Кантри оф Тексас

 

Василина Орлова

 

 
 
 
* * *
Вымела горку мёртвых сухих жуков
Из тропического жилища,
Рога, хрустящие крылья и с зазубринами лапы,
Шуганула изумрудную ящерицу в душе -
Чуть не поскользнулась на ней, заразе,
А уж как испугалась. Под окном до утра
Орала и терлась о баобаб коала.
Линька у них,
Сообщил абориген невозмутимо,
Из-под надвинутой шляпы
Помятой сигариллы
Дыма струя.
 
 
 
 
* * *

в чернильной ночи вой не то койотов
не то ещё каких наверняка взъерошенных животных
эта луна и все такое, что не убьет их,
сделает их ярко-желтыми

на горе на фоне неба всадник,
силуэт похож на марсианский кактус,
это, наверняка, и есть кактус,
только он похож на всадника и на виноградник.

на полночной кухне в струе кондея зябко,
то ли койоты то ли звери какие-то мутные,
если бы не струя кондея,
их вообще было бы не очень жалко, -
я бы вышла на охоту с тапкой
в картинку ковбойского муви.

 


 
Разговор в фейсбуке с писателем Дмитрием Даниловым про одного шведского парфюмера и гладиаторш
 
 
И тогда писатель Дмитрий Данилов написал:
- Я пользуюсь тем, что ноутбук отключается самопроизвольно,
например, сегодня
прочитал вдумчиво два с половиной журнала -
 «Большой город», «Prime Russian Magazin», и, частично, «Афишу мир»,
первый и третий - про всякое необязательное,
а второй - издание крайне высоколобое, тема номера:
Чтение.
 
И теперь вот я знаю
про шведского парфюмера,
который в боксерском клубе Хаммарбрю
канализирует агрессию,
по работе ему нельзя, и вот приходится
в боксерском клубе канализировать,
можно понять человека.
Я только не дочитал, там впереди про хот-доги,
неизведанное, нужно
дочитать и изведать,
там даже слово "профессионально" промелькнуло,
профессионально любит хот-доги,
теперь даже страшусь,
не знаю, смогу ли вернуться к этому
Чтению.
 
Он не просто так стал парфюмером,
а однажды сидел он в пабе,
рядом случайно оказался главный (до того момента)
парфюмер Швеции,
и вот он (нынешний главный парфюмер Швеции)
говорит: помню, дескать,
моего отца, умер, мне было шесть лет,
у него был особенный запах
(далее следует описание запаха:
клетчатого платка,
очков,
жилетки,
помады для волос),
и предыдущий парфюмер
говорит:
не, ну ты прямо наш человек, давай, говорит,
так он и стал
главным парфюмером Швеции,
быстро в этой Швеции
происходит профессиональное становление парфюмеров.
 
- А я читаю роман "Женщина-воин" американской писательницы
Марти Циммерман-Добсон
издания одна тысяча девятьсот восемьдесят пятого года,
главная героиня - ее зовут Задеек...
 
- Задеек! - пишет писатель Дмитрий Данилов. - Очаровательное имя.
Чем-то
немного
напоминает польское имя Зденек. Уберите Ленина, Зденек.
 
- Что означает "Страшащая женщина".
Она побеждает бойца с сетью, потом тигра, потом
ее выкупает в персональное рабство леди Ифания, и та становится
ее любовницей.
 
- О, как говорится, МГ.
 
- Потом леди Ифания выкупает ее подругу, чтобы организовать
женскую ложу гладиаторш.
 
- Сон Белых Отцов Семейств.
 
- И Задеек с подругой отправляется на поиски других гладиаторш
или тех, кто хочет стать таковыми,
попутно вынашивая план собственного освобождения
из рабства.
 
Они приходят в город, куда нельзя приносить оружие,
и останавливаются у стен в трактире.
 
В трактире к ним подходит сестра владельца замка
и говорит, меня мой брат незаконно сместил с трона.
 
Пока всё. Но там ещё сотня многообещающих страниц.
 
- Леди Ифания... отличное имя для героини современного текста о повседневности.
Надо бы как-нибудь использовать, - пишет писатель Данилов.
 
 
 
 
 
 
Из несуществующего цикла "Письма друзьям. Подражание Джон-Донну"

Когда я наконец разбогатею,
Я возьму в жены Алину Витухновскую.
Буду, сжав зубы, терпеть все ее капризы и выходки,
Напечатаю ее безумные произведения
Тиражом сто тысяч миллионов экземпляров
И переведу на все языки мира.
Познакомлю ее с Дали,
Пусть потрет ее напишет
В голой комнате с вялотякущими часами,
Плавно перерастающими в усы насекомых,
Отвезу ее в Голливуд и там накрашу, как заводную куклу,
Разряжу ее в рюши и розовые банты,
И когда мы расстанемся в Париже, кровавый платок мой
Долго будет маячить в ее удивленных расширившихся глазах.

 
 
 
 
 
 
* * *
 
Даже президент Штатов
Что-то решает.
Лист падает на воду.
 
 
 
 
 
 
* * *
 
щупальца кактусов медленно шевелятся
сквозь марево толстого воздуха
волнистого, как старое зеркало
с потрескавшейся серебристой подкладкой
выходят из теплого темного
как зомби какие
какие перерожденцы
марсиане с толстыми пальцами
белая паучья икра
затянутая паутиной
белоглазая чудь весь и мерь
взвесь ее поди
поди ее чудь измерь
шевелятся неуклюжие пальцы
кактусов, думающих дотянуться
сцапать
не кусай меня, кактус
тебе до меня не добраться
 
 
 
 
 
 
 
* * *
 
Америка, а Америка.
Ты где?
Хочу туда.
Тебя рифмовали с берегом,
Но ты ведь и правда берег, а.
Беда!
 
 
 
 
 
 
 
* * *

Заколебало современное искусство
Оно такое современное
Осколки камешки
Старые испорченные телефоны
Литоты Лиотаровы
Аллюзии Минотавровы
Которое сыскало искусствоведа
То и хорошо,
А которое не сыскало,
Ну то значит не сыскало,
Но более всего заколебало
То, что кроме актуального-
То искусства,
Может, еще ничего и нет во всей вселенной,
За ничтожным исключением
В виде Навального,
Который, если подумать.

То мусорка с разбросанными снарядами
Бывшего общественного питания,
То надпись на стене, неотвратимая,
Как фурия и вахтерша,
Фсё капец

И вот такое, главное, актуальное,
И поди еще скажи, что не искусство.

Среди инсталляций города моментальных и самопроизвольных
Человек идет под плодовитым дождем под зонтиком,
Сам как цапля, аллюзия и инсталляция,
И как надпись на стене и как опрокинутая мусорка,
Как Навальный, вселенная и Лиотар,
И ведет за медное кольцо в розовых ноздрях
Непослушного упирающегося своего личного минотавра, -
Минотавр явно не выспался, белок красный, лопнул сосуд, -
Идет и досматривает краем глаза кинцо,
И говорит, нажимая звонок,
Стоя перед дверью подъезда,
Уже практически слыша нежный скрип разболтанного лифта:
- Как всё заколебало, -
И сам себе не до конца верит,
Хотя, впрочем, вполне искренен,
Просто он говорит это, в общем-то, на замену
Того, что мог бы сказать, но почему-то не говорит.

А там уже и вахтерша.

 
 
 
 
 
 
* * *
 
В какой-то тьме предвечной, млечной, точной,
Звенчальной, венцеславной, хлебопечной,
Я наконец однажды его увижу.
Стоял немолодой слегка в сторонке,
И яблоко надкушенное
Держа в одной руке, в другой айфон уткнулся
С мерцающим экраном, синим светом
На лицо
Уже немолодое
Мертвецкий отдавал блик шевелящийся
Нет слов, нет слов.
И храбрости не хватит подойти,
Но можно
Успеть заметить свитера фактуру,
И крохотное
Пятно на нем, на ней, посередине,
Я тоже так, бывало, иду куда и говорю:
- Кому какое,
И вообще, как будто
Вот только сейчас, сегодня посадила.
 
 
 
 
 
 
* * *
 
Встаёт, как яблоко ущербное, луна.
И, мысленно обрезав
Кусок горизонта ни о чем,
Который, как противовес ненужный,
Сползает в правый угол,
Черезвычайно тёмный,
Господь увлекся виньетированием,
Снимаю
Наушники и с бряканьем на стол упали
Дождь стерео
 
 
 
 
 
 
 
* * *
 
Почему-то представилось,
Как мы все его потеряем в один из дней,
Человека, который был достаточно храбр,
Чтобы
Плакать прилюдно,
И все его утешали,
А иные говорили -
Как он может так плакать, это не по-мужски,
И всхлип его с ржавой пружиной
Недовыпрямившегося смеха
Дребезжал сквозь сердце
Даже мужчин, впрочем, никогда не слышавших
Подобного от женщин,
Такое
Воплощение ожидания,
А чего ждал он сам, никто не знает,
Может быть, чтобы под утро
Его встретили случайно на мосту,
Усыпанном осколками зелёного бутылочного стекла
С застрявшей в ветках дерева полной
Повисшей набекрень луной
И нельзя сказать, чтоб уж совсем не встречали - нет,
Случались и такие утра,
В промозглой сее осенней
Засыпавшей своей мокростью
Запятнавшей
Ворот пальто и рубашки и клетчатый шарф,
Вероятно колючий,
Обернутый вокруг горла,
Сквозь ткань крест-накрест
Кружок незащищённой кожи,
Как лунка и мишень,
Муленруж по краю.
 
 
 
 
 
Авторский перевод стихотворения "ID"

Паспорт

Хотела проколоть бровь
Сказали покажи паспорт
Отвечаю - эй,
Вообще-то это мое тело и я могу творить с ним,
Что хочу
Вот именно,
Говорят,
А откуда мы знаем, что это тело
Действительно принадлежит тебе?

 
 
 
 
* * *
 
Тиха Техасская ночь
Многорукий хичкок
Рассыпался по проводам
И хохочет столицым граклом
 
 
 
 
 
* * *
 
хотелось пойти
перецеловать булыжники на Красной площади
в ледяную жижу их щек
и, может, найти монетку
иностранную
вырыла в металлических
кактус шипах
пересадила
ближе к окну
говорят, если им Бетховена
тихо наигрывать, лучше
от этого им расти бывает
 
 
 
 
 
Отзыв
 
 
В своей квалификационной работе,
Выполненной калиграфически
С незначительным количеством помарок,
Автор убедительно доказывает,
Что брезжащее
И мерещащееся -
Это две различных, более того,
В ряде случаев, взаимоисключающих категории,
Хотя брежащее и может мерещиться сначала,
На ранней стадии подразумеваемого брезжа,
Однако мерещащееся, светом не будучи, редко забрезжит в точном смысле этого слова,
И всегда поманит и обманет,
В тумане жестянкой об ось железную дребежза и обнаружа
Своё существование нежестянкой
По мере рассеивания сизости.
 
 
 
 
 
 
* * *
 
благодушен как слон, наглотавшийся будды,
и как будто бы аудио откуда-то
это, видимо, радио откуда-то
проезжающего ауди как будто
сабвуферы
тонкокостного ваяния,
самодвижущиеся костяные устройства,
вытекающие из уродцев
в конгломераты уродств
и скотства
с прихотливыми расстройствами
затейливых механизменностей
меха ни ха н и
 
 
 
 
 
* * *
 
Комната, как желе, стекала углами,
Где-то щелкало реле соловья.
С беспощадной жалостью
Он улыбался ей.
Нерелевантная доброта
Сочилась из трещин лица.
Рев канала
Реввоенсовета
Вы слышали что-нибудь про опыты тесла
Нет, но тело тесно весьма
Опыты гестапо
Тело тесно тому, которого рвут,
Которое закопают во рву
Еще подающее признаки жизни
Дышащее еще
Еще дышащее
Шевелящее покров травяной
Травяной покров шевелящее еще
 
 
 
 
 
 
 
* * *

Один в пустой квартире
Сестра
Приехала не сразу далеко
Диван прогнил и вместе провалился
Где лежал
Попугай весь в клетке облысел
Я выходил его
Вот откуда

 
 
 
 
 
Вместо эссе о Пушкине
 
поди, поди, раздался крик, морозной пылью серебрится его бобровый воротник

как же БЫСТРО написано

как кистью

как иероглиф

молниеносно

точным движением

даже слово "молниеносно" какое-то медленное

многоступенчатое

как иероглиф

как какая-то церемония

морозной пылью серебрится - это наверное и есть россия-которую-мы-потеряли

каждый в свое время

одинаково безвозвратно

потеря – инициация

вся – пыль на морозе

и – неважно, если – никогда не было.

чего другого может и не было.

морозная пыль на бобровом воротнике - была.

и вообще пыль.

 
пыль.
 
 
 
 
 
 
* * *

Косыми ластами
Котики запрыгали морские на берег угрюмый
И давай лопотать по-котячьи,
Усатые морды,
Держиморды на вас не хватает,
Феникса Эдмундовича,
Он уж бы побрил вас по большой крылатской,
Чтоб никому не повадно,
Амплитуду запустим ещё
Арматуру вставим
И мозаик светится звезда будет луговая
Неискоренимо.
Чу, ту-ту дальнего паровоза -
Это поезд морского взлетает метро
И ныряет нерпой.

 
 
 
 
 
* * *

Водолазка
И стукот вечерний над морем
Непечатной машинки
Папироски помятой в губе
Автопортрет
И воротки косой
Душ водитель
Шофер индевеющих, сирых,
С поперёк бородой прочерченной
Быстрыми штрихами,
На дальнем плане
Мужики за сохой
Так и горбатятся в платье дырявом
Армячишке нелепейшем
Глянь подпоясался чечевицей
Но начищенный ваксой весёлой
Сверкает блестящий сапог.

 

Последние публикации: 

X
Загрузка