Ямир

 

 

                  
   
В каком месте заканчиваюсь я и начинается мир, где черта между нами? Мы, как матрёшки, один в одном. Причем непонятно: то ли я в нём, то ли он во мне? 
     По границе боли пытаюсь нащупать себя, по беспредельности радости угадываю мир.  Я – глазной хрусталик, нерв, натянутый в его лире. Неужели страдание и блаженство самые верные поводыри в тумане бытия?
     Я – самосознание мира, его поиск себя в океане воль, в реках смыслов и родниках вечности. Я хотел бы глазами всех звёзд всмотреться в бесконечную даль всех миров. Не отворачиваюсь ли я так от Себя, не бросаю ли тень сомнения на свой Исток?
    Зачем терзаться? Не ревнуй себя к Себе, но и не страдай Собой.  Веди себя, как Гость, и будь гостеприимным, а неурядицы бросай в пучину забытья, чтобы не отрывать глаз от бесконечности жизни. 
      Приснилась детская комната Бога: вместо шести стен – зеркала, а четырёх углов – сотни кажущихся, вокруг разбросаны куклы – мутанты и трансформеры, теряешься в море отражений. Понравился бассейн из мячиков-миров: тонешь и не задыхаешься, гребёшь руками и ногами, но барахтаешься на месте, с весельем и азартом не можешь достать края.  Помог лохматый нянь Игрэгор, похожий на лешего с десятком то ли глаз, то ли звёзд, он вытащил меня из мягкой западни и, превратив в блестящий шарик, зафутболил на игровое поле окружённое видеокамерами, фейерверками, микрофонами и прожекторами. 
    Через неопределенное время, Грэг вернул мне прежний облик, хотя трудно вспомнить, каким было моё лицо до рождения. Он отвел меня, уставшего от шума и хаоса, к другому развлечению – игре в железную дорогу. Усадил в один из вагонов – кажется пятый или опятьный – следованием Пустота – Сознание, и предложил отдохнуть у окошка, полюбоваться видами, даруемыми поездкой. 
     Я – станция отправления и прибытия, поезд стучащий колесами по великому кольцу бытия.  Я – туннель мира, оживитель стен, художник себя.  У меня плеть бесконечности в одной руке и сфера вечности – в другой. 
    Я – время пространства и пространство времён. Я – мир, окружённый Собой и Забывший Себя в мире. Я – две руки, не знающих, что делает каждая. 
     Грозы страданий и тучи блаженств кружат над  моим сознанием, но не отражения ли они его самого? От них не скроешься под зонтом воли, дождь идёт прямо в душе. Он потоками слёз стекает с крыш восторгов и шпиля отчаяния. 
      Слеза, как линза, и радость то или боль – мир расширяется до вечности или сжимается в бесконечно малую точку.  Слеза – поэзия жизни, метафора осознания, круглое зеркальце мира. Разве реки слёз ни питают Солярис, ни создают из мира океан впечатлений?
     Кто я, Режиссёр? Но сколько ни изменяй, сколько ни ищи, вокруг лишь кадры отснятой в вечности плёнки событий.  Может, я только Зритель, и эта плёнка запущена в меня навечно, а мой выбор – всего лишь настроение? Но ни Я ли снимал кино? Получается, теперь я – вечный седьмой день Кинолюбителя?
     Кто кем управляет, я сознанием или оно – мной? Но как? Оно ведь только отражает, а я – лишь реакция на отражение. Два зеркала напротив – одно застывшее, как лёд, другое подвижное, как вода. Однако, кто посередине?
    Как ни разделяй, все Одно, хотя, кто не любит играть иллюзией своих частей? У океана много имён, столько же, сколько у человечества судеб, а у сознания – дней и ночей. Как ни путай себя, а ниточка   одна, даже её обрывок – вечен и безграничен, ибо продолжается в Сознании. 
     Я – мир, круговорот сознания, необитаемый остров иллюзий посреди зеркальных вод океана. Я – вода в словах и соль в сознании, я – образ ветра и ветер образов.   Я – совершенномудрая глупость Бога, Дао Пустоты, Я – человек. 

X
Загрузка