Не хотелось ссориться с матерью под самый праздник. Психанёт, будешь потом... Гуттеры и Ронсоны заказали снег ещё вчера. Утром заказали, а подвезли его только под вечер! Если мать будет тянуть и дальше... – Ма! Вот был такой случай, – уселась Лили, откинув одеяло. – В прошлом году. Слышишь? Алекс был у тёти. А эта идиотка забыла про снег! Ну, как забыла... Она его и не покупает. Ни на один Новый год не брала, представляешь?
Мама выключила пылесос.
– Как это – не брала? О господи... Почему? И не называй взрослого человека «идиоткой»!
– Не знаю почему. Может, денег нет. У нас же... у нас же есть деньги?
– У нас есть всё, чтобы жить нормально. Здравствуйте... Здравствуйте, я хотела бы заказать... Да, да, восемь кубов... Можно. Можно. Обязательно... Лили! Вставай. Быстро, быстро, быстро. Умоешься и буди Леена. Привезут, потом сразу за уткой надо ехать, потом салаты... По горло дел, по горло!
– Блин. В праздники отдыхать надо.
– Надо, а не получается, – вздохнула мама. – Что-то не рассветёт никак, – отдёрнула она шторку посильнее. – Глянь-ка, вон кто в праздники отдыхает! И в праздники, и в будни. Ни до чего дела нету.
– Флаузер?
– Ну а кто? Уставился на что-то...
Лили выглянула. Флаузер стоял посреди своего совершенно пустого дворика и смотрел куда-то вверх, как будто наблюдал за птицей или самолётом.
– Придурок, – фыркнула Лили.
– Не придурок, а слабоумный. Лили!
– Мамочка! Я так тебя люблю. Мр.
– Не подлизывайся. Давай-давай, умывайся. Бегом, бегом, бегом, быстро, быстро, быстро!
 
 
***
 
Снег всё шёл, и не одинокими узорными снежинками, какие рисуют на открытках и фантиках, а огромными хлопьями, даже кляксами – дымчато-серые кляксы на фоне только что привезённого белоснежного сугроба.
– Как красиво... Это чудо.
– Чудо, Лили. В праздник. Вот так, с неба. Бесплатно... Сто лет такого не было! Господи. Надо было только капельку подождать! Капельку. И не пришлось бы вбухивать столько денег!.. Ле, прекрати. Где ты взял эту палку? Ещё и острую!
– Я не Ле. Я Мороз. Это мой посох.
– Да пусть играет, – заступилась Лили. Настроение у неё было хорошее. Не просто хорошее, а волшебное. Всё кругом было таким необычным, таким прекрасным. Жалко, конечно, что с этим заказом так получилось. Но кто ж знал! – А что они сказали? Обратно его нельзя? – ткнула она сугроб кончиком ботинка.
– Молчи, Лили. Лучше молчи... И не трогай!!
– Да и пожалуйста, – надула губки Лили, отступая на полшажка.
– «Пожалуйста» ей... – У матери выступили слёзы, и на мокрые глаза тут же налипла парочка снежных пушин. – Знаешь, сколько это стоит? Мы зря заплатили, понимаешь ты это или нет? Мы могли не тратить эти деньги!
– Потратили же уже... И не только мы, все другие тоже потратили. Смотри, ну все же!
Высыпавшие на улицу соседи играли в снежки, лепили фигурки, валялись по стремительно наросшему снежному ковру. А кто-то просто замер, любуясь. Но возле каждого домика, тут и там торчали белые горки, тут и там, везде. Почти везде...
– Не все, – шмыгнула носом мама. – Все потратили, а этот нет...
Флаузер сидел на снегу, вытянув ноги – как дети на санках. Время от времени он взмахивал руками, по всей видимости охотясь за понравившимися «кляксами».
– У него такая шапка... Он как снеговик, – сказал Леен.
– Дай-ка сюда, – выхватила мама Лееновскую палку.
– Ну мама!
– Я отдам, отдам...
 
***
– Ты говорила, нам ещё за уткой, – напомнила Лили.
– Говорила... Уф... – Мать всё не могла отдышаться. – На, – протянула она Леену его «посох».
– Тут кровь! – возмутился Леен.
– Да чуть-чуть...
– И липко. И не вытирается!
– Ты что, убила его? Совсем? – округлила глаза Лили.
– Не знаю... Ронсоны говорят, можно пока в снегу прикопать.
– Ни фига себе, в снегу! А жирно не будет? Я бы в снегу и сама, если что!
– Дура ты, Лили. Ох и дура, – покачала головой мама. – Но красота-то какая, а! – немного помолчав, просияла она. – И главное, не кончается!
– И не кончится, – ляпнул Леен. Он обиделся и подмёрз. Он никому не говорил, но этот снег ему с самого начала не понравился и даже немножко напугал. Почему-то показалось, что случится что-то очень плохое. А теперь казалось, что уже случилось.
Снег и правда не собирался кончаться, только усиливался. Небо, и так не по времени тёмное, становилось всё темнее и темнее.

X
Загрузка