В меня совсем уже не верит Амстердам...

 
 
 
 
 
 
 
 
ХОЛОДНАЯ ВОДА
 
холодная вода...
и осторожно умываюсь...
 
немеют
пальцы...
 
радостная такса
всё также вертится
вокруг меня...
 
 
 
 
 
КАКОГО ХРЕНА, ЛИХТЕНШТЕЙН?
 
какого хрена, Лихтенштейн?
рамсы попутал?
вали в Вадуц
на Furst-Franz-Josef-Strasse
а я прокашляюсь, и дальше побираться
у своего
родного
института
 
 
 
 
 
ОСТОРОЖНОЕ
 
мы нюхаем хозяйственного мыла
большой коричневый кусок...
 
и слышим, как внутри березы остывает сок
и знаем
как устали
подъездные перила...
 
 
 
 
 
ЛЕТИТ МОТОЦИКЛЕТНАЯ КОЛЯСКА
 
летит мотоциклетная коляска
сквозь бурю, сквозь пургу, сквозь сущий ад
а я из-под брезента все смотрю назад
на эту
злую
пляску...
 
 
 
 
УСНУЛИ ЗА СТОЛОМ С ВАН ЭЙКОМ
 
уснули за столом с ван Эйком...
а нас втихую рисовал
Робер Кампен
 
 
 
 
 
СЫРЫЕ МЫШИ СМОТРЯТ НА МЕНЯ ЧЕРЕЗ ОКНО
 
сырые мыши смотрят на меня через окно
носами в стекла дышат
я говорю им: добрый вечер, мыши!
они моргают... как тебе помочь?
 
 
 
 
 
МЫ ТУПО ЗАЧИЩАЛИ
 
Мы тупо зачищали жилых мест...
 
Но в лес...
меня медведь позвал...
 
 
 
 
 
ЛЕЖУ, СМОТРЮ
лежу, смотрю – с асфальта рвется лист
осенний...
 
 
 
 
 
МЫ У ПЯТЁРОЧКИ СИДИМ ОБЫЧНО
 
мы у Пятёрочки сидим обычно...
людей пугаем – для поржать...
а вы захочите такую нашу жизню?
а вот и нефига тогда...
 
 
 
 
 
МЕНЯ ПЫРНУЛИ ПОД БРЮССЕЛЕМ
 
меня пырнули под Брюсселем
какой-то ржавою хернёй
так больно, блин... я с нею в животе ползу по мостовой
среди людей
за недоступным
элем
 
 
 
 
 
В ПАРИЖЕ ОЧЕНЬ МАЛО СПЕКУЛЯНТОВ
 
в Париже очень мало спекулянтов
кому ж мне впарить дюжину мышей
которые готовы насовсем
во Францию переселиться
 
 
 
 
 
ВОТ КОГДА В ПОДЪЕЗДЕ МОЕМ БЫЛ ЛИФТ С ДВЕРКАМИ
 
вот когда в подъезде моем был лифт с дверками
тогда и я был совсем маленьким
а теперь, гражданочка моя, без истерики
предъявите документик, пожалуйста!
 
 
 
 
 
И ГОВОРИТ МНЕ СМЕРТЬ
и говорит мне смерть: смеялся надо мной?
я поперхнулся: не смешите!
 
 
 
 
 
ICH LIEBE DICH, MEIN HERZ!
 
Ich Liebe dich, mein Herz!
Ты слышишь, океан взволнован?
Сегодня мое тело злые волны
швырнут на твой прохладный
каменистый
брег
 
 
 
 
 
МЕНЯ ВСТРЕЧАЛ ЛИКУЮЩИЙ МАГРИБ
 
меня встречал ликующий Магриб
чего ликуешь? – спрашиваю я
а он: так – ты ж!
 
 
 
 
У БЕРЛОГИ
 
не возвращаешься в берлогу...
 
я с нею рядышком сижу
и на слепые небоскребы
сквозь стёклышко гляжу...
 
 
 
 
 
СИЖУ, ИГРАЮСЬ...
 
сижу, играюсь со своим хвостом на стульчаке...
 
и думаю
о человеке...
 
 
 
 
 
ИЗ ОКНА
 
а что я мог увидеть из окна...
полиция
весна
отчаянно во двор скребется
а мне никак не принесут уснувшего за известью вина...
и это офигеннейшее солнце
на этот вынужденный шаг...
 
 
 
 
 
ДУЭЛЬ
 
я заключаю фехтование винтом
обезоружив...
 
а раньше
завершал
в живот...
 
 
 
 
 
ДЕСЯТОЕ, ДЕСЯТЫЙ МЕСЯЦ, ДЕСЯТЬ
 
десятое, десятый месяц, десять...
мы смотрим с кактуса в окно
что там увидим – всё равно
не первый вечер
 
 
 
 
 
ДЫШУ НЕУЗНАВАЕМОЙ ПРОХЛАДОЙ
 
дышу неузнаваемой прохладой
меня конкретно встретил Ливерпуль
помимо тех... во мне устало остывает пара пуль
лежу ничком... и ничего уже не надо
 
 
 
 
МЕНЯ УБИЛИ В ТРЕТИЙ ЧАС ЧЕТВЕРТОГО АПРЕЛЯ
 
меня убили в третий час четвертого апреля
смотрю, как выпадает снег...
сиреневый
 
 
 
 
 
VENCEREMOS!
NO PASARAN! и VENCEREMOS!
 
писали мыши на больничных лоскутах
тем самым непрерывно попадая в такт
с моим сердцебиеньем...
 
 
 
 
 
К РАССВЕТУ НАС ОСТАЛОСЬ ДВОЕ
 
к рассвету нас осталось двое
я и комбат
сидим на дне траншеи – замок строим
из четырех гранат
 
 
 
 
 
ЯНВАРСКАЯ НОЧЬ
 
сижу под зимним офигенным фонарем
дышу на лапки...
 
мы никогда с тобою не умрём!
дарю надежду офигевшей лавке...
 
 
 
 
 
ПЕРЕДАВАЙ ПРИВЕТ!
 
передавай привет! его зовут – Мадрид!
притронься к нему нежно
он вздрогнет
обернется нервно
а ты его тихонько обними...
 
 
 
 
 
ЛЕГКО ШАГНУВ С НОЧНОЙ ДВУКОЛКИ
 
легко шагнув с ночной двуколки
в сплошную пелену дождя
баута вдруг посмотрит на меня
касаясь пальцами намокшей треуголки
 
 
 
 
 
МОРОЗНЫЙ ТАМБУР МОЕГО ПОСЛЕДНЕГО ВАГОНА
 
морозный тамбур моего последнего вагона
к двери прильнул – хватает рельсы снег
и в отголосках чуткой сигаретной дремы
смешного сердца моего гламурная истома
и мерзлых пальцев монпансье
 
 
 
 
 
СПУСКАЮСЬ В ЖЕРЛО!
 
спускаюсь в жерло!
по долгим змеиным трубам эскалатора...
и о чем же ты трубишь мне?
и чем же ты желаешь напугать меня?
 
смотри! я очень-очень медленно...
 
 
 
 
 
С ТЕХ САМЫХ ПОР РАССВЕТ НЕ НАСТУПАЛ
 
с тех самых пор рассвет не наступал
теперь он был совсем уже не нужен...
подобно, как к скольжению тончайших кружев
прикован взгляд
 
 
 
 
 
ПЛЫВУ НА ОГРОМАДНОМ ПАРОХОДЕ
 
плыву на огромадном пароходе
смотрю на исчезающий закат...
я – крошечная мышь! и вроде...
Америка!
 
 
 
 
 
МЕТЕЛЬ. ЯНВАРЬ. ЖИВАЯ РЫБА...
 
Метель. Январь. Живая рыба...
Сидим, чего-то ждём...
И очень тихо...
 
 
 
 
 
ЖЕЛЕЗНАЯ ДОРОГА, НОЧЬ
 
железная дорога, ночь
закрытый ресторан...
 
сидим на скатерти
за окнами огни мелькают...
 
 
 
 
 
В МЕНЯ СОВСЕМ УЖЕ НЕ ВЕРИТ АМСТЕРДАМ
 
в меня совсем уже не верит Амстердам...
да, я устал... да, я приклеиваю блёстки...
к игрушечным
Вратам...
 
 
 
 
МЫ ЕДЕМ В ТАМБУРЕ В ОКТЯБРЬСКИЙ ПЕТЕРБУРГ
 
мы едем в тамбуре в октябрьский Петербург...
конечно, нам хотелось бы на юг
но там мышей давно уже не принимают...
 
 
 
 
ЧЕГО ТЫ МЕНЯ ЖАЛИШЬ?
 
чего ты меня жалишь?
присела на картошку, замерла...
смотрю в твои несметные глаза
и осторожно улыбаюсь...
 
 
 
 
 
ПОЗЁМКА
позёмка...
 
я лишь собираюсь жить
под этот запах утонченный...
 
растяжки
ласковая
нить...
 
 
 
 
 
HELP ME!
 
HELP ME!
смотрю на надпись на стене...
бреду на ощупь за просящего во тьме...
и полосую второпях подобранным куском разбившейся тарелки
всех!
 
 
 
 
 
ТАМ ПОДАВАЛИ РЫБУ С РИСОМ...
 
там подавали рыбу с рисом... и сладкое испанское вино...
 
октябрь... бульвар... четвёртый час... вишнёвое авто...
 
 
 
 
 
И ПРОБИЛ ЧАС...
 
и пробил час...
сидим с уверенным котом на тротуаре
сухой мартини пьем...
 
 
 
 
 
МЕНЯ ОТБРОСИЛО ЗА БРУСТВЕР
 
меня отбросило за бруствер
лежу ничком на дне траншеи
уже никак не шевельнуться...
 
лишь трепетная морось нежно лижет шею...
 
 
 
 
 
МНЕ ШЕПЧЕТ ОСТОРОЖНО КЛЕВЕР
 
Мне шепчет осторожно клевер:
«Тебя мне точно не унять!..»
Лежим, и я дышу туда, где север...
А север
дышит
на меня...
 
 
 
 
ОН МНЕ В ЖИВОТ СВОЙ ИСКРЕННИЙ ФОКСТРОТ
 
он мне в живот свой искренний фокстрот...
и я поплыл.. я тихо исчезаю...
уютно таю, таю, таю, таю, таю...
мне бы прижаться... мне бы скатерти кусок...
 
в упор стреляю...
 
 
 
 
 
МНЕ НЕКУДА УЕДИНИТЬСЯ
 
мне некуда уединиться
валяюсь на тахте...
мне показалось, что снимают скальпы в сентябре...
ошибся
 
 
 
 
 
А ТЫ ВОЗЬМИ, ПОПРОБУЙ...
 
– А ты возьми, попробуй...
 
С лохматой мышью заряжаю Jaguar...
 
Девятый час, суббота...
 
 
ОСЕННИЙ ПАРК
Осенний парк.
Четыре ночи.
Или четыре, блин, утра...
Я направляю старый Glock на тех, кто убивать меня сегодня хочет
на тех, кому вот этой тёплой звёздной ночью
уже пора...
 
 
 
 
 
МОЙ CHALLENGER РОДИЛСЯ ЗА ТРИ ГОДА ДО МЕНЯ
 
мой Challenger родился за три года до меня
сидим с ним на обочине, молчим и остываем...
и бесконечно ласково нас обнимает
неистовый закат...
 

X
Загрузка