Рейс №539

Kvakin

 

Неделю назад пришла тетка и положила на стол четыре билета.
- Надо слетать к дальним родственникам в Красноярск. Билеты туда и обратно. Посмотри, то взяла или не то.
Я посмотрел, но ничего не понял, так как никогда на самолетах не летал.
На следующий день мы поехали в город, в аэропорт. Я с любопытством разглядывал горожан. Время было раннее, люди спешили на работу. Вот девушка неловко заскочила в маршрутку, ударившись головой. Мужик прищемил пальцы сдвижной дверью. Дедушка не успел закрыть и чуть не выпал на ходу. Что-то будет с самолетом.
Кое-как мы добрались до аэропорта.
- Борт хороший, - сказала девушка в регистратуре. – Полетите с комфортом.

В моей душе витали сомнения. Мне казалось, что самолет нам дадут не очень хороший. Не отрегулируют чего-нибудь, а потом кричи от ужаса, падая в плоском штопоре.
Место было у окошечка. Я тревожно вглядывался в аэродромный пейзаж. По дорожке ползла плоская машина с топливом. Одна искра и рванет так, что все самолеты посдувает.
- Добрый день, - сказала стюардесса. – Выслушайте информацию. Наш самолет оснащен мощными турбинами Пратт энд Уитни. Турбины выдают суммарную мощность, которой хватило бы для питания целого населенного пункта. Если произойдет разгерметизация, сверху выпадут маски.
Стюардесса надела маску и поводила руками над головой, показывая, как ей хорошо в этом оборудовании.
Самолет начал разбег, я чувствовал каждый камешек под шинами. Плиты были уложены с зазором, поэтому через короткие промежутки времени нас потряхивало. Крылья опасно покачивались. Произошел отрыв от полосы и сразу что-то зажужжало. Возможно, моторчик для подкачки топлива заработал с повышенным усилием.
- Страшно-то как, - сказала тетка.
- Это кондиционер работает, - ответил я.
На самом деле кондиционер работал тихо, а вот моторчик...
По салону прошел пилот в красивой синей форме. По лицу было видно - на борту проблемы.
В брюхе самолета что-то загрохотало.
Я вскочил.
- Сидеть! - сказал пилот.
Я думал, пилот прошел дальше, но он встал чуть позади меня.
- Неполадки, - заметил я.
- Это шасси убрались, - парировал пилот.
- Что же вы тут стоите тогда? В хвосте больше народу выживает, да?
Пилот выхватил рацию и что-то в нее пробубнил. Пришла стюардесса и строго уставилась на меня.
- Займите положенное место! – сказала она.
- Пилота в кабину гоните, пусть управляет, а не прячется, кустодрочер вонючий.
Пилот вспыхнул.
- Это я кустодрочер? Я проверяю моторчик подкачки топлива! Слышишь, жужжит? Вот я и проверяю, как он жужжит, так или не так.
- Не лги мне, - сказал я пилоту. – Я таких крыс знаю. Пацаны гибнут там, в кабине, а он моторчик слушает. Иди самолет из штопора выводи. Или что там у вас.
Стюардесса смотрела уже не на меня, а на пилота. У девушки дрожали губы.
Пилот пошел к кабине. Я сел.
- Что ты лезешь, - сказала тетка. – Они в школах гражданской авиации учились - а ты среднюю с грехом пополам закончил. Разберутся.
Разберутся они. Новости потом выйдут – так и так, рейс номер пятьсот тридцать девять упал недалеко от поселка Мухино, такой-то области. Никто не выжил в этой, без сомнения, чудовищной катастрофе.
Стюардессы понесли питание. Люди покорно раскрывали комплекты. Утешительные комплекты. Последние.
- Что, - спросил я у пассажира впереди, - совсем смирились?
Пассажир замер и сидел так секунд пятьдесят, а потом тихонечко поднес ножку ко рту и стеснительно откусил.
- Курица, - сказал я и откинулся в кресле.
В окошке висело солнце. Крылья качались. Стелились облака. Земли видно не было.
Я достал из кармана конфету и съел ее, пока сахар не упал, или самолет не свалился.
После обеда в двигателях что-то хрустнуло. Я быстро посмотрел в окошко на турбину – шел дым. Пришел кустодрочер, посмотрел в мой иллюминатор.
- Что, - сказал я, - лопатки посыпались?
-Да если бы лопатки, просто горит. Пойду, отключу.
- Сначала отключил бы, а потом уже ходил, разгуливал. У вас там индикаторы должны быть.
- Меня командир бьет за преждевременное отключение, - пожаловался пилот. - Как-то отключил, а он последний был. Хорошо набегающим потоком запустили.
Я поежился.
Дальше мы летели на одном моторе, мощности явно не хватало. Самолет раскачивало.
- Уважаемые пассажиры, - сказал динамик, - с вами говорит капитан корабля – Евгений Петрович Смирнов. Из-за технических проблем мы совершим посадку в городе Новосибирске. Приносим извинения от лица авиакомпании.
- Так мы в Новосибирске и взлетали, - сказал я.
- В Красноярске взлетали, – возразила тетка.
- Мы летим в Красноярск к родственникам, укачало тебя, что ли?
- Побывали уже у родственников, а сейчас летим домой – в Новосибирск. Ты пробухал всю неделю с Жорой за встречу, белая горячка у тебя. Сиди спокойно.
- Алло, - сказал я почему-то.
Сейчас сориентируюсь – солнце висит справа. Значит, мы летим на восток. Мы летим в Красноярск. Никакого Жору я не знаю. С другой стороны, если я сижу слева, а солнце справа, то может и на запад. Я нажал клавишу над головой. Явилась незнакомая девушка.
- Скажите, куда мы летим?
- Понимаете, мы совершаем вынужденную посадку в Новосибирске. Поэтому совсем неважно, куда мы летели раньше.
- А изначально куда летели?
- Пристегнитесь, пожалуйста.
Стюардесса ушла.
Тетя всю жизнь работала врачом, возможно, приняла какие-то лекарства.
Я достал мобильный телефон и посмотрел на число. Был апрель две тысячи тринадцатого года. Но улетали мы тоже в апреле. Или вылетали.
- Тетя, ты таблетки принимала?
- На дорожку выпила, как без этого.
- А что ты пила?
- Бромиды я пью, племянник. В основном бромиды, в данном случае – натриевые бромиды.
Я схватился за голову. Бромиды! Она пьет бромиды! Боже мой, ну как можно?
Я встал.
- Сидеть, - сказал пилот.
Я оглянулся, а кустодрочер уже и стульчик себе принес, пристроился в проходе и книжку читает.
- Командир у вас хороший, Смирнов. А ты просто сволочь какая-то. Лишь бы шкуру свою уберечь.
- Я двигатель контролирую, зрением. Визуальный заход, слыхал? Если болты прогорят, отвалится. В этот момент надо срочно дать крен для выравнивания.
Самолет тем временем заходил на посадку. Опять забухтело в днище, зажужжал моторчик. Самолет коснулся полосы, и его тут же немного развернуло крылом вперед. Командир выправил положение и успел затормозить перед самым, должно быть, торцом. К нам мчались пожарные машины.
- Уважаемые пассажиры, - сказал динамик. - Мы приземлились в Новосибирске, скоро подадут трап. Мы приносим извинения за прерванный полет, вам будет возвращена стоимость билетов или предоставлен аналогичный борт.
- Аналогичный, - простонал я.
Через час мы с теткой стояли на остановке общественного транспорта. Тетка выглядела виновато. Напилась бромидов и все попутала.
- Давай уже не полетим к родственникам, - сказала она.
- Давай, - согласился я.
Мы сели на электричку и поехали домой. Со станции мы шли пешком, так как автобусы уже не ходили. В нашем лесу было тихо, правда, в кустах кто-то возился. Я взял теткин чемодан и забросил его точно на эф семь. Грянуло и в воздух поднялись обрывки синей формы. Иди работай, тряпка.

 

Kvakin. Наша остановка.

Последние публикации: 
Счастье (15/05/2017)
Пузырёк (22/02/2017)
Сушилки (29/08/2016)
Безмолвие (09/06/2016)
Мордабла (12/04/2016)
Зуб (26/08/2015)
Отпуск (02/08/2015)
Безысходность (17/07/2015)

X
Загрузка